Бояръ-Аниме. Романов. Том 10 - Владимир Кощеев

Михаил II кивнул, поворачиваясь к своему наследнику.

— А ты что скажешь, Игорь? — спросил царь с нескрываемым любопытством в голосе.

Цесаревич не стал медлить с ответом. Повернувшись к государю, Игорь Михайлович произнес:

— В долгосрочной перспективе Дмитрий Алексеевич на должности куратора не нужен. За него это сделает, и на самом деле, уже делает его искусственный интеллект, — объявил он, указав в мою сторону ладонью. — Собственно, я бы поднял вопрос, нужна ли нам теперь вообще эта должность? «Оракул» Романова делает все по закону, делает лучше любого человека. А Царская Службы Безопасности — весьма требовательная к государственным ресурсам структура, мы тратим немало средств из бюджета на ее содержание. И оптимизация расходов на опричников поможет высвободить несколько миллионов рублей ежегодно.

Я мысленно хмыкнул, а цесаревич продолжил речь:

— Ранее Дмитрий Алексеевич уже предоставил предыдущую версию «Оракула» Царской Службе Безопасности, — объявил мой биологический брат. — А потом загрузил ее обновление на наши системы, и все мы смогли оценить разницу между работой целого аналитического отдела, снабженного превосходным инструментарием, и одного искусственного интеллекта. Результат налицо: за месяц, что Романову были предоставлены полномочия, он уже превысил показатели ЦСБ за весь прошлый год. За один месяц, государь, машина князя Красноярского сделала больше, чем вся Царская Службы Безопасности за год! Нужен ли вообще здесь какой-то аналитический отдел, административная надстройка, когда машина настолько эффективна?

Я видел, как напрягся Емельян Сергеевич. И его реакция на слова цесаревича была мне совершенно понятна.

Вопрос, поднятый Игорем Михайловичем, вообще-то уже не раз возникал в головах русских людей, когда они сталкивались с «Оракулом» или моими разработками. Стоит вспомнить хотя бы маленький бунт горничных в моем собственном особняке.

Прогресс, конечно, не остановить, и рано или поздно технологии будут внедрены повсеместно. Но когда твой мир меняется настолько резко, это не проходит легко. Сложно принять, что твоя жизнь, учеба, карьера, весь твой опыт — теперь заменяется парой жестких дисков и небольшой программой. Которая к тому же и стоит дешевле, и приносит результат в разы эффективнее.

— Хм, — улыбнулся государь, выслушав цесаревича. — А ты поднял интересный вопрос, Игорь. Сокращать штат ЦСБ я, разумеется, не стану. Не так давно мы уже убедились, что жизнеспособность страны напрямую зависит от населяющих ее людей. Вспомнить хотя бы Речь Посполитую или ту же Британию — ее развалило собственное руководство. А как я могу позволить одному князю Романову целиком и полностью взять на себя ответственность за всю Царскую Службу Безопасности? «Оракул» — детище Дмитрия Алексеевича, его возможности весьма широки, однако нам всегда понадобится система контроля, которая дернет стоп-кран, если искусственный интеллект свернет куда-то не туда. В конце концов, это всего лишь программа, пусть и сложная, однако и ее можно взломать. Ведь верно я говорю, Дмитрий Алексеевич?

Царь обернулся ко мне и вперил в меня строгий взгляд.

— Признаюсь честно, государь, — заговорил я в ответ, — я совсем не заинтересован в том, чтобы занимать место куратора Царской Службы Безопасности. Как верный своей стране и ее государю подданный, я разработал систему, которая позволяет укрепить безопасность Русского царства. И предоставил ее в пользование опричникам. Это помогло, как вы все здесь сказали, эффективность ЦСБ превзошла все ожидания. А когда у меня появилась возможность использовать улучшенную версию «Оракула», я вообще вывел эту Службу на рекордные показатели, о которых никто в самых дерзких мечтах не грезил со дня ее основания. Но хочу ли я заниматься кураторством на постоянной основе? Нет, государь. А потому прошу освободить меня от должности. И тем более не спрашивать моего мнения о Службе, к которой я больше не имею никакого отношения.

Михаил II улыбнулся.

— Что ж, ты прав, Дмитрий, — произнес он. — Наш изначальный уговор имел конкретный срок, и этот срок окончен. Какая судьба будет ждать Царскую Службу Безопасности, тебя больше не касается. Однако я оставлю за собой право привлекать тебя именно как технического специалиста, например, если ты улучшишь «Оракула» еще раз, я хочу об этом знать.

— Всенепременно, государь, — поклонился я.

Царь повернулся к великому князю Невскому.

— Однако прежде чем вы выйдете из этого кабинета, мне необходимо сказать вам обоим следующее, — объявил он. — Емельян Сергеевич, наш уговор был до первой твоей ошибки, и, несмотря на то, что твои люди прозевали целый притон в твоей же столице, казнить я тебя не стану. Это не только твоя вина, но и моя ошибка — я слишком в тебя поверил. Но и просто так ты отсюда не выйдешь. Игорь, подай мне черную папку.

Цесаревич выдвинул ящик стола и протянул государю требуемое. Вручив папку Емельяну Сергеевичу, Михаил IIозвучил свою волю.

— Так как ты, очевидно, не справлялся с совмещением двух должностей, — заговорил он, глядя в глаза великого князя, — я отзываю свое решение назначить тебя губернатором Московским. Сегодня же ты передашь дела цесаревичу Игорю, мой наследник будет временно исполняющим обязанности губернатора Московского, пока я не назначу кого-то другого. Должность куратора Царской Службы Безопасности останется за тобой, и я надеюсь, что больше таких промашек не возникнет, Емеля. Как я вижу, ты отлично выглядишь, помолодел и полон сил. Надеюсь, теперь твое здоровье позволяет тебе работать лучше, чем прежде.

Великий князь Невский сидел перед государем, заметно напрягшись. Очевидно, у него было что сказать Михаилу II, но от комментариев Емельян Сергеевич предпочел воздержаться.

— Как прикажешь, государь, — выдавил он из себя, склонившись перед царем.

— А теперь вы оба свободны, — объявил Михаил II, кивком головы отправив нас вон.

* * *

Когда мы оказались в кабинете куратора ЦСБ, Емельян Сергеевич прошел к своему столу и рухнул в кресло. Тоже своего рода проявление особого расположения, ведь великий князь передо мной не скрывается.

— Присаживайся, Дмитрий, — предложил он, махнув рукой на кресло.

Несколько секунд мы молчали. Я давал время великому князю оправиться после потери губернаторского кресла, а куратор Царской Службы Безопасности обдумывал произошедшее.

— Да уж, никак я не ожидал, что цесаревич так лихо возьмется за внутреннюю политику, — заявил он, прерывая тишину.

Я приподнял бровь.

— Полагаете, инициатива Игоря Михайловича исходит от него самого? — уточнил я. — Цесаревич получит опыт губернатора Москвы, потренируется на столице, прежде чем перейти к управлению государством. Для Русского царства это несомненный плюс. Но я не думаю, что можно всерьез считать, будто высказанное перед нами мнение — его личная инициатива.

— Он мог отказаться, — заявил мне в ответ великий князь, включая рабочий ноутбук. — Но царь поступил правильно, как отец и глава рода я его прекрасно понимаю. На место губернатора столицы многие подходят, даже не Рюриковичи. Соколовых государь выгнал под благовидным предлогом, меня отстранил. Своих старых Милославских одновременно не допустил, и в то же время сына, тоже Милославского, обласкал. Вроде бы род не в обиде будет, не чужак возвысился, а наследник трона. Теперь Игорь Михайлович станет целью таких интриг, что сильно пожалеет о своем назначении. И кто станет его защищать при этом? Мы с тобой, Дмитрий Алексеевич.