Господство клана Неспящих. Затерянные земли - Дем Михайлов

Едва я опрометчиво и смело заткнул кулаком отверстие в скале, как случились сразу две вещи – нескончаемый плач утеса стал громче и надрывней, а меня за руку укусила какая-то гадина, плавающая с той стороны стены. И это уже не говоря про пронзивший мое тело электроразряд. Злобно заорав, я почти наугад ударил вторым кулаком и закупорил еще одно отверстие. Плач утеса стал напоминать рев капризного ребенка. Меня трясло в электрической агонии, волосы стояли дыбом, одежда хоть и мокрая, но дымилась, к потолку вздымались клубы дымного пара. Мне почудился запах говяжьего стейка…

– Святые угодники! – причитал Док, наотмашь хлестая меня волшебной оздоровительной плеткой. – Святые угодники!

Господи… я оказался в раю мазохистов.

– Ненавижу музыку! – прохрипел я, ударяя по стене лбом и затыкая третье отверстие.

Утес взревел как церковный орган. Меня отбросило от стены. Упав на гладкий каменный пол, залитый водой, я проскользил пару метров и затих в дыму. Кажется, у меня поджарился язык…

– Чума! Просто чума! – приплясывал надо мной щуплый доктор. – У тебя сапоги порвало! А сообщения-то какие!

– Какие? – просипел я, медленно поднимаясь.

– Читаю вслух, босс! Пока не дергайся, подлечу тебя. – Мне в плечи уперлись окутанные сиянием ладони врача, просевшая на две трети жизнь начала подниматься. – Просто слушай…

Сообщения не радовали.

Едва успокоившиеся было птицы устроили новое безумство, ускорившись в разы и резко расширив диаметр смерча, зацепив своими ударами с десяток парящих разведчиков от различных кланов. Утес Приливная Смерть привлек к себе всеобщее внимание. Вокруг гигантской скалы сосредотачивается все больше сил. Всем очень интересна суть происходящего. Но никто ничего не знает – кроме Неспов. А те загадочно созерцают горизонт и сплачивают ряды.

«Местные» упорно молятся и столь же упорно отмалчиваются. Никто из них не дает заданий, связанных с утесом или хотя бы просто с тем регионом. Как отрезало.

Только что, после того как я заткнул третье отверстие каменной «флейты» собственной головой, около утеса начали погибать игроки. Десятками. И это не шутка.

Суицеллы. Они устроили массовое самоубийство. Не из злобы – от невозможности продолжать жить. Плач утеса слышен не только нам – он прекрасно слышен и снаружи, более того, все тело утеса вибрирует в такт нескладной мелодии, звуковая волна настолько мощна, что резонансное эхо разносится очень далеко. Монстры-суицеллы же напоминают собой ожившие электрические лампочки с жалом, необычные безобидные существа. Но когда тембр плача изменился, суицеллы заметались из стороны в сторону, как обезумевшие. Их начало трясти. Внутри них нарастал звон… а затем существа попросту ударили себя собственными жалами. Так смертельно раненный скорпион пронзает себе спину жалом в желании быстрее обрести смерть. Вот только скорпионы не взрываются, подобно ядерной гранате. А суицеллы еще как…

Десятки мощнейших взрывов сотрясли песчаную полосу с ближайшей к Крылу части утеса. А там собралось немало игроков, с интересом ожидающих развязки неожиданного птичьего пляса. И тут начали раздаваться взрывы – причем необычайно сильные для столь небольших существ. Танки выжили. А вот маги, лекари, лучники, некроманты и прочие «хилые здоровьем» классы разом померли и улетели на далекую локацию возрождения, толком не успев ничего понять. Большинство получили ранения. Многие потеряли часть экипировки, вооружения и артефактов. Если у тебя хрустальный посох с уже пониженной прочностью… для его уничтожения многого не требуется. Это же относится к столь любимым не слишком обеспеченным магам костяным или же слюдяным волшебным головным уборам. Про мелких питомцев вроде скворцов вообще лучше не думать. Их убило даже не взрывом, а его первым дуновением.

В общем, пару минут назад вокруг утеса рвануло множество мощных динамитных зарядов. Детонировал их не кто иной, как я. В фильмах подрывники крутят рукояти взрывных машинок или нажимают кнопки миниатюрных детонаторов, я же их переплюнул – я подорвал кучу игроков самым удивительным образом. Я боднул каменную стену и тем самым убил много игроков… просто феерично…

Такие вот дела…

– Дерьмо! – прошипел я, вставая и стряхивая с переносицы бегающую там миниатюрную шаровую молнию. – Только этого не хватало!

– Злоба злобно матерится, – добавил Док. – Его трижды отбросило взрывами, помотало по пляжу, как тряпку, гонимую ветром, а затем сверху на него упал сбитый с лап белый медведь. Это спасло его от четвертого взрыва. Но на белого медведя рухнул черный носорог. О как… но он не в претензии, если мы найдем дверь в данж.

– Дверь! – заворчал я подобно голодному волку. – Мы тут мелодию найти не можем. И меня почти посадили на электрический стул! Куда уж тут с дверью… пиши – мы работаем.

– Понял… ты еще раз пробовать будешь?

– Буду, – набычился я и шагнул к стене. – Либо я правильно сыграю на этой долбаной флейте, либо помру в корчах! Приглядывай за мной.

– Ладно…

– И попроси всех любопытных покинуть зону поражения – скажи, что мы все еще музицируем и у нас нет нот.

– Передаю. Они все спрашивают про дверь.

– Пиши – мы работаем. Ну-с…

На этот раз мои дрожащие руки заткнули новые отверстия, а левое колено заглушило течь в нижней части стены. Результат не заставил себя ждать. Надрывные нотки исчезли, но в плаче послышалось некое радостное безумие, а общий звук напоминал смешливое прысканье в великанскую ладошку. Видимо, моя музыка рассмешила утес… Подергиваясь в судороге, я все же решился и заткнул лицом четвертое отверстие. Меня снова отбросило назад…