Защитник - Михаил Ахманов

Его тревожила некая мысль. Он знал о даскинах гораздо больше, чем Сигеру'кшу, он даже встречался с существом, которое – быть может! – являлось их эмиссаром в Галактике[15]. Истинным Владыкой Пустоты, затаившимся среди неисчислимого множества сервов, биороботов лоона эо… От него – или каким-то иным путем, неведомым самому Ивару, он получил способность перемещаться среди звезд, используя порталы даскинов, их древнюю тайную сеть, впечатанную в пространство Лимба[16].

Щедрый дар! Бесценный! Но было и кое-что еще, связанное с ним или, возможно, с наследственностью Тревельяна, с чередою предков, способных к ментальному восприятию. И сейчас это чувство подсказывало, что в лаборатории витают неясные флюиды – будто накрытая полем тварь ждала какого-то действия или приказа.

– Что с тобой, пха? – Сигеру, приоткрыв рот, уставился на Тревельяна. – Ты очень сосредоточенный… Словно куршут, мечтающий о кости с куском мяса.

– Хочу провести еще один эксперимент. – Тревельян придвинул сиденье к консоли, к черной протоплазме, метавшейся под силовым колпаком. – Посмотрим, как сейчас она изменится… если это вообще произойдет.

Он закрыл глаза и представил мшака. Мшак, обитавший на Йездане, был примерно размером с крысу; морда сильно вытянута, пасть с мелкими острыми зубами, длинный хвост и шкура цвета ржавого железа. Неприятное существо, всеядный падальщик с мерзким запахом… Кни'лина мшаков не жаловали, но истреблять отнюдь не собирались, полагая, что лучше живой зверь, чем кучи отбросов. В лесах Йездана мшаки питались трупами животных, а на городских свалках пожирали любую органику, от мясных грибов до сгнивших фруктов.

Археолог что-то пробурчал, и веки Тревельяна поднялись. Вид у Сигеру был озадаченный – на консоли расположился натуральный мшак.

Рыжий, с тонким хвостом-прутиком и черными бусинками глаз, но без ушей. Ивар не помнил, какие у мшака уши.

– Апама-шака! Как ты это сотворил?

– Мысленно, – произнес Тревельян и следующие десять минут разлекался метаморфозами, превращая мшака в ящерицу, в серого пушистого кота и крохотную копию каменного дьявола, хищника, что водился на Тхаре. Сигеру'кшу следил за ним в благоговейном молчании.

Наконец Ивар отодвинулся от консоли, встал и задумчиво промолвил:

– Это вещество чувствительно к ментальному воздействию.

Возможно, строительный материал и накопитель энергии. Зачем его сюда привезли?.. Зачем хранили миллионы лет в прочной оболочке и вдобавок закопанным в землю?.. Есть ли на планете другие тайники с подобной субстанцией?.. И если ее каким-то образом использовали, удастся ли найти следы и понять ее назначение?.. Масса вопросов, мой благородный друг! Один другого интереснее!

– Я подумаю над этим, – сказал Сигеру'кшу, потирая лоб огромной ладонью. – Я подумаю.

* * *

Вечером Тревельян и Алиса отправились к морскому берегу и волнам, лизавшим мелкий красноватый песок и обросшие водорослями камни. Алиса хотела искупаться. День у нее выдался тяжелый – возилась то с киберхирургом, то с диагностом, исследуя труп большого молчаливого. Хоть он и считался добычей Ивара, но на следующий день нужно было доставить его в селение и положить у костра, в котором сгорит второй Уттур. Предки с Желтой луны увидят, что он погиб не зря, что за него отомстили, и примут охотника с почетом. Еще их порадуют танцем победы, и пропустить это действо Ивар не мог: во-первых, ему тоже полагалось танцевать, а во-вторых, подобных танцев он еще не наблюдал и собирался зафиксировать каждое движение аборигенов.

Что за твари обитали в морских глубинах, еще подлежало изучению – лльяно, не потреблявшие рыбы, были на сей счет плохим источником сведений. На всякий случай небольшую бухточку около станции отгородили силовой завесой, чтобы купаться без помех. Для защиты от шестилапой помеси краба с пауком Алиса прихватила бластер, который достался Тревельяну; он сидел у прибрежных утесов, озирая песок и кусты, пока супруга плескалась в море. Небо еще не начало темнеть, пляж просматривался из конца в конец, а километрах в трех от береговой черты маячил остров со взлетно-посадочным полем. Как всегда, волнения вод не наблюдалось – среди узких проливов и шхер ветру было не разгуляться.

Алиса подплыла к берегу, ступила на мокрый песок. Тревельян смотрел, как идет она к нему: лицо поднято к небесной синеве, волосы падают на обнаженную грудь, кожа блестит в лучах вечернего солнца, движения легки, стремительны и грациозны. За ней тянулась цепочка следов, и волны, тихо шурша, ползли и ползли к ее ногам, омывая их и заравнивая песок.

Отложив излучатель, Ивар набросил на плечи Алисы полотенце.

Она благодарно улыбнулась, села рядом и промурлыкала:

– Вода чудесная, милый! Хочешь окунуться?

– Нет. Я вспоминаю.

– Да? И о чем же?

– О Гондване, тхара, где мы встретились. И тоже у моря.

Спустя минуту Алиса сказала:

– Ты был такой важный… Я боялась к тебе приблизиться…

– Боялась? Я этого не заметил, – произнес Тревельян, усмехаясь.

– Но я и правда очень важное лицо. Я консул Фонда Развития Инопланетных Культур! Галактический прогрессор!

– И около тебя вертелось столько женщин…

– Тоже правда. Я чрезвычайно обаятельный.

Алиса покосилась на него и хихикнула.

– Но я всех отшила. Марсианок, барышень с Земли, Ваала и Киренаики и ту наглую ведьму кни'лина… Всех! Брюнетку, что пялилась на тебя, и рыжую с зелеными глазками!

– Ты их помнишь? – поразился Тревельян.

– Разумеется! Надо вспоминать о своих победах, это повышает самооценку! – Алиса гордо задрала носик. – А что помнишь ты?

Тревельян обнял ее, привлек к себе и зашептал в ухо:

– Там, на Гондване, ты принесла мне лимонный шербет… Ты была в синем топике, а на плече висел чехол с биноклем… Но никакого бинокля в нем не оказалось – дед сразу вычислил… Излучатель, там был излучатель…

– Верно. – Алиса кивнула. – Мне поручили тебя охранять.

Вечер неторопливо сменялся ночью. Оранжевое солнце Лианы садилось за лесной массив, с моря подул прохладный ветер, волны уже не шелестели, а негромко рокотали у берега. Вспыхнули первые звезды, затем в небе раскинулось яркое великолепие Млечного Пути с пылающим в зените галактическим центром. «Вид, который вселяет умиротворение…» – решил Тревельян, но тут же вспомнил об угрозе, таившейся в ночных небесах. Поток раскаленного газа приближался к Лиане и ее светилу, выброс галактического ядра, уничтожавший звезды на своем пути, испущенный миллионы лет назад… «Не в ту ли эпоху, когда в этом мире приземлился корабль Древних?.. – подумалось ему. – Совпадение?.. Или…»