Империя. Оружие Владык - Иван Лебедин

Даже приход ненавистного ему Правого флагмана не вывел харда из шока.

Несколько секунд понаблюдав за парнем, Давид пошел к себе.

У него не было сил кого-либо успокаивать или поддерживать. Да ему и не хотелось.

Заперев за собой дверь, Флагман постарался дышать как можно глубже, чтобы не впасть в панику.

Впервые в жизни он не знал, что делать. У него не было знаний и инструкций на сей счет.

Давид закрыл глаза, пытаясь вспомнить напутствия Старейшин…

* * *

В каменном зале, освещенном большими сталактитовыми люстрами, одиннадцать налысо обритых, одетых в скромные серые мантии Старейшин давали последние советы Давиду, от успешности миссии которого зависела судьба всего его народа:

– Ты был избран задолго до своего рождения. Избранный, флагманом которого тебе суждено стать, изменит судьбу всей Галактики. И лишь от тебя зависит, какими будут эти изменения, – произнес один из Старейшин.

– Ты знаешь, Флагман может прийти в город Ассасино лишь после смерти Избранного. Твое возвращение будет иным. Ты вернешься, чтобы мы, как некогда наши предки, встали плечом к плечу с Избранным, вновь обретя славу и силу, страшащую Вселенную и одновременно с этим почитаемую ею, – добавил второй.

– Никогда еще судьба Вселенной не зависела от одного человека. Принеси нам добрые вести, – сказал третий.

– Да будет так, – торжественно произнес Давид, целуя подолы мантий Старейшин.

– Во им я Пророка, – ответили ему хором Старейшины.

* * *

Воспоминания о былом помогли Давиду принять решение.

Он больше не паниковал. Теперь он точно знал, что делать:

– Если им это нужно не меньше, чем мне, то пусть помогут, – пробормотал он и, крепко сжав кулаки, пошел к хардам.

* * *

Марго очнулась, лежа на полу внутри какой-то движущейся повозки, и в крайне неудобной позе.

Затекшие чресла нещадно ныли, одна ко крепко связанные воедино руки и ноги не позволяли потянуться, чтобы ослабить боль.

– Неужели опять… – прошептала девушка, заворочавшись в надежде освободиться, но тугие узлы только больнее стянули ее конечности. Слезы боли брызнули из глаз Марго, но она решила не сдаваться. – Эй! – крикнула девушка, – кто-нибудь! Эй, развяжите меня!

Повозка остановилась, послышался скрип дверцы. И возле лица Марго показались обутые в тканевые башмаки ноги.

Этот кто-то присел рядом, и полы расшитого камзола коснулись лица девушки.

– Развяжите меня, – попросила она.

Незнакомец встал и обратился к кому-то снаружи на неизвестном ей языке. Ему ответил мужской голос.

Марго попыталась прислушаться в надежде, что внутренняя сила поможет распознать чуждую речь, но безуспешно.

Те двое говорили недолго, после чего незнакомец вновь вернулся, держа в руке длинный, острый клинок. Подняв оружие в воздух, мужчина замахнулся.

– Нет! – крикнула девушка, в ужасе закрыв глаза. Однако клинок лишь разрезал ее путы.

Марго, уже было почувствовав облегчение, попыталась потянуться, однако обладатель тканевых башмаков вновь связал ей руки и ноги, но на этот раз по отдельности, сделав это столь быстро, что девушка успела заметить лишь его длинную, острую, черную бороду да небольшой тюрбан, возвышающийся над густыми, кустистыми бровями. Незнакомец вышел из повозки, и транспортное средство вновь двинулось в путь.

Марго некоторое время со слезами бессилия и боли на глазах поползала по полу, пытаясь встать. Однако это ей не удалось, и девушка осталась лежать на полу, глядя в небольшое, расположенное в самом верху повозки зарешеченное окно, за которым виднелось затянутое свинцовыми облаками небо.

* * *

Спустя бесконечность (как показалось измученной Марго) вокруг повозки начали раздаваться новые, мужские и женские, голоса, а в ноздри девушки ударил целый букет терпких запахов. Здесь были и пот, и благовония, и аромат свежего хлеба, и смрад навоза.

Постепенно гул человеческих голосов стих, и его сменило пение птиц, дополненное благоуханием цветов и легким запахом свежескошенной травы.

Вскоре транспортное средство остановилось, и незнакомец в тюрбане, разрезав путы на ногах Марго, выволок ее вялое тело наружу.

Возле повозки, запряженной двумя крупными животными с длинными, раздвоенными языками, которые они то и дело высовывали, стояли трое мужчин, одетых в расшитые каменьями камзолы.

Они пристально осмотрели девушку, после чего, довольно закивав, вручили привезшему ее обладателю тканевых башмаков увесистый кошель.

Тот, махнув более молодому, сидящему на вожжах, помощнику, прыгнул в повозку, и животные, неловко развернувшись, отправились обратно.

Марго же осталась сидеть на земле, глядя на очередных незнакомцев и на возвышающийся за их спинами, сооруженный из серого камня дворец.

Ей было больно и страшно. Она не понимала, где находится и как оказалась здесь. А главное, где ее друзья, и особенно Давид, который поклялся ее никогда не оставлять.

Полными слез глазами девушка посмотрела на свинцовое небо в надежде заметить среди мрачных туч приближающийся «Штормбрекер».

* * *

Давид нашел хардов в спальне Марго. Экселенц по-прежнему пребывал в оцепенении. А мертвенно бледная Катрин пыталась разумно мыслить:

– Не понимаю, как она могла исчезнуть! – обращалась она к нереагировавшему на ее слова Экселенцу. – Корабль ведь движется по тоннелю, и к нам никто не пристыковывался. Я проверила.

– Я бы не был на твоем месте столь однозначен, – пробормотал Давид.

– Что ты имеешь в виду? – подняла глаза на напарника девушка.

– Да что угодно. У того, кто ее забрал, может быть более совершенная, не видимая нашим межпланетником, технология. Он может оказаться техногенным гением и обмануть системы нашего корабля, чтобы мы не заметили его присутствия. В конце концов, похитителем может оказаться существо, не обладающее твердым телом и способное просачиваться через стены.

– Бред, – скривился хард.

– Если у тебя есть более логичные и весомые объяснения, я с удовольствием их выслушаю, – недобро улыбнулся ему Правый флагман.

Экселенц ответил ему уничижительным взглядом.

– Нашли время, чтобы сцепиться, – гневно сверля мужчин глазами, прошипела Катрин, – давайте решать, что делать будем!

– Искать, – сказал Экселенц, откладывая подушку.

– Логично. Откуда начнем? – недовольно поджала губы девушка, – Вселенная огромная.

Экселенц посмотрел на Давида:

– Ну что, умник, вижу, ты все обо всем знаешь, может, скажешь нам, куда лететь?