Конан и поход обреченных - Ник Эндрюс

— В последние сутки ее мучили сильные головные боли, — пролепетал воин. — Сегодня утром, поднимаясь по лестнице, несчастная женщина потеряла сознание и, упав, ударилась головой о каменные ступени. Лекари ничем помочь не смогли…

— А где были служанки? — краснея от гнева, прорычал правитель.

— Девушки растерялись и не сумели поддержать госпожу, — пояснил данвилец. — Рыцарь Орлан приказал их запороть до смерти. Ровно в полдень приговор привели в исполнение.

— Проклятие! — тихо выругался владыка.

Гаран не любил жену, а последнее время она стала для него обузой. У них никогда не было общих интересов. Видолия ненавидела порядки, установленные мужем в провинции, жестокость сборщиков налогов ее возмущала. Об отправке крестьян на рудники и сожженных дотла деревнях можно даже не упоминать.

Ксатлин старался проводить побольше времени с прекрасной и обожаемой наложницей, и эта демонстративная связь, конечно же, вызвала у Видолии ярость.

Жалел ли правитель жену? Вряд ли… Они давно стали чужими людьми. И все же, частичка души гарана умерла вместе с Видолией. Почему? Разумного объяснения Ксатлин не находил — наверное, Видолия напоминала ему о бурной, бесшабашной молодости.

— Плохое предзнаменование, — задумчиво сказал владыка, окидывая взглядом рыцарей.

Фессалийцы сочувственно притихли. Веселое настроение исчезло. Предусмотрительный слуга наполнил кубок господину до краев. Правитель осушил его, встал, и устало сказал:

— Пожалуй, хватит. Скоро совсем стемнеет. Холон и Малкольм не забудьте проверить посты. Заготовьте побольше факелов. Гномы и альвы ночью особенно опасны.

В сопровождение верной охраны гаран неторопливо направился к шатру. Там Ксатлина поджидала верная рабыня — в объятиях красавицы можно забыть о любых невзгодах. В нос ударил запах благовоний. Наложница ласково обвила шею Ксатлина тонкими руками, ее речь струилась, как чистый прозрачный ручей. Мягкий, бархатный голос приводил мужчину в неимоверный восторг.

— Ты сегодня рано, милый, — прошептала женщина.

— Обстоятельства, — вымолвил правитель. — Представляешь, Видолия умерла.

— И как это случилась? — пытаясь изобразить участие, спросила трунсомка.

— Упала с лестницы и разбила голову, — ответил гаран. — Большей глупости не придумаешь…

— Мне искренне жаль ее, — проговорила рабыня.

Будь Ксатлин внимательнее, то сразу бы заметил нотки торжества в словах наложницы. План блестяще осуществился. Как вовремя жена властителя Данвила потеряла сознание! Теперь не будет никаких подозрений и расследований, а погребальный костер скроет все улики преступления. Скорты были обречены, и Адиль осталось терпеть Ксатлина совсем недолго!

Прижав к себе девушку, гаран поцеловал ее в нежную шею и произнес:

— На нашем пути нет больше препятствий. После победы над Селеной я женюсь на тебе. Это будет свадьба нового короля Фессалии! Более величественной и роскошной церемонии страна еще не видел!.. Мы будем пировать целую луну!

— Ты мой бог, — рабыня впилась губами в уста гарана.

В подобной ситуации любая другая женщина хорошо бы подумала над словами правителя. Перед ней открывались безграничные возможности.

Бесправная невольница превратилась бы в могущественную королеву. Путь к трону расчищен, а устранить Торрика труда не составит — мальчишка горяч и неосторожен. Однако, девушка думала только о мести. Как же она сладка и желанна! Ради мести трунсомка была готова пожертвовать, чем угодно и жизнь — слишком маленькая ставка в этой борьбе.

— Я надеюсь, ты подаришь мне новых наследников, — тихо проговорил Ксатлин.

— Конечно, — вымолвила рабыня и едва не рассмеялась.

Глупец! Адиль давно приняла необходимые меры предосторожности. Особыми снадобьями наложница сделала себя бесплодной. Как бы правитель не старался, детей у его возлюбленной не будет. Скорты никогда не возродятся вновь!

* * *

Сутки прошли в полном бездействии. Армия данвилцев терпеливо ждала полки магинцев. Без поддержки союзников гаран наотрез отказался наступать. В конце концов, с ситуацией смирился даже Мондор. Да и как убедить строптивого правителя, если покушение на королеву не удалось? Селена и Салмир достойно встретят врагов. Воспоминания о двух неудачных походах еще не слишком свежи…

Целый день солдаты играли в кости, пили вино, горланили песни, спали в тени палаток. Ни валвилцев, ни торгрийцев в лесу не оказалось. Скорее всего, лесные воины отступили поближе к замку Селены. Атаковать одновременно в двух направлениях равносильно самоубийству. Вопрос в том, против кого выступит волшебница? Ксатлин почему-то думал, что войска Селены набросятся на ингасов — дикари чересчур обнаглели и перестали чувствовать опасность.

Сам владыка, в обнимку с полуобнаженной невольницей, провел все утро на ложе в шатре и лишь к полудню гаран соизволил выйти к рыцарям. Совет с командирами полков надолго не затянулся. План вторжения был ясен и без дополнительного обсуждения: пехота за двое суток дойдет до Хусорта и приступит к осаде. Катапульты, баллисты и штурмовые лестницы загружены в повозки. Сборка механизмов займет половину дня.

После того, как слуги подали вино, разговоры на военные темы прекратились. Началась очередная безудержная оргия. Тарис, неизвестно откуда, приволок трех молодых девиц и полунагих фессалиек заставили танцевать на потеху рыцарям.

Неожиданно к правителю приблизился Фарнер, склонился и тихо сообщил:

— Мы перехватили магинского гонца. Он требует, чтобы его пропустили к Мондору. Кричит о каком-то важном известии. Если прикажете, мои парни потрясут молодца.

— Не надо, — Ксатлин отрицательно покачал головой. — Позовите сюда советника. Выслушаем сразу обоих.

Колдун поднимался на холм медленно и неторопливо. Чародею надоело смотреть на пьяные рожи приближенных данвилского владыки. Заметив схваченного телохранителями правителя гонца, Мондор зло сжал кулаки. Жаль, что сейчас нельзя использовать магию. С каким бы наслаждением советник превратил тупых фессалийцев в обугленные скелеты! Увы, приходится терпеть высокомерные, заносчивые выходки недоумков. Но скоро, очень скоро все изменится…

— Мондор, — иронично улыбаясь, произнес гаран. — К тебе опять прискакал посланец. Мои люди его задержали. Ведь у союзников не может быть тайн друг от друга? Надеюсь, воин поведает нам о цели своего визита?

Магинец испугано взглянул на колдуна.

— Конечно, — бесстрастно ответил советник. — Только я не понимаю, к чему такие жесткие меры? У меня нет секретов от могущественного владыки Данвила. Король Галтран точно и неукоснительно соблюдает условия договора. Мы ведь поклоняемся Волару…

— Само собой, — вымолвил рыцарь. — Каждую луну я приношу повелителю Царства Мертвых достойную жертву. Рабы умирают в каменоломнях сотнями, кровь на алтаре не успевает высыхать. Потому и требую честности и откровенности.