Лавка старинных диковин - Роберт Шекли

– А, Нерон, как раз вовремя, – сказал он.

Нерон сразу понял: с этим типом жди неприятностей. Император, как правило, довольно быстро избавлялся от потенциальных неприятностей, попросту веля покончить с неугодным. Но белокурый визитер буквально излучал властность, его глаза сверкали, словно лазеры (Нерон о лазерах еще не слышал, но нечто подобное воображал в самых страшных своих кошмарах).

– Добро пожаловать в Римскую империю, – поприветствовал он гостя самым вежливым тоном. – Чем могу помочь?

– Слушай, у меня нет времени точить лясы. Мы тут у вас кое-что поменяем.

– Мы?

– Ну, я и мальчики. Вы нас будете звать богами. Мы на самом-то деле просто ученые, но для всех вас – боги.

– Боже мой, – сказал Нерон.

– Ну да, как-то так, – кивнул незнакомец. – Дело вот в чем: у нас там все тип-топ. В раю. Вернее, вы это называете раем, а мы – центром управления. Но в последнее время скучновато стало, вот мы и решили поменять кое-что. Оживить обстановку, так сказать. Собираемся внедрить в Рим динозавров.

У Нерона отвисла челюсть, но он взял себя в руки.

– Динозавров? Я никого с таким именем не встречал.

– Представь себе ящерицу, – предложил незнакомец.

– А, ящерица! Ящериц я видел.

– Но эти очень большие.

– Ну, разумеется.

– Нет-нет. Не просто очень большие – огромные. Чудовищной величины! Помнишь статую Аполлона возле Парфенона?

– Конечно! – кивнул Нерон. – Я ее видел во время недавней поездки в Грецию. Божественно.

– Не знаю, искусство – не моя область. Статуя велика, согласен?

– Да-да. Самое малое футов двенадцать в высоту. Да еще пьедестал.

Нерон, конечно, считал в римских футах, а они больше английских, так что статуя и впрямь была огромной.

– Ну так вот, – продолжал гость, – эта статуя не больше детеныша самого мелкого динозавра.

– Ага, – сказал Нерон. – Я понял, они действительно очень большие.

– О чем я и толкую. Такая диковина займет всю улицу. Представь зверюгу размером со стадо слонов.

– Слонов? – переспросил Нерон. – Да, я и слонов видел.

– Динозавр в пять или шесть раз больше слона. Да еще сплошь покрыт броней. И с огромными зубищами.

– И вы хотите притащить этих тварей в Рим?

– Схватываешь на лету.

– Но зачем?

– Ну что за вопрос? Затем, что это можно устроить. Вот мы возьмем и устроим. Забавно же получится.

– Забавно? Ох, сомневаюсь…

– Тебе понравится. Парню, который спалил Рим, динозавры обязательно понравятся.

– Это был не я!

В следующем своем воззвании Нерон написал:

Сим извещаю всех граждан империи, что посланник богов посетил нас и сообщил о грядущем явлении (вернее, нашествии) динозавров, которого удостоится единственно Рим. Свободно странствующие динозавры станут нашими почетными гостями. Ваш император соизволил даровать им римское гражданство. Динозавры – не люди, но меня уверили в их понятливости и, можно даже сказать, кротости. Прошу проявить дружелюбие. Это только временная мера. Следите за изменениями дорожного движения: пока все не утрясется, возможны небольшие затруднения. Искренне ваш, Нерон, император.

Как вы понимаете, воззвание породило многочисленные пересуды. «Чего только не выкинет император, – пришло к выводу общественное мнение, – чтобы отвлечь общественное мнение от пожара. Но мы-то с вами знаем, кто спалил Рим».

Многие вообще не поверили ни единому слову. «Динозавр? – вопрошали они. – Это что еще за зверь?» Но в тот день, когда первые динозавры должны были пройти по улице Виктора Эммануила II (вернее, по тому месту, где эта улица появится сотни лет спустя), собралась большая толпа.

Сначала где-то над Аппиевой дорогой показалось облако пыли, затем послышался топот, и наконец появились динозавры. Они шествовали по городу поодиночке, по трое и по шестеро. Боги (или типы, выдающие себя за богов) решили, что для такого события непременно нужна программка, поэтому римлянам раздали листовки со схематическими изображениями основных видов рептилий. Печатный станок тогда, конечно, еще не был изобретен, но какого черта: если уж устраиваешь анахронизм подобного масштаба, можно наплевать на предосторожности и хотя бы внести ясность.

Динозавры отличались поразительным разнообразием. Были тут и аллозавры, и трогодонты, и летающие нимичизавры, и огромные неуклюжие прототюфякозавры, маленькие проворные шустрозавры, и хиронопронты (как обычно, кучкующиеся по три). В небе парили длинноклювые когтистые птеродактили.

Люди, столпившиеся по краям улиц, восторженно аплодировали при появлении огромных ящериц и жевали бутерброды с чесноком и луком (их загодя бесплатно раздали всем представители консультативной комиссии по динозаврам в надежде произвести благоприятное впечатление).

Нерон наблюдал за происходящим с императорской трибуны и думал, что идея-то оказалась вполне себе ничего. Божественный тип в личной беседе уверил его, что динозавры отвлекут внимание общественности от пожара даже лучше, чем гладиаторские бои. Конечно, все это оставляло Нерону мало места для творчества, а своей творческой натурой он весьма дорожил. Но зрелище получилось что надо. «Вполне может и сработать», – решил император.