Почти как люди - Клиффорд Саймак

В помещение стали вползать тени. Портер протянул руку и включил настольную лампу. При ярком свете на столе обнаружилась такая груда бумаг, что он застонал. Настенные часы показывали почти 5.30. Он обещал заехать за Элис в 7.30, так что времени на бумажную работу оставалось совсем немного. Кто-то из подруг Элис нашел в Мэриленде новый ресторан, и Элис вот уже несколько недель время от времени вспоминала об этом. Нынче вечером они собирались поехать туда. Он потянулся в кресле и подумал об Элис Дэйвенпорт. Ее старик, сенатор, никогда не проявлял к Портеру особой симпатии, но и не возражал, чтобы они встречались. «Ну что ж, молодец старый сыч, — подумал Портер, — это его украшает». А Элис — замечательная девушка, даром что у нее такой отец. Красивая, умная, веселая, образованная, много знает, собеседница отличная… Один только недостаток: вечно она влезает в какие-нибудь общественные проблемы, и тогда у нее нет других тем для разговора, кроме очередного увлечения. Как раз сейчас она носилась с требованием индейцев вернуть Блэк-Хилс и Бигхорн и страстно доказывала, что надо их отдать объединенным племенам. Несколько месяцев назад были черные в Южной Африке. «Все это, — угрюмо подумал Портер, — от слишком прилежного изучения никудышных дисциплин». Впрочем, она не всегда садилась на своего конька, может быть, и сегодня не будет. В последние несколько месяцев они провели вместе не один хороший вечер; когда она снимала свой плащ крестоносца — становилась отличной подругой, лучшей не пожелаешь.

«Так, — подумал он, — если сейчас навалиться, то где-то через полчаса удастся хоть чуть-чуть разгрести этот завал на столе». Быстрее не выйдет. Но полчаса — нормально. Еще останется время заехать домой, принять душ, побриться и переодеться. Хоть раз в жизни он приедет к Элис вовремя. Но прежде всего надо выпить кофе.

Портер встал и пошел через зал.

— Ты не знаешь, — спросил он Маршию, — у нас кофе не остался?

— Должно быть, остался, — ответила она. — Там и сандвичи могут быть, но уже зачерствели, наверное.

— Кроме чашки кофе мне ничего не надо, — проворчал он.

Он дошел до середины зала, как вдруг один из телетайпов ожил. Громко и требовательно зазвенел звонок, словно требуя внимания.

Портер повернулся и быстро пошел назад. Это был телетайп Ассошиэйтед Пресс. Он подошел к телетайпу и склонился над ним, опершись на аппарат руками. Принтер тянул по бумаге линию сводки новостей. Потом пошло:

«Экстренное сообщение. В Миннесоте с неба спустился крупный неизвестный объект».

Телетайп умолк, принтер еще дрожал.

— Что это такое? — спросила Маршия. Она стояла у него за спиной.

— Не знаю, — ответил Портер. — Должно быть, метеорит.

— Ну, давай, давай, пиши дальше! — обратился он к телетайпу, — Расскажи, что там такое.

На его столе заверещал телефон.

Маршия подошла и взяла трубку.

— Хорошо, Грейс, — сказала она. — Я ему передам.

Телетайп снова ожил.

«Может быть, что сегодня у городка Лоун-Пайн в Северной Миннесоте приземлился первый пришелец из дальнего космоса…»

Рядом раздался голос Маршии:

— Грейс звонила. Президент хочет тебя видеть.

Портер кивнул и отвернулся от машины. В это время застучали остальные телетайпы, но он вышел из зала, спустился по лестнице и пошел дальше по коридору.

Когда он вошел в приемную, Грейс показала головой на дверь.

— Заходи. Он тебя ждет.

— В чем дело, Грейс?

— Я толком не знаю. Он сейчас разговаривает с начальником штаба. Что-то о новом спутнике, который только что обнаружили.

Портер прошел через приемную к двери, постучал, потом повернул ручку и вошел.

Президент, Хэрберт Тэйн, только что положил телефонную трубку. Он указал Портеру на кресло.

— Это был Уайтсайд, — сказал он, — Рвет и мечет. Похоже, что станции слежения обнаружили на орбите что-то новенькое. Если верить генералу, оно такое огромное, что просто жуть берет. Он говорит, это не наше. И очень не похоже на советское. Слишком велико. Ни нам, ни им вытащить такое на орбиту не под силу. Нет таких носителей. Седой на ушах стоит.

— Что-нибудь из космоса? — спросил Портер.

— Этого Седой не сказал. Но именно это у него на уме. Он уже готов заварить страшную кашу. Он появится у нас, как только доберется сюда.

— Что-то не то упало, не то приземлилось — я пока не знаю — на севере Миннесоты, — сказал Портер. — Когда вы позвонили, как раз пошла информация по телетайпу.

— Ты думаешь, это как-то связано?

— Не знаю. Об этом еще рано говорить, мы еще не знаем, что произошло в Миннесоте. Я видел только начало сообщения. Может быть, это всего лишь крупный метеорит. В любом случае что-то там с неба свалилось.

— О боже! Дейв, у нас и без того забот хватает, — сказал президент.

— Совершенно с вами согласен, сэр, — кивнул Портер.

— Как прошел брифинг?

— Они обложили меня, как волка. В основном Блэк-Хилс и положение в энергетике.

— Но ты удачно отделался от них?

— Сэр, у меня работа такая. Я честно зарабатываю свои деньги.

— Да, — сказал президент. — Я в этом не сомневаюсь. И, думаю, это нелегко.

Раздался стук, дверь приоткрылась, и в кабинет заглянула Грейс, размахивая листом бумаги, сорванным с телетайпа.

— Маршия принесла мне вот это…

— Дай сюда, — приказал президент.

Она подошла к шефу и отдала ему бумагу. Он быстро прочитал и перебросил лист через стол Портеру.

— Совершеннейшая бессмыслица, — пожаловался он, — Большой черный ящик сидит на мосту. Метеорит может быть большим и черным ящиком, как ты думаешь?

— Вряд ли, — сказал Портер. — Метеорит рухнул бы с ужасным шумом. И кратер вырыл бы огромный.

— И все что угодно, — заметил президент, — тоже рухнуло бы с шумом и вырыло бы кратер. Что бы ни упало. Скажем, сломавшийся спутник.

— Я себе именно так и представляю, — сказал Портер. — Они должны падать быстро и делать воронку. Если большие, конечно.

— Этот вроде большой…

Они смотрели друг на друга через стол.

— Так ты думаешь… — начал президент, но замолчал, не договорив.

На президентском столе загудел аппарат внутренней связи. Президент нажал кнопку.

— В чем дело, Грейс?

— Это генерал Уайтсайд.

— О'кей, соедини.

Прикрыв трубку рукой, он сказал Портеру:

— Должно быть, Седой услышал об этом происшествии в Миннесоте.

Он произнес в трубку несколько слов, потом сидел, слушал. Человек на том конце линии говорил быстро и возбужденно.