Ночь человека - Сергей Слюсаренко

– Почем? — мне надо было как-то продолжать игру.

– Тысяча долларов за коробку, — с вежливой улыбкой произнес приказчик. — Вполне подходит для подарка.

– А один платок? — поинтересовался я.

– У нас нет цен на один платок. Мы можем вам продать один, но цена будет той же, — совершенно очевидно, что он так же стремился мне продать этот платок, как я его купить.

– Извините, а рубашку можно?

– Конечно, две тысячи долларов, — с готовностью ответил приказчик.

Рассматривать рубашку, явно синтетическую и местного пошива, мне не хотелось.

– Скажите, а костюм можно померить? Вот тот — черный? — меня мало интересовал костюм. Меня интересовало единственное укромное место в магазине — примерочная.

– Пятнадцать тысяч. Но вашего размера нет. Можем заказать, но нужно внести залог. Две стоимости костюма, — с готовностью ответили мне.

Я откланялся, сославшись на то, что подарок куплю завтра, потому что нет мелочи с собой, и ушел. Все, что мне надо было, я рассмотрел. У магазинчика не было никакого второго выхода, никаких подсобных помещений и уйти из него было нельзя. Если не воспользоваться примерочной кабинкой. Только она могла помочь Брику уйти от моего преследования. Как же он меня учуял?

Это был обычный космопорт, каких тысячи. Я прибыл обычным рейсом, формальности были действительно формальными. Штамп в паспорт, и я могу идти наружу. Единственное — странное замечание офицера:

– Вы поспешите, в темноте гулять не рекомендовано.

Ну и ладно, согласно описанию тут недалеко, а пока только одиннадцать утра по-местному времени. Дорога к базе проходила по живописной местности. Сначала вдоль ухоженных полей с помидорами. Потом постепенно сворачивала в сторону узенькой речки и превращалась в закрытую сверху кронами деревьев галерею. День был солнечный (правда, звезда здесь — не Солнце) и обещал оставаться таковым. База контроля представляла собой некое подобие крепости или, скорее, бункера. Построена она была первой экспедицией в расчете на агрессивность туземцев, однако, если верить докладным, так и не понадобилась. Как средство обороны. У входа меня уже поджидал Найденов — мой старый знакомый. Работали мы в разных ведомствах и не виделись уйму лет. Он был назначен руководителем поселенческой колонии. Его неподвластные контролю патлы ничуть не поредели и был он, как всегда, бородат и длинноволос.

– Ну вот, никогда не думал, что буду принимать тебя как инспектора! — тиская меня в объятиях, заявил он. — Теперь и не выпьешь с тобой толком. Скажут, что подкуп. С целью изменения доклада.

– А мы никому не скажем ничего! — перспектива быть принятым совсем официально меня не радовала.

Найденов сначала показал мне мое жилье. Выяснив, что я полон сил, предложил сделать первый обход. За десять лет со времени первого поселения здесь все приобрело обустроенный вид. По соглашению с правительством Харайи, так звали эту планету, нам был выделен участок в несколько сотен гектаров, где и построили земную колонию. Цели колонии — сугубо научные. Только что-то в отчетах с базы стало беспокоить земные службы. Вот и послали меня с инспекторской проверкой. Вот и водят меня, как свадебного генерала, по закоулкам и опытным огородам. Тоска…

Потом, набродившись по базе, мы пошли обедать. После была встреча с сотрудниками и обещание полного доступа ко всем документам и прочие формальности. Пора идти в свое новое жилище, отдыхать и собираться с мыслями. Но вдруг негромкая сирена разорвала привычный ход вещей. На неё никто не среагировал.

– Что за шум? — поинтересовался я.

Найденов объяснил, что это сигнал, предупреждающий о том, что через пятнадцать минут все входы на базу будут закрыты и загерметизированы. Сказано было совсем обыденным тоном, и я даже не отреагировал вначале.

– Подожди! Зачем герметизировать? Ведь тут ни заразы, ни жуков-комаров, ничего нет. Что за предосторожности? — удивился я.

– Вечером опасно. Приезжают местные, — объяснил Найденов.

– И что местные? На танцах девок наших кадрят? — вспомнил я наши, ещё студенческие, приключения.

– Да нет, они нами питаются. Надо предохраняться, — обыденно сообщил Найденов. Так просто, как будто каннибализм распространен больше, чем курение. Спокойны тон этого заявления пугал.

– А если кто-то остался снаружи?

– Именно так мы и узнали, что они едят наших, — тон оставался совсем спокойным.

Дальше я наверное поступил совсем нелогично. Я пошел в свой номер и забрал вещи. Подойдя к выходному шлюзу набрал код. Тот с шипением пропустил меня наружу. И тотчас захлопнулся за мной. По команде изнутри.

Тихий светлый вечер. До аккуратного леса далеко. И совсем пусто вокруг. Ан нет. За жестяными баками, недалеко от шлюза, раздавалось негромкое всхлипывание. Там сидела девочка лет пяти. Она прижимала к себе котенка и плакала.

– Ты чего сидишь? Почему снаружи осталась?

– Кузя убежал, а я за ним, — с трудом, не прекращая плакать, объяснила она.

– Пойдем, я тебя отведу.

Она впилась мокрой ладошкой в мою руку и не выпуская притихшего котенка потопала за мной. Никакие наборы кодов на шлюзе, никакое битье кулаками и крышкой бака в шлюз не произвели ответных действий.

– Не откроют, — тихо сказала девочка. — Сашка так остался весной. Не открыли.

От манипуляции с дверями меня отвлек гул мотора. Недалеко от базы остановился грузовик с кузовом, крытым тентом. Откинулся борт и оттуда стали выскакивать люди в темных комбинезонах. С оружием.

– Это местные, — тихо, безысходно прошептала девочка. — Все…