Вспомнить всё - Филип Киндред Дик

С Фомальгаута, где дрейфовала Плазма, пришел положительный ответ. Техники, контролирующие нагрузку системы, согласились продать ему пятнадцать минут ее времени.

С такими расценками ему пришлось думать, как ввести данные в Плазму быстро и грамотно. Макуэйн поведал ей, кто такая Райбис, – и это дало системе полный допуск к ее досье, включая психологический профиль; далее он сообщил, что его купол находится ближе всего, рассказал о ее неистовой воле к жизни и отказе увольняться или даже покинуть станцию. Он приложил голову к считывателю психотронной информации, чтобы Плазма могла черпать непосредственно из его мыслей, имея доступ ко всем его подсознательным, периферийным ощущениям, догадкам, сомнениям, идеям, тревогам и потребностям.

– Ответ будет через пять дней, – доложила техгруппа. – С учетом большого расстояния. Ваш платеж принят и зафиксирован. Конец связи.

– Конец связи, – пробормотал помрачневший Макуэйн. Он потратил все, что у него было. Все, чего он стоит, ушло в вакуум. Но в решении проблем Плазма была последней инстанцией. КАК МНЕ ПОСТУПИТЬ? – спросил он систему. И через пять дней получит ответ.

За эти пять дней Райбис сильно сдала. Она все еще готовила себе сама, но ограничивалась, похоже, одним и тем же блюдом – высокобелковыми макаронами, посыпанными тертым сыром. Однажды Макуэйн застал ее в темных очках. Теперь она не хотела показывать своих глаз.

– Больной глаз совсем взбесился, – бесстрастно проговорила она. – Закатился в глазнице, как шторка на окне.

Вокруг нее на кровати были разбросаны капсулы и таблетки. Повертев в руках полупустой флакончик, Макуэйн увидел, что она принимает один из самых сильных анальгетиков.

– Это вам медслужба прописала? – с удивлением спросил он. Неужели ей настолько больно?

– Знакомый передал, – сказала Райбис. – Из купола на CY30 VI. Через доставщика.

– Эта штука вызывает привыкание.

– Еще повезло, что я ее раздобыла. Вообще-то мне не положено.

– Знаю.

– Чертова медслужба. – В голосе девушки неожиданно прорезалась мстительность. – Боже, пока у них дойдет до рецепта, а уж тем более до доставки лекарств, от тебя остается только урна с пеплом. Ну и какой им смысл что-то выписывать урне с пеплом? – Она приложила руку к голове. – Извините; мне лучше надевать парик, когда вы здесь.

– Не обязательно.

– Принесете мне кока-колы? Успокаивает желудок.

Он достал из холодильника литровую бутылку колы и наполнил стакан. Сначала пришлось его помыть: чистых в куполе не нашлось.

В изножье ее кровати примостился телевизор стандартного образца. Он что-то не переставая бубнил, хотя его никто не смотрел и не слушал. Макуэйн припомнил, что телевизор работал и в прошлые его визиты, даже ночью.

Возвратившись в свой купол, он почувствовал громадное облегчение, словно с него сняли некую постылую ношу. Даже то, что его с Райбис разделяла теперь физическая дистанция, наполняло радостью и окрыляло. Как будто, подумал он, рядом с ней я становлюсь таким же. У нас одна болезнь на двоих.

Слушать Фокс настроения не было, поэтому он поставил Вторую симфонию Малера, «Воскресение». Единственная симфония, оркестрованная для ротанговых инструментов, подумалось ему. Тот же рут, похожий на маленькую метелку; такими играют на больших барабанах. Как жаль, что Малер не дожил до педали «вау-вау»[11]от «Морли» – мог бы ведь использовать в какой-нибудь длинной симфонии.

Едва вступил хор, музыка оборвалась; купольную аудиосистему заглушил входящий сигнал.

– Передача с Фомальгаута.

– К приему готов.

– Пожалуйста, используйте видеорежим. Десять секунд до начала.

– Спасибо.

На большом экране появился текст – ответ плазменной ИИ-системы, сгенерированный днем раньше.

ОБЪЕКТ: РАЙБИС РОММИ

РЕЗУЛЬТАТ АНАЛИЗА: THANATOUS

РЕКОМЕНДАЦИИ: ИЗБЕГАТЬ ЛЮБЫХ КОНТАКТОВ

ЭТИЧЕСКИЙ ФАКТОР: НЕ УЧИТЫВАТЬ

**СПАСИБО**

Моргнув, Макуэйн машинально проговорил: «Вам спасибо». До этого он имел дело с Плазмой всего один раз и забыл, как она лаконична в своих ответах. Экран потух; передача закончилась.

Он не был уверен, как понимать слово «thanatous»; видимо, что-то связанное со смертью. Это значит, что она умирает, думал он, запрашивая определение в планетарной справочной базе. Что умирает, или может умереть, или близка к смерти, а это все мне и так известно.

Однако он ошибся. Слово означало «смертельный», «причиняющий смерть».

Смертельна, подумал он. Между смертью и смертельностью громадная разница. Неудивительно, что система исключила этический фактор.

Да она же просто убийца, понял он вдруг. Что ж, потому консультации Плазмы и стоят так дорого. Получаешь не ложный ответ, высосанный из пальца, а чистую истину.

Макуэйн все еще пытался успокоиться, когда зазвонил телефон. Он уже знал, кто это.

– Привет, – дрожащим голосом произнесла Райбис.

– Привет, – сказал он.

– У вас случайно не найдется «Утренней грозы» от «Силестиэл Сизонингз»? Чая в пакетиках?

– Что?

– Когда я готовила для нас бефстроганов, я, кажется, заметила у вас пачку «Утренней грозы»…

– Нет, – перебил он. – Не найдется. Кончился.

– С вами все нормально?

– Просто устал, – ответил Макуэйн. И подумал: а она ведь сказала – «для нас». Она и я теперь «мы». Когда это произошло? – спросил он себя. Вот что имела в виду Плазма; система все поняла.

– А хоть какой-то чай у вас есть?

– Нет, – сказал он.

Внезапно ожила аудиосистема и заиграла запись, прерванная передачей с Фомальгаута. Пел хор.

Девушка в трубке захихикала.

– Фокс балуется фонограммами? Тут тебе сразу и хор, целая тысяча…

– Это Малер, – оборвал ее Макуэйн.

– А вы не могли бы заглянуть и составить мне компанию? – спросила Райбис. – Мне тут совсем нечем заняться.

После паузы он произнес:

– Хорошо. Мне надо кое о чем с вами поговорить.

– Я читаю одну статью в…

– Поговорим, – перебил он, – когда я буду у вас. Ждите через полчаса.

Когда он явился в купол, девушка сидела в темных очках на кровати и смотрела по телевизору мыльную оперу. С его последнего посещения ничего не изменилось, разве что тухнущая еда в тарелках да жидкости в чашках и стаканах выглядели ужасней прежнего.