Кроу. Суровые земли - Дем Михайлов

– А мои работники?

– А это для них – на ладонь игрока легло еще четыре амулета. – Я как раз шел к твоему участку, чтобы передать их… и сделать предложение. Пока не закончится снежная буря, вам стоит покинуть Серый Пик и переждать ее в более спокойном месте. Если дело в магических свитках переноса…

– Мы никуда не уйдем, сотник, – качнул головой Кроу. – Благодарю за амулеты. И я не получил ответа на вопросы… чего мне бояться? Какая тварь может явиться по наши души из морозной тьмы, что сгустилась вокруг? На своем веку я повидал многое. Случалось сталкиваться и со снежными призраками Руула.

– Не время для бесед!

– Ответьте хотя на вопрос о врагах, сотник! Я обвешал себя и работников амулетами, подсветил холм ярким светом, сделал многое, чтобы отогнать темных созданий. Но вдруг я сотворил глупость и, подсветив свое жилище, сделал его идеальной целью для стылых великанов, что обожают метать огромные куски льда! Что за враг может прийти по наши души? Ответьте! И я сразу уйду!

– Не великаны… житель Кроу. Наш разговор завершен… После того как буря кончится, зайди в башню, и мы обсудим твои убытки. А теперь возвращайся домой и не мешай стражам нести службу.

– А мои друзья? С первым отрядом стражников, тем, что отправились к сокрытому лагерю серых орков, были два моих друга! Они в порядке?

Честно говоря, в обычной ситуации было бы проще написать сообщение с помощью интерфейса и так же получить ответ – но не сейчас. Снежная буря уже парализовала обмен сообщениями, о чем сообщала панически мигающая пиктограмма в виде перечеркнутого красной линией почтового конверта. Вскоре, буквально вот-вот, задушится телепортация. И убежать со сторожевого поста Серый Пик получится только ножками, этот же путь останется для тех, кто решит прийти с подмогой. В общем, все как в реальном мире.

– Друзья? – с глухим рычанием сорвалось с губ сотника Вурриуса. – У таких, как вы, не бывает друзей. Чужеземцы… вы обмениваетесь улыбками, хлопаете друг друга по плечу, смеетесь над шутками, а затем, стоит лишь вам учуять запах наживы, вся ваша дружба заканчивается раз и навсегда! Все забывается! В том числе и данные вами обещания!

– Я задал вопрос, сотник Вурриус. Где мои друзья? – мрачно повторил Кроу. – Это я уговорил их оказать всемерную поддержку стражам. На моей совести повиснет тяжкий груз, если с ними что-то случится.

– Мои стражи живы. – Толстая кожаная куртка, подбитая мехом, на мгновение распахнулась на груди сотника, поверх кольчуги висела толстая просмоленная бечевка, унизанная несколькими десятками ровно светящихся жемчужин. – А раз живы они, значит, живы и твои друзья… конечно, только в том случае, если они до сих пор следуют вместе с моими воинами.

– И на том спасибо, – коротко кивнул гном и зашагал прочь, пробиваясь сквозь бушующую снежную метель.

Так…

Так…

Эмоции в сторону, эмоции к чертям.

Ожерелье на груди сотника – по сути, информационный экран, показывающий состояние его подопечных. Если страж будет ранен – «закрепленная» за ним жемчужина покраснеет, нагреется, замигает. Если воин погибнет – жемчужина почернеет или вовсе разлетится на кусочки с громким треском. Информация не то чтобы очень ценная, но, несомненно, полезная. Любые сведения могут пригодиться, причем порой самым неожиданным образом.

Далее – сотник прямо НЕНАВИДИТ чужеземцев, то бишь игроков, но большую часть времени успешно скрывает свою бушующую ярость и продолжает выполнять служебные обязанности. Помимо ненависти в наличии немыслимое недоверие к любому игроку. Упомянуты отсутствие дружбы и жадность.

Самое главное – сотник фактически признал свою ответственность за налетевший град и вьюгу. Он велел зайти позднее к нему в башню для обсуждения размера убытков. Это крайне важная информация, многое прояснилось, пара предположений подтвердилась.

Бард и мастер карт, скорей всего, живы, но гадать, где они, бессмысленно. Можно предполагать, что парочка игроков предпочтет не соваться к окруженному воющей метелью Серому Пику, поэтому ждать их не стоит.

Еще кое-что – стылых великанов пока не предвидится, значит, светящийся столб на вершине холма можно не убирать. Кроу облегченно выдохнул – он сильно переживал из-за того, что буквально повесил на вершину холма мишень. Не хотелось получить по кумполу ледяной глыбой весом в полтонны.

В общем и целом – беседа с сотником Вурриусом прошла не зря, многое выяснилось, есть с чего начать дальнейшие раскопки чужого мрачного прошлого. И дополнительными амулетами разжиться удалось – кстати, насчет них… обычные с виду теплые стекляшки с запаянными внутри разноцветными каплями неизвестной густой жидкости. Они отпугивают снежных духов – не всех, но многих. Но тут интересно кое-что другое – клеймо. На каждом амулете имелось клеймо, печать, подпись сделавшего его мастера. Как там? Артефактная волшебница Теллурия Аурум. Игрок. Очень неплохой мастер. На амулетах нет пометки о том, что данная вещь принадлежит страже Альгоры – а это необычно! На каждой кольчуге, каждом копье, шлеме, ремне и прочей служебной вещи, выдаваемой казной, есть соответствующие пометки. А на данных амулетах ничего подобного, – что, скорей всего, говорит об очень простом и интересном факте: сотник Вурриус или же один из его стражей приобрел защитные магические устройства в частном порядке. Проще говоря – на собственные деньги. Такое вот интересное открытие… тут тоже есть в чем покопаться.

Покопаться…

Резко остановившись, Кроу оглядел бушующую вокруг снежную пелену, потер заиндевевшее лицо и пробурчал задумчиво:

– А почему и нет? Все одно все планы дракону под хвост… да, локация еще не проверена и толком не картографирована. Да, пробные раскопки не сделаны. И что? Не сидеть же без дела… Хм… Придется ставить еще один навес! У самого холма… колья есть, пара бревен в наличии, землю на огород… Да! Начинаю копать вот отсюда и до завершения бурана!

С легким звоном игровая система выдала сообщение о получении достижения «Землекоп», дающего один процент к скорости копания. Паузы гном делать не стал, продолжая работать неспешно, но размашисто и с большу-у-ущим заделом на будущее. Простенькая лопата с хрустом вонзалась в сырую и еще не промерзшую землю, скрежетала по мелким камням, перерубала корни и вялых червей, жуков и прочую непонятную живность. Выкопанный грунт Кроу подбрасывал вверх. Вынутую почву тут же подхватывало метелью и уносило прочь. Взамен непогода обрушивала на игрока снег и ледяную пыль, что сразу же оседали на дне все увеличивающейся ямы.

Гном работал обстоятельно, с умом, внимательно вглядываясь в каждый обнаруженный предмет. Пока попадались лишь камни, отбрасываемые в снежную тьму вокруг, в сторону склада для стройматериалов. Помимо мелечовки удалось найти три большущих валуна размером с барана – их получилось выкатить наружу и отправить в путешествие вниз.

Если взглянуть со стороны, то становилось ясно, что под место раскопок гном отвел не место «у самого холма», а несколько сдвинулся в сторону, предпочтя начать работу ПРЯМО на холме, аккурат на вершине. В результате этого вершина земляного бугра бесследно исчезла и продолжала «стачиваться», теряя остроту и все расширяясь и расширяясь, по мере того как гном уходил глубже, срезая пласт за пластом почву и не забывая переносить из стороны в сторону работающий на полную мощность световой «столб». Зрелище сюрреалистическое – вокруг бушует пурга, завывает ветер, снежное и ледяное крошево слепит глаза, и среди этого кошмара деловито трудится невысокая коренастая фигурка, закутанная в шерстяную одежду и вооруженная лопатой.