Война 2033. Пепел обетованный - Сергей Чекмаев

Она провела пальчиком по земле — по сухому грунту зазмеилась замысловатая линия.

— …не знаю, кого они ждали, может, и не нас. Но напали сразу же, без обычных своих угроз, ну знаешь: «Грузы на пол и на выход!»

— Да уж, наслышан…

— Тех, кто воевать не умел, охранники спинами прикрыли, довели до портала и впихнули за ворота. А сами снаружи остались. Что было дальше, не знаю, но на той стороне мы их двое суток прождали. Никто так и не появился. Тогда я и прибилась к старательскому каравану — они как раз в Оазис шли. Я… я просто не знала, куда податься. Идти в Москву одной — боялась, а возвращаться стыдно.

Датчик здоровья переполз в розовую зону. Боль в ноге начала понемногу стихать.

— Дальше ты сам все видел,　— продолжала Кира.　— Дориус, он был у нас вроде как за главного, предложил собраться большой кучей и выйти вечером. Мол, мародерам такая толпа не по зубам, а когда спадет жара, проще…

Внезапно я перестал ее слышать. Голос Киры и внешние звуки как отрезало — я оглох. Виски сдавило так, будто кто-то невидимый пытался изо всех сил расплющить мою черепушку.

В голове зашумело, потом из глухого шипения выделились размеренные ритмичные удары.

Бам! Бам! Бам!

Пульс бился с грохотом орудийной пальбы.

Мать моя бабушка! Я совсем забыл об этом!

— Кира!　— прохрипел я.　— Кира-аааа!

Она недоуменно посмотрела на меня, быстро-быстро заговорила.

Потом отшатнулась. И начала медленно отползать от меня, смешно перебирая ногами.

Прицел увидела. Прости, девочка, я просто забыл.

Что-то странное творилось с глазами. Я то отчетливо видел каждую травинку рядом с собой, то вдруг переключался на гребень холма, который неожиданно становился близким, руку протяни — и вот он! И тут же наползала мутная пелена, и я переставал видеть вообще.

— Что бы со мной ни происходило — не бойся. Это… — в голове уже гремело без пауз,　— побочные эффекты.

Бам! Бам! Бам!

Мир поднимался вверх и все норовил стукнуть меня в лоб. Мутило страшно. Вдобавок пошла носом кровь — на верхнюю губу потекло, во рту ощущался солоноватый привкус.

— …я тебе… ничего не сделаю… все бу… дет хоро… шо.

С последним ударом я четко ощутил — надо бежать! Силь где-то совсем рядом, это она зовет меня на помощь, бьет тревогу в моей голове.

«Силь, я иду! Держись!»

Я вытащил пистолет, поднялся во весь рост, сделал шаг, другой. Ноги отлично слушались меня — можно идти, бежать, прыгать. Хоть всю ночь. И обязательно добраться до Силь.

Или мне показалось?

Нет, ходить по-прежнему тяжело — на каждой ноге словно повисла дополнительная ноша, в полменя весом. И я, похоже, даже не вставал. Лежал на траве, извиваясь червяком. Кто-то цепко держал меня за пояс. Обхватил руками и держал. Изредка я слышал голос — тихий, с трудом прорывающийся сквозь громовые раскаты в голове:

— Андрей! Что с тобой!

Силь? Неужели я нашел ее?!

Но она никогда не звала меня так. Энди, Энжи, Андреналином, когда злилась, но не Андреем.

— Тебе нельзя! Куда ты?! Подожди!

Кричала девушка. Но не Силь, а какая-то другая.

По-моему, она даже обнимала меня, прижималась изо всех сил, чтобы никуда не пускать.

Почему она удерживает меня? Я должен идти! Я должен спасти Силь!

Я снова начал подниматься, но смог лишь встать на колени. Меня опять попытались уложить, и я потянулся оттолкнуть мешавшие мне чужие руки. Даже вроде бы сделал движение плечом.

И упал на спину. От бессилия хотелось орать и ругаться последними словами.

В голове продолжал гудеть чудовищный набат. Я чувствовал, как по лбу течет горячий, едкий, как стичий плевок, пот. Еще немного, и он начнет жечь кожу.

Я попытался вытереть горячие капли, но руки не послушались.

— Сейчас!　— сказал кто-то, и на голову опустилась удивительно приятная прохлада. Сопротивляться не было сил, да и не хотелось. Пусть моя бедовая башка лопнет, как паровой котел.

Плевать.

И тут все закончилось. Бежать расхотелось. Наоборот, вдруг навалилась апатия и усталость: стало все равно, что случится со мной сейчас, через день и через несколько лет. Лежать бы вот так все время, спокойно, неподвижно, ощущать на разгоряченном лбу прохладу, а совсем рядом — человеческое тепло.

Я протянул руку к голове и наткнулся пальцами на мокрую ткань. Похоже, кто-то смочил водой тряпицу и положил мне на лоб.

Кира!

Проклятие! Что она видела?! Там, у мамы Коуди, во время приступов меня удерживали сталкеры, охотники, рейдеры — люди опытные, всякого навидавшиеся. И потому не очень-то пугливые.

А она что подумала?

Гребаный имплантат! Я не знаю, как он работает! Не знаю, когда и почему он снова даст сбой, от которого я опять стану неуправляемым безумцем.

Ничего я не знаю.

Пока ясно только одно — имплантат «не любит» некоторых боевых стимуляторов и заживляющие препараты с нейроэффектами. Потому я и лечился так долго у мамы Коуди — только пластиком, никакой химии. Попытки подкормиться регенераторами немедленно оборачивались вот такими же приступами.

Значит, и культары тоже. Неприятное открытие…

Я повернул голову и тут же натолкнулся на испуганный взгляд Киры.

— Ты в порядке?　— дрожащим голосом спросила она.

— Почти,　— я глянул в КПК. Анализатор состояния оценивал повреждения как «средние, не опасные для здоровья», но советовал не злоупотреблять нагрузками.

Рана вроде совсем затянулась, кровь не идет, боли нет. Значит, культар таки сработал. И то хлеб.

Земля вокруг меня была изрыта, как будто рядом топтался не один десяток богомолов. Ладони саднили, из кровоточащих порезов торчали небольшие кусочки прозрачного пластика. Вот, значит, что я сжимал в руке. Не пистолет, а пустую ампулу, хрупкую, как крысиные косточки.

Подтянув к себе рюкзак торговца, я ощупал боковые карманы в поисках аптечки. Ну точно, вот она. Смазал йодом порезы, вскрыл бинт, аккуратно замотал ногу свободной повязкой — по-сталкерски, как учили.

Кира медленно приходила в себя.

— Что… что это было?

Я замялся. Сделал вид, что занят повязкой, потом — что приводил в порядок одежду. Но ответить все-таки пришлось.

— Побочные эффекты.

Кира осторожно подняла с земли упаковку с культарами и, держа двумя пальцами на вытянутой руке, быстро спрятала кожаный пенальчик в рюкзак торговца.

— И так каждый раз?