Наследие - Фалько

—Я примерно поймал момент, когда импульс выстреливает. Думаю, теперь смогу его отразить. Если он не придёт в слепую зону.

—И что, прямо вся сила удара отразится?— в голосе Василия звучало сомнение.

—Девяносто с лишним процентов. Руку тебе сломает точно.

—Пощупать бы,— задумчиво протянул мастер ближнего боя.— Но руку жалко. И в голову такой же удар выдержишь? Шея не сломается?

—Даже если в подбородок снизу прилетит,— кивнул я.— Просто вверх подбросит, частично компенсируя и рассеивая энергию удара. Чем быстрее происходит удар, тем меньше влияние на какую-то конкретную часть тела. Защита смыкается целиком, если так можно выразиться. Эта техника поэтому и называется «плотный доспех». Я её против бойцов ближнего боя использую.

—И часто?

—Если о серьёзных стычках, то два раза,— рассмеялся я.— Во второй меня Таисия хорошенько отделала. Но я тогда послабее был.

—Сложная техника?— прищурился он.

—Нет, если ты в своём доспехе уверен. Лучше вообще удары на себя не принимать и пользоваться активной защитой. Давай покажу,— хмыкнул я, видя его недоверчивый взгляд.— Ставь доспех. Моя любимая техника, называется: «палец смерти».

Подняв указательный палец, я несильно ткнул его в плечо. Небольшой всплеск силы и менее твёрдый доспех ломается, как очень прочное, но хрупкое стекло.

—Ух ты,— Василия оттолкнуло на полшага, и он потёр небольшой ушиб.— Необычные ощущения.

—Могу пробить любую защиту, если она слабее моей,— улыбнулся я.— Поэтому все мои тренировки направлены на укрепление защиты, понимаешь? Чем я твёрже, тем сильнее.

—Удобно. Развивать одновременно и защиту, и атаку. А с бойцами дальнего боя?

—Ты у меня спрашиваешь?— я хлопнул его по плечу. Не используя силу, просто дружеский жест.— Те же самые проблемы, что и у тебя. Добежать, схватить и уже не отпускать. Как бульдоги, если вцепимся, то насмерть.

Он сжал кулак, посмотрел на него задумчиво.

—Есть у меня одна техника,— тихо сказал он.— Если схватить за руку или за горло, то можно выдать круговой импульс по всей ладони. Конечность отрывает с гарантией.

—Я про то и говорю, вцепиться и уже не отпускать,— кивнул я, понимая, что он делится информацией об одной из секретных техник. Не то чтобы об этом нельзя было додуматься, но хорошо знать, что драку с таким мастером в борьбу лучше не переводить.— Ещё разок?

—Ещё?— удивился он.

—Да я едва размялся.

—Только если один круг. Импульсы слишком затратная техника.

—Один так один,— не стал спорить. Как говорит дядя Ринат, надо использовать любую возможность для тренировки и не отбрасывать даже самую малую.

Импульсы — одна из техник с которыми я раньше плотно не сталкивался. Мастер этого направления мог вложить в быстрый удар огромный поток энергии, создавая ударную волну, которая взрывалась, громыхая как от выстрела из пушки. И если она ударит в упор, то может разорвать врага пополам. А на втором уровне, без сомнений, что Василий им владеет, мастер может создать особый взрыв за счёт сжатого воздуха. Если высвободить его в нужном направлении достаточно близко к неприятелю, то его разорвёт уже на очень мелкие кусочки. Мне же было важно подстроиться под данную технику, посмотреть, как доспех духа реагирует на короткие и сильные ударные волны. Полезное умение, которое может пригодиться.

Когда мы уже заканчивали тренироваться, Кирилл выгнал молодёжь на утреннюю зарядку, к которой мы с Алёной присоединились. Однако заниматься с молодёжью весело, когда присутствует соревновательный дух. Потом я снова всех удивлял простеньким фокусом хождения по воде. Дети были в восторге, а вот больше всех удивился Василий, наверняка понимая суть процесса, но не представляя, как подобного эффекта добиться. Затем шёл завтрак за большим столом, а после парни зазвали меня на рыбалку, за что Таша на них обиделась, обещая страшную месть.

В таком вот духе пролетело два дня. За это время мы успели сходить в лес набрать больших, но очень странных на вид грибов. Прогулялись до большой речки, текущей в трёх километрах северней, где нашли заброшенную деревню, от которой осталось два немного просевших бревенчатых домика. Что удивительно к деревне не вела дорога и электричество, поэтому, как там раньше жили люди я понять не мог и на подобное затворничество не согласился бы. Со скуки ведь можно помереть, или от болезни какой зачахнуть. Но вот детям деревня понравилась. Не только парни, но и девчонки с любопытством забирались в дома и даже заглянули в заброшенный и частично обвалившийся погребок. Сколько счастья в их лицах было, когда они нашли старинный проржавевший утюг, в который засыпали горячий уголь или что-то подобное.

Звонил начальник службы безопасности рода и обрадовал, что в городе всё тихо и они почти решили все проблемы. Слово «почти» прозвучало обнадёживающее, поэтому к обеду пятницы я решил возвращаться в МИБИ. Нужно было проверить дела у группы иностранцев и принцесс Цао. Обещал ведь что присмотрю за небезопасным процессом укрепления тела, а сам пропал на неделю. Больше всех такому решению огорчилась Таша. Бегала звонить отцу, чтобы упросить его разрешить вернуться со мной в МИБИ, но судя по грустному выражению лица, неудачно. Надо отдать должное Кириллу и Алексею. Они присматривали за подростками, назначили время для утренних и вечерних тренировок, а ещё наладили учебный процесс, чтобы те не сильно отстали от сверстников по школе. А вообще, молодое поколение Наумовы было вполне серьёзным и на удивление дисциплинированным. Ни скандалов, ни истерик или долгих споров. Сказали, что нужно пойти и почитать книгу, все пойдут и будут читать.

Пожилая пара Бергов прощалась с нами тепло, приглашая погостить у них в любое время года, даже предстоящей зимой, обещая прогулки на снегоходах и приятные вечера у камина. Предлагали оставить у них Алёну, но она вежливо отказалась. Видел, как за ней все эти дни ходил Константин, оказывая знаки внимания и пытаясь произвести хорошее впечатление. А ведь парню всего четырнадцать. В свою очередь, я пообещал, что как только всё наладится, приеду за ними на автобусе, который понравился исключительно всем, особенно парням постарше. Кирилл, как мне показалось, задумал приобрести такой же. Интересно, где он будет его парковать, уж не на маленькой ли площадке у главного дома? Или улицу будет перегораживать, за что получит от отца нагоняй.

Когда мы вышли на улицу, готовые грузиться в автобус, подошла Марина. За последние дни она ни разу не выпустила дальномер из рук, продемонстрировала его мне и Балуеву.

—За домом следят. На западе, примерно в километре,— спокойно сказала она.

—Давно?— задал я глупый вопрос.

—Сказать сложно,— она развела руками.— Можно с чердака посмотреть и оценить.

—Давайте поднимемся,— согласился Василий.

Мы вновь вернулись в дом и провожаемые вопросительными взглядами молодёжи поднялись на второй этаж. Лестница на чердак была встроена в крышку люка и легко опускалась, стоило только потянуть за верёвку. Судя по количеству пыли, наверх заглядывали редко. Здесь хозяева хранили коробки с разной мелочью, непонятные аккуратно связанные тюки из плотной ткани. Внимание привлёк массивный раздвижной стол, непонятно каким чудом оказавшийся на потолке. На столе в рядок стоял десяток серебряных подсвечников, и большая коробка из которой выглядывала новенькая свечка. Я так прикинул, что здесь вполне можно сделать жилую комнату. Тёплая крыша, видны трубы отопления, многослойный стеклопакет, закрытый изнутри плотными жалюзи. Марина точно подметила, что небольшое окошко чердака выходило как раз в нужную сторону.