Солдат, не спрашивай - Гордон Диксон

Мы остановились перед зданием штаб-квартиры экспедиционных сил. Чарли прошел мимо охранника, который сразу же замолчал, узнав двоих из нас.

— Нам нужно поговорить с командующим, — сказал Чарли. — Где Грэйм?

— Вместе с мэром Бловена и посланником экзотов, — Охранник, который не был дорсайцем, слегка заикался. Чарли повернулся, собираясь уйти, — Подождите… сэр, я имел в виду, что они здесь, в кабинете командующего.

Чарли снова повернулся.

— Мы пойдем туда. Доложите о нас.

Он пошел вперед, не дожидаясь, пока охранник подчинится его приказу, по коридору и вверх по эскалатору; молодой офицер встал из-за стола, увидев нас.

— Сэр, — сказал офицер Чарли, — командующий будет занят еще несколько минут…

Чарли проследовал мимо него, и офицер развернулся, набирая номер на телефоне. Стуча каблуками по блестящему каменному полу, Чарли направился к следующей двери, открыл ее и вошел в кабинет. Мы двинулись за ним — в большое квадратное помещение с окнами, за которыми открывалась панорама города. За столом сидел Ян Грэйм — брат-близнец, зеркальное отражение Кенси. В кабинете также находились мэр Моро Спенс и человек в голубой одежде — кареглазый, с белыми волосами.

Когда мы вошли, Ян говорил по телефону.

— Все в порядке. — Он закончил разговор, нажал кнопку и посмотрел на Чарли, который прошел вперед вместе с Чжу, к самому краю стола, затем оба отдали честь.

— Что случилось? — спросил Ян.

— Кенси, — сказал Чарли. Голос его стал официальным. — Полевой командир Кенси Грэйм был только что убит, когда мы ехали в город.

Около секунды — не больше — Ян сидел молча. Но его лицо — столь похожее на лицо Кенси и все же столь непохожее — нисколько не изменилось.

— Как? — наконец спросил он.

— Мы не видели убийц, — ответил Чарли. — По-видимому, штатские. Они скрылись.

Моро Спенс выругался.

— Голубой фронт! — сказал он, — Ян… Ян, послушайте…

Никто не обратил на него внимания. Чарли коротко пересказывал то, что произошло с тех пор, как информация о приглашении достигла лагеря…

— Никакого подобного празднества не планировалось! — запротестовал Моро Спенс, но, казалось, его никто не слышал. Ян сидел молча; его суровое лицо наполовину скрывала тень от солнечного света, проникавшего через высокое окно позади него, и он слушал так, как будто это был очередной, ничем не отличающийся от тысячи других доклад. Обычный человек вряд ли вел бы себя так в подобной ситуации; не зря Яна считали легендарной личностью. И это было не только мое личное впечатление, поскольку я услышал, как стоявший сзади Пел что-то яростно прошипел сквозь зубы. Тут я вспомнил, как он говорил о Яне, что тот, в отличие от Кенси, состоит лишь из льда и воды.

Беловолосый человек в голубых одеждах — экзот Падма — тоже пристально смотрел на Яна. Когда Чарли закончил свой рассказ, он сказал:

— Ян, я думаю, будет лучше, если этим займутся местные власти.

Ян посмотрел на него.

— Нет, — ответил он и повернулся к Чарли: — Кто сейчас дежурный офицер?

— Нгкок.

Ян нажал кнопку телефона на столе.

— Дайте мне полковника Вару Нгкока, штаб лагеря, — сказал он.

— Нет? — переспросил Моро. — Я не понимаю. Мы сможем с этим справиться. Видите ли, это Голубой фронт. Это находящиеся вне закона политические…

Я подошел к нему сзади и положил руку ему на плечо. Он замолчал и обернулся.

— О Том! — с некоторым облегчением воскликнул он. — Я вас сначала не заметил. Рад, что вы здесь…

Я приложил палец к губам. Он был в достаточной степени политиком, чтобы понять, что иногда следует помолчать, и не стал продолжать дальше.

— Вару? Это командующий Ян Грэйм, — между тем говорил по телефону Ян, — Возьмите наши четыре лучших охотничьих отряда, а три батальона ваших войск пусть окружат Бловен. Перекройте все выходы из города. Никого не впускайте и не выпускайте без нашего разрешения. Объявите войскам, что в ближайшее время будет проведен инструктаж по этой операции.

Как профессиональные солдаты, не связанные ни с какими политическими силами, наемники, по условиям дорсайского контракта, имели право знать цели и задачи военных операций, в которых должны были участвовать. При девяноста шести процентах голосов против среди имевших отношение к операции солдат они имели право отказаться выполнять приказ. Существовало и другое правило: при ста процентах голосов они могли заставить своих офицеров использовать их в операции, которой требовали они сами. Из динамика донеслось что-то неразборчивое.

— Нет, — ответил Ян, — это все.

Он выключил телефон, открыл ящик стола, достал оттуда портупею — полевую, защитного цвета, в отличие от той, которую до этого надел Кенси, — уже с пистолетом в кобуре и, вставая, начал ее застегивать. Стоя он, казалось, заполнял все помещение.

— Том, — обратился он ко мне, — пусть полиция работает, пытаясь выяснить все, что можно. Передайте им, чтобы они были готовы подчиняться приказам любого из наших военных, независимо от его звания.

— Не знаю, есть ли у меня полномочия сообщить им это, — сказал я.

— Я только что дал вам эти полномочия, — спокойно ответил он. — С этого момента Бловен находится на военном положении.

Моро откашлялся; но я сделал ему рукой знак молчать. В этой комнате не было теперь никого, кто обладал полномочиями большими, чем Ян, за исключением приятной наружности человека в голубой одежде. Я вопросительно посмотрел на Падму, и он повернулся к Яну.

— Естественно, солдатам, которые знали Кенси, следует дать возможность проявить себя, — мягко проговорил Падма, — но, возможно, будет лучше, если виновных найдет гражданская полиция без военной помощи.

— Боюсь, что мы не можем целиком положиться на них, — коротко ответил Ян и обратился к обоим дорсайским офицерам: — Чжу, вы берете на себя командование войсками, которым я только что приказал окружить город. Чарли, назначаю вас действующим полевым командиром. Соберите всех офицеров и солдат в лагере и верните всех, кто находится в увольнении. Вы можете воспользоваться соседним кабинетом. Мы обратимся к войскам в лагере сегодня днем. Чжу сможет проинструктировать своих солдат, когда расставит их на посты вокруг города.

Дорсайцы повернулись и направились к двери.

— Одну минуту, джентльмены!

Падма лишь слегка повысил голос. Но они остановились и обернулись.

— Полковник ап Морган, как официальный представитель правительства экзотов, которое является вашим работодателем, я освобождаю вас от обязанности подчиняться любым последующим приказам командующего Яна Грэйма.

Чарли и Чжу посмотрели мимо экзота на Яна.

— Идите, — сказал Ян. Они вышли. Ян снова повернулся к Падме. — Наши контракты предусматривают, что офицеры и солдаты не подчиняются гражданским властям во время активных военных действий.