Король эльфов - Филип Киндред Дик

Вот только увести его не успеют — Основатель умрет прежде. Умрет, так и не успев заговорить.

Открыв дверцу кристальной сферы, Конгер вошел внутрь и взял с полки пистолет. Передернул затвор. Оружие готово — готово выстрелить и убить. Может, взять его с собой прямо сейчас?

Нет, Основатель появится только через несколько часов. Что, если до этого Конгера станут обыскивать? Сначала Конгер увидит, как Основатель подходит к полю, и только затем вооружится.

Взглянув на полку еще раз, Конгер заметил там небольшой пакет. Взял его и развернул.

Череп Основателя. Держа его, Конгер невольно ощутил неприятный холодок. Ведь это череп человека, который все еще жив и ходит по земле. Который придет сегодня сюда и станет говорить с народом всего в пятидесяти ярдах от того места, где стоит Конгер.

Что, если основатель увидит свой череп? Прямо сегодня? Эту старую кость возрастом в два столетия? Станет он тогда говорить? Увидит оскал пожелтевших зубов, и какие слова придут ему в голову? С каким посланием он обратится к народу?

Какой человек не задумается о тщетности всех своих действий, взглянув на собственный пожелтевший от времени череп? Он поймет, что лучше жить, пока живется.

Человек, взявший в руки собственный череп, уже не поверит ни в какое дело, ни в какое движение. Он лишь станет проповедовать от обратного…

С улицы донесся какой-то звук, и Конгер отложил череп на полку. Схватил пистолет. Снаружи кто-то шагал. Конгер метнулся к двери, чувствуя, как бешено колотится сердце. Может, это он пришел, Основатель? Хочет выбрать место, подумать над словами, отрепетировать речь?

Вдруг он увидит то, что держал в руках Конгер?

Подняв пистолет, Конгер толкнул дверь.

Лора!

Конгер пораженно уставился на девушку. Одетая в шерстяную куртку, та прятала руки в карманы. Из ее рта и ноздрей вырывались облачка теплого пара. Запыхавшись, девушка тяжело дышала.

Они молча смотрели друг на друга, пока Конгер не заговорил первым.

— Что такое? — спросил он, опустив пистолет. — Ты здесь зачем?

Вместо ответа Лора указала куда-то пальцем. «Онемела, что ли?» — нахмурившись, подумал Конгер.

— Что там? — посмотрел он в сторону, куда указывал палец Лоры. — Что ты хочешь? Я не вижу ничего.

— Они идут.

— Они? Кто — они? Кто идет?

— Они. Полиция. Ночью шериф разослал машины, и они перекрыли дороги. Полиция вообще повсюду. Их сюда еще человек шестьдесят идет. Со стороны города и с тыла, — Лора перевела дыхание. — Говорят… говорят…

— Что говорят?

— Говорят, ты вроде как коммунист. И…

Вернувшись в кабину, Конгер убрал на полку пистолет. Затем спрыгнул на землю и подошел к девушке.

— Спасибо. Ты пришла помочь мне? Предупредить? Не поверила, что я коммунист?

— Не знаю.

— Ты одна?

— Нет. Джо меня подвез на грузовике. Из города.

— Джо? Кто он такой?

— Джо Френч. Сантехник, папин друг.

— Идем.

Вместе они поднялись на гребень холма и пошли к полю. Там, примерно посередине, стоял фургончик, а за рулем сидел коренастый мужичонка и курил трубку. Завидев Конгера и Лору, он выпрямился.

— Вы тот самый тип? — спросил Джо Френч.

— Да. Спасибо, что предупредили.

Сантехник пожал плечами.

— Ну, я даже не знаю. Просто Лора говорит, вы человек хороший, — Френч огляделся. — Вам, наверное, интересно будет узнать, что сюда идут еще люди — правда, уже не предупредить. Полюбопытствовать.

— Еще люди? — Конгер посмотрел в сторону города, откуда к полю приближались темные на фоне снега фигуры.

— Из города. О погоне прознали, вот и приперлись. Мы же слушаем полицейское радио. Вот и эти услышали, и Лора. Кто-то разнес слух…

Фигуры приближались. Конгер сумел разглядеть среди них Билла Уиллета — парень шел в компании других ребят из школы. Позади плелись Эпплтоны.

— Эд Дэвис, и тот пришел, — пробормотал Конгер.

Владелец магазина с трудом шагал по заснеженному полю в компании еще трех-четырех горожан.

— Всем до черта хочется узнать, кто вы и что вы, — подытожил Френч. — Ну, пора мне домой. Не хочу, чтоб машинку издырявили пулями. Идем, Лора.

Девушка широко раскрытыми глазами смотрела на Конгера.

— Идем же, — позвал Френч. — Сама знаешь, тебе тут ни за что нельзя оставаться.

— Почему?

— Будут стрелять. Иначе зачем народ собирается? И вы, Конгер, это прекрасно знаете, да?

— Знаю.

— Оружие у вас есть? Или вам плевать? — легонько улыбнулся Френч. — В свое время они много народу повязали. Вы не первый.

Нет, Конгеру не плевать! И он никуда не позволит себя увести. Останется здесь, ждать Основателя. Придет ли этот человек с горожанами? Вдруг он встанет в стороне и будет следить за тем, что творится в поле?

Или Основатель — это Джо Френч? Или кто-то из копов? Любой из толпы может оказаться пророком, и всего несколько слов, произнесенных им сегодня, перевернут мир.

И потому Конгер должен остаться, ждать, пока первое слово не сорвется с губ Основателя.

— Мне не плевать, — сказал Конгер Френчу. — А вы езжайте. Заберите девушку.

Лора, будто неживая, забралась на пассажирское сиденье грузовика. Заведя мотор, Джо Френч заметил:

— Вы только посмотрите на них. Одно слово — стервятники. Ждут, пока кого-нибудь прикончат.

Лора, онемев от страха, сидела на переднем сиденье, а Конгер смотрел вслед удаляющемуся грузовику. Затем развернулся и пошел мимо деревьев, к гребню холма.

Бежать? Легко и просто — надо лишь сесть в кристальную кабину и настроить время. Но Конгер не побежит, у него есть дело. Очень важное дело здесь и сейчас.

Добравшись до сферы, Конгер прошел внутрь и взял пистолет. Переключил его в режим полной мощности. Слем-пистолет решит проблему махом. Цепной реакцией расплющит всех до единого — и полицейских, и любопытных, и варваров горожан…

Не видать им Конгера! День еще не закончится, а они все подохнут. И жить будет Конгер — слиняет, если, конечно, захочет…

На глаза попался череп.

Внезапная догадка осенила охотника. Отложив пистолет, он схватил череп и возле зеркала поднял его на уровне лица, присмотрелся к зубам. Обнажил свои.

И все понял.

Он держал в руках собственный череп. Собственный череп он прижал сейчас к своей, пока еще живой щеке.

И умереть сегодня должен сам Конгер. Он и есть Основатель.