Взломанные небеса - Эл Робертсон

Наконец сон сжалился над Джеком. Но лицо Фиста явилось в кошмаре. Фальшивое лицо куклы кривилось в жуткой ухмылке, рот клацал, выстукивая слова: «Скоро я – король, скоро – он мой!» Слова преследовали Джека всю ночь, и прервал их лишь будильник, вернувший его в болезненную явь. Фист сидел на краю постели, наблюдая за хозяином.

«Вижу, беспокойная выдалась ночка», – насмешливо пропищал он, перекрывая резкое гудение зуммера.

Тогда Джек наконец схватил паяца и наглухо запер его в темных глубинах мозга.

Поздним вечером они отправились в «Царь-пантеру». Улицы Дока были пустынны. Те, кто надрывался на фабриках и горбился над документами в офисах, уже давно разбрелись по домам. Мимо прокатился фургон. Его электрический движок натужно выл, надрываясь от тяжести груженного металлоломом прицепа. На ходу Джек посмотрел на Хребет, представил закованного ворона – нынешнюю эмблему Сумрака – и пожалел, что не видит ее. Да, Сумрак пал низко. Впервые узнав о его низвержении, Джек ощутил мстительную злобную радость и живо вспомнил ее теперь. Возможно, вскоре удастся сокрушить и другого бога. Форстер улыбнулся.

«Царь-пантеры» он достиг через три четверти часа.

«И эта убогая халупа принадлежит Пьеру Ильичу Ахматову? Человеку, который ведет темные делишки с Пантеоном? Матерь Божья, Джек, если человек и в самом деле меряется по его врагам, тебе уже ниже падать некуда…»

Они стояли на другой стороне улицы и смотрели на клуб: длинный барак из желтого фосфоресцирующего пластика. Над красной двустворчатой дверью – единственной в здании – красовалась грубо намалеванная от руки надпись «Царь-пантера». Подростки в сетевых лохмотьях разной степени живописности толкались перед ней в длинной очереди. Кое-кто, правда, был одет дорого и со вкусом. Наверняка гости из Дома, решившие пощекотать нервы развлечениями в трущобах. У дверей дежурили джентльмены в дорогих костюмах и с бычьими шеями.

«А чего вы тогда просто не вломились сюда?»

«Мы готовились. Но я должен был довести расследование до конца. И сделать это мог только я. А меня выслали в космос».

«О-о, понимаю, мистер Самый Главный!»

Джек подождал, пока мимо протащился, завывая, еще один фургон, затем пересек улицу и пристроился в хвост очереди. Фист повисел немного в воздухе и поплыл следом, качаясь, будто воздушный шарик на веревочке.

«Можешь уже видеть ядро их системы?»

«Нет, нужно подобраться ближе. Туда, где самая жара!» – самодовольно приказал Фист.

Насколько теперь можно доверять Фисту? Джек задумался. Чем ближе паяц к власти над телом хозяина, тем он становится капризнее.

«Слиться с толпой! Веселиться до упаду! Таких я хочу ночей! – глумливо хихикал паяц. – Шампанского и устриц! Хо-хо!»

«Помни: у нас дело, а не развлечения», – осадил его Джек.

Форстер выглядел не намного старше юнцов из очереди. Большинство их преждевременно состарили выпивка и наркотики. Очередь была вне себя от того, каким клуб виделся в сети.

– Ах, пантеры прекрасны! – восторженно выдохнула девушка впереди, вороша пальцами невидимую шерсть.

«Мы вошли в их защитный периметр», – уже серьезно объявил Фист.

Затем он сосредоточился и на мгновение исчез из мыслей хозяина.

«Ага, начнем с того, что прикинемся вышибалой. И пропингуем систему насчет того, сколько там живых душ».

Снова напряженная тишина. Затем – зевок.

«Ну, совсем просто».

«Фист, не будь так самоуверен».

«Самоуверен? Да тут единственная серьезная проблема – не заснуть от скуки. В общем, внутри пара сотен трясунов и человек двадцать персонала. Почти все – на первом этаже и в подвале. Наверху – только один».

«Возможно, сам Ахматов?» – предположил Джек.

«Без охраны? Я думал, это у меня деревянная голова».

«Ты можешь добыть данные отсюда?»

«Нет. Ядро коммерческих серверов – на втором этаже. Их держат отдельно от клубной сети. Нужно подойти ближе».

«Разумно. Иначе половина здешних вундеркиндов ломала бы их ради бесплатной выпивки».

Очередь двигалась. В тусклом свете ламп стены клуба казались цвета рвоты после дешевого пойла. Каждый раз, когда двери распахивались, запуская порцию гуляк, наружу вырывался бухающий ритм.

«Почти прибыли, – заметил Фист. – Смотрю, здесь не слишком щепетильны насчет фейсконтроля».

Джек нащупал в кармане карточку Внуба.

«Будем надеяться, что тебя не узнают. Не хочу, чтобы тебя отметелили вышибалы. Береги тело!» – насмешливо бросил паяц.

Джек посматривал искоса на верзил у двери. Кажется, никто не обращал на него особого внимания. Несколько видеокамер над дверью задержались на нем лишь на долю секунды. Еще минута – и паяц с хозяином оказались за красными дверями. Вышибалу не заинтересовало то, почему клиент не в сети.

– Только не затевай ничего! – предупредил громила.

Девушка за кассой взяла карточку без единого вопроса.

«Я же говорил тебе: никаких проблем, – с деланым равнодушием отозвался Джек, стараясь не выдать, какое испытал облегчение. – У Ахматова есть клубы классом гораздо выше. Вот туда бы мы вряд ли прошли».

В черном коридоре смердело бросовым пойлом и дешевым дурманом. Мимо торопливо прошагали гуляки, скрылись за створками дверей впереди. Из-за них вырвался свет, накатила плотная волна грохота и визга, однообразный низкий ритм, уже слышанный снаружи, плюс высокая частота.

«ВОТ ЭТО ДРАЙВ! – заверещал Фист. – НАСТОЯЩИЕ ТАНЦЫ, А НЕ ЧАРЛЬСТОН, МАТЬ ЕГО!»

«НЕ НАДО ОРАТЬ! А надо немного динамической калибровки. Вот так, да».

Джек пошел к дверям впереди. Подошвы заметно липли к полу.

«Ахматов явно считает уборку здесь пустой тратой денег, – сморщился паяц. – Господи, ну и ковры!»

«Кто вокруг? Охранники есть?»

«Ближайший – с другой стороны главного танцзала. Тут есть виртуальные вышибалы, но о них беспокоиться нечего».

«А тип на втором этаже?»

«Он не шелохнулся».

«Не исключено, что это сам Ахматов. Теперь давай поближе к серверам».

Главный танцзал был свирепым тайфуном звука, цвета и движения. Джека эта какофония подавила и обескуражила – а ведь он был не в сети. Вокруг скакали, пьяно и бессмысленно ухмыляясь, неразличимые, безымянные, слившиеся в экстазе люди. От жары и духоты Джека бросило в пот, не успел он добраться и до середины зала. Его истыкали локтями от головы до поясницы. К концу пути он взмок и покрылся синяками.

«Фист, ну как?»

«Пока ничего, сигнал слишком слабый».

«Господи боже…»

Они промучились еще с полчаса. Джек опять усомнился в честности паяца и вспомнил ликующий танец прошлой ночи. Фист не казался тем, кто только что согласился на опасное задание, но скорее тем, кто решился не рисковать вообще.