Утраченный металл - Брендон Сандерсон

–Буду осторожна. Я собираюсь передать его для изучения лорду Ладриану.

Редди фыркнул:

–Он же в отставку ушел.

–Это как посмотреть,– сказала Мараси, убирая треллиумовый штырь обратно в сумку.– Ради этого может и вернуться.

–Я официально не лишал его констебльских полномочий.– Редди утер лоб платком.– Только пусть не ввязывается в… инциденты. Если он берется за дело, жди беспорядков.

–Постараюсь присматривать за ним, сэр.

–У него, случаем, не осталось еще каких-нибудь родственничков, замышляющих устроить конец света, или полоумных жен со сверхъестественными способностями?

–Если таковые объявятся, заставлю отчитаться. И постараюсь отложить конфронтацию с ними до следующего квартала, чтобы не выйти за рамки бюджета.

–Колмс, что бы я без вас делал,– улыбнулся Редди.– Вы не просто мне работу облегчаете. Хорошо, когда рядом есть разумный человек, способный… ну, уравновесить всеобщее сумасшествие. Ступайте. Разведайте, что к чему, и сообщите, если понадобится помощь.

Мараси кивнула, с чувством глубокого удовлетворения покинула кабинет и прошлась обратно по коридору. Она уже многого добилась как в этом деле, так и в жизни в целом. Она пришла всерьез и надолго.

Но ничего ли она не забыла? Мараси отогнала навязчивую мысль и поспешила в столовую, схватила сэндвич и принялась активно жевать. До встречи с Ваксом оставалось мало времени. Тем не менее она не доела и половины, когда уборщица пришла за ее подносом.

–Я еще не доела,– сказала Мараси, показывая половину сэндвича.

–Спасибо,– ответила дама, выхватывая сэндвич у Мараси и откусывая кусок.– Я так голодна!

–Уэйн,– приглядевшись, со вздохом произнесла Мараси.– Что ты вытворяешь?

–Прячусь от этих крохоборов.

–Тех двоих в костюмах и котелках?– уточнила Мараси.– Уэйн, они опять донимали капитана Редди. Кому ты на этот раз задолжал?

–Не твое дело,– пробубнил он с набитым ртом.

Незнакомый с Уэйном человек мог бы подумать, что в переднике и чепчике он выглядел бы нелепо, но на самом деле – да еще и с накладной грудью – смотрелся вполне сносно. В чувстве стиля Уэйну было не отказать. А вот со вкусом – проблемы.

–А я думаю, мое,– парировала Мараси.

–Ничегошеньки подобного,– возразил Уэйн.– Я позабочусь, чтобы они больше не тревожили беднягу Редди. С Ваксом связалась?

–Послала записку. Встречаемся в три.

–Так чего ж мы теряем время на всякие переодевания? За работу!

11

Вакс приземлился у дверей особняка Ладриан, своего фамильного дома. Стерис отпустила его,– как обычно, во время полета она вцеплялась в него мертвой хваткой, но при этом ни на секунду не переставала радостно улыбаться.

Они поднялись по лестнице, и Вакс открыл замки с помощью особой последовательности стальных толчков. Дверь распахнулась перед ними. Другие жители дома обычно пользовались ключами, но теперь здесь почти никого не осталось. Прислуга переехала в башню с Ваксом и Стерис, а единственный жилец то приходил, то уходил.

–Аллик, это мы!– объявил Вакс.

За последние годы особняк стал не только временным жильем для малвийца, но и претерпел ряд иных изменений. В пентхаусе в башне Альстром было тесновато, и Вакс со Стерис хранили здесь материалы для увлечений и хобби.

Стерис заняла три комнаты на верхнем этаже под каталоги, блокноты и учетные книги, и время от времени просматривала их. Она покупала столько, как ей казалось, необходимых вещей – которые теперь доставляли почтой,– что в доме меньшего размера они бы не поместились. Впрочем, Вакс не жаловался; ее скрупулезность вновь и вновь помогала ему в работе.

Стерис зашла в ванную поправить прическу после полета, а Вакс задержался у двери, рядом с которой висели два длинных дикоземных пыльника. Один белый, другой – его старый пыльник – разрезанный на два слоя плотных лент. Туманный плащ. На крючках над каждым пыльником висело по дикоземной шляпе. Нельзя было в полной мере назвать эту композицию памятником, ведь один из тех, кому она посвящалась, был еще жив – просто сменил род деятельности. Тем не менее Вакс остановился, поцеловал кончики пальцев и дотронулся ими до дерева под шляпой Лесси. Это не было ритуалом. Просто привычкой.

Из-за балюстрады второго этажа высунулась голова в маске.

–О, привет!– воскликнул Аллик.

На этот раз его маска была ярко-красной, с желтыми крапинками посередине. В ней он выглядел разгоряченным, как будто лучащимся солнцем. Затем он поднял маску и еще лучезарнее улыбнулся.

Несмотря на невысокий рост, хилое телосложение и нелепую бороденку, с Алликом шутки были плохи. Особенно когда дело касалось выпечки.

–Ваше Преголоднейшество!– крикнул он Ваксу.– Новая партия почти готова!

–Аллик, не начинай!– рявкнул Вакс.– Я сюда не есть пришел.

–Но есть-то вы все равно будете, ага?

–Ага,– признал Вакс.

–Вот и славно!– Аллик снова натянул маску и скрылся в комнате на втором этаже, где без конца топил камин, а заодно и духовку, потому что малвийцам никогда не бывает жарко. Фактически он был «младшим послом доброй воли» вБассейне; его назначили таковым два года назад, когда он изъявил желание на полупостоянной основе поселиться в Эленделе. Вакс был этому рад. О причинах регулярных «случайных» визитов Аллика к Мараси догадывались все.

К тому же его выпечка действительно была отменной!

Мараси с Уэйном запаздывали, и Вакс заварил чаю, пока Стерис пошла наверх за «парочкой» дневников. Она вернулась, едва удерживая в руках добрую пару десятков, и плюхнулась с ними на диван в гостиной. Вакс налил ей чаю и вдруг почувствовал странный запах и с хмурым видом отправился на поиски источника.

Не успел он выудить из кармана туманного плаща половинку старой булочки, как в дверь вошла собака. Большая серо-белая короткошерстная псина, достигавшая Ваксу до пояса.

–Эй,– сказала собака человеческим голосом.– Макс с вами?

–Нет,– ответил Вакс.– Я запланировал парочку экспериментов. Сама знаешь, как они обычно выходят.

–Взрывоопасно?– уточнила собака – Ме-Лаан.– Ну блин. И зачем я тогда превращалась?

–Тебе нравится бегать за палками?– спросил Вакс, выбрасывая заплесневелую булочку.– Мне казалось, большинство из вас терпеть не могут нечеловеческие тела.

–Да, они ниже нашего достоинства,– ответила Ме-Лаан, усаживаясь на задние лапы.– Дело в том, что тело… влияет на тебя. Смертным это сложно объяснить. Оно как одежда. Оденешься с иголочки, выйдешь в сверкающий огнями город, и сразу хочется танцевать и веселиться. Наденешь грубые штаны, возьмешь в руки топор, и так и подмывает что-нибудь крушить. Я надеваю такие тела, только когда задание того требует. Но стоит мне их надеть…– Она пожала плечами, что выглядело весьма странно в исполнении собаки.– Ладно, значит, сегодня никаких палок. Пойду переоденусь.