Оранжерея - Чарлз Стросс

–Что бы вы хотели приобрести?– спрашивает она.

–Мне нужно…– Тут я тушуюсь.– Мне нужно нижнее белье,– говорю я. Так, вещи здесь не очищаются сами, значит…– Недельный запас. Еще несколько пар чулок.– Свои я порвала на левой ноге.– Иеще один наряд– такой, как на мне сейчас. Иеще один комплект обуви.– Тут мне в голову кое-что приходит.– Аможно мне еще нормальные брюки?

–Пожалуйста, подождите.– Продавщица замирает, словно обрабатывающий запрос бот– по сути, она им и является.– Так, давайте сперва пройдем сюда.– Она подводит меня к постаменту, где выстроились в ряд полимерные статуи в тонких длинных мантиях, и вскоре другая сотрудница появляется из двери в стене со стопкой пакетов.– Пожалуйста, всё, что вы просили. Авот брюк в нашем отделе нет. Но если дадите мерки, мы сошьем для вас одежду нужного размера.

–Ого.– Яоглядываюсь.– Аво-о-он там я могу что-нибудь выбрать?

–Да, конечно.

Пару килосекунд я провожу, выискивая себе нормальный низ. Как ни странно, здесь продают преступно мало штанов, и все они выглядят поврежденными– из тяжелой синей ткани, истрепавшейся и порванной в районе колен. Вконце концов, я оказываюсь в другом отделе магазина, где вижу брюки на вешалках. Они были бы в самый раз– прямые, черные, без дырок.

–Одни моего размера, пожалуйста,– говорю я ближайшему продавцу-мужчине.

–Но ведь это– мужские, мэм.– Он ошарашенно смотрит на меня.

–Японимаю. Здорово.– Ячешу в затылке.– Перекроить их сможешь?

–Увы, мэм, мы таким не занимаемся.– Тут снова оживает мой модем с урезанным функционалом: над вешалкой с брюками появляется красная надпись НАРУШЕНИЕСОЦ. НОРМЫ.

–Гм.– Значит, есть ограничения на то, что мне можно продать? Раздражает уже!– Хорошо… Давайте так. Мне нужны брюки для мужчины такого же роста, как у меня.

–Хорошо, мэм.– Лицо продавца-неписи прямо-таки озаряется.– Минутку.

Яжду, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. Вконце концов из неприметной двери в стене магазина появляется еще один мужчина, неся сверток.

–Ваш товар, мэм.

–Ага.– Яберу штаны, подавляю ухмылку и думаю о том, как будет славно и от раздражающих туфель избавиться.– Так, покажите мне обувной отдел. Нужны ботинки для мужчины с моим размером стопы.

Когда я расплачиваюсь за все с помощью «кредитной карты», получаю еще пару очков социального рейтинга. Пока у меня их набрано пять.

Явстречаюсь с Сэмом в мебельном отделе через долю килосекунды. Мы оба сильно перегружены сумками, но Сэм купил переносной контейнер под названием «чемодан», и мы запихиваем туда бо́льшую часть наших покупок. Яразжилась сумкой через плечо и парой ботильонов на мягкой подошве, которые не гремят при ходьбе,– теперь ходить куда удобнее. Впрочем, от старой обувки я решила не избавляться и убрала ее в сумку. Вдруг понадобится.

–Пойдем найдем, где поесть,– предлагает Сэм.

–Погнали.– На другой стороне от «Мейси» есть закусочная, и она мало чем отлична от настоящей, за исключением того, что еду к столу доставляют из местных кухонь люди– то есть неписи, обслуживающий персонал. Ксчастью, это симуляция, иначе мне было бы совсем плохо. Впору Войн Правок было распространено учение о том, как проводить синтез пищи из биологических отходов или мертвых товарищей по оружию– тут подобным рационализмом не пахнет. Эрзац-цивилизация, иначе не скажешь. Мы заказываем себе еду по меню, отпечатанному на листе белой пленки, и садимся ее ждать.

–Как прибарахлился?– спрашиваю я у Сэма.

–Неплохо,– осторожно отвечает он.– Купил нижнее белье, несколько пар брюк, еще рубашки… Планшет говорит, что здесь существует множество социальных условностей, связанных с одеждой. Что-то носить можно, что-то нельзя– поди в этом всем разберись. Явот пока не уверен, что понял все.

–Расскажи, что понял.– Яделюсь с ним своими трудностями поиска брюк без дырок на коленях.

–Так, там написано…– Он снова хватается за планшет.– Ага. Обычай роскоши. Он не закреплен законодательно, но в ранние темные века женщинам лучше не носить брюки, а мужчинам– юбки.– Он хмурится.– Также говорится, что этот обычай смягчился где-то в середине временного периода.

–Ты собираешься во всем сверяться с этой штукой?– спрашиваю я, когда подходит непись и ставит бокал бледно-желтой жидкости, называемой пивом.

–Ну, нас могут оштрафовать,– говорит Сэм, пожимая плечами.– Хотя, думаю, ты права. Мы не должны делать ничего, что нам не понравится.

–Правильно.– Яподнимаю правую ногу и ставлю ступню на стол.– Зацени.

–Обувь. Не женская…

–Ага, из мужской секции. Но мне ее продали-таки, когда я сказала, что это подарок мужчине моих габаритов.

–Умно.

Японимаю, что показываю ему ногу с порванным чулком, и прячу ее назад под стол.

–Свобода хитрости у нас точно есть, осталось выяснить ее границы. Иесли выясним, заживем здесь по-своему, так?

Приносят тарелки с едой: синтетические стейки и искусственные овощи, выглядящие так, будто они выросли в грязном уголке дикой биосферы; еще чашки с яркими приправами. Некоторое время я вожусь в своей тарелке. Ядействительно голодна, и еда вкусная, хотя бесхитростная. По крайней мере, мы не собираемся здесь голодать. Янасыщаюсь довольно быстро.

–Не знаю, получится ли такое,– бубнит Сэм с набитым ртом.– Система рейтинга…

–…не мешает нам делать что-либо,– заканчиваю я за него, отодвигая тарелку.– Все, что от нас требуется,– договориться игнорировать тот или иной запрет, тогда системе ничего не останется, как прогнуться под нас.

–Наверное.– Он отправляет в рот еще кусок стейка.

–Влюбом случае мы понятия не имеем, что они считают нарушением норм. Яимею в виду, что я должна учудить, чтобы потерять очко рейтинга? Или чтобы получить, раз на то пошло? Фиоре сказал только «соблюдайте правила, копите баллы».– Явзмахиваю вилкой, и нацепленный на нее маленький овощ летит куда-то мне за голову.– Впланшетах есть только справочная информация– замшелая чепуха о том, что общество у нас генетически детерминистское, с уймой глупых обычаев, но не прояснено, что будет с нами, если мы начнем подстраивать его под себя. Все общества обладают определенной степенью гибкости, а эти ребята-экспериментаторы лишь взяли первую встречную узконормативную интерпретацию. По мне, попахивает пофигизмом.

–Ачто подумают остальные?– заволновался Сэм.

–Ачто они подумают?– Ягляжу на него с иронией.– Мы здесь проторчим столько времени, что свихнуться недолго. Ты действительно думаешь, что бонус в конце будет для наших настолько важен, что три года ходьбы в туфлях с дурацкими каблуками, от которых адски болят ноги, покажутся чепухой?

–Как знать.– Сэм кладет нож.– Зависит от того, каков баланс между ущербом собственным интересам и будущим возможным богатством. Интересный, кстати, выбор…

–Ладно.– Явстаю со стула.– Давай проверим систему на прочность.– Ясбрасываю куртку и кладу на спинку. Пара поглощающих еду зомби оглядывается.