Магистраль Вечности - Клиффорд Саймак

– Две луны? Я вижу только одну, вон на западе. Вернее, в той части неба, которая кажется мне западной…

– Вторая луна прямо у нас над головами. Она меньше той, что на горизонте.

Пришлось вывернуть шею и убедиться, что Эмма права: прямо в зените висит вторая луна. Права была Эмма и в том, что эта луна заметно меньше – примерно в половину земной. Вот что подсказало Хорасу, казалось бы, не свойственную ему догадку…

Монастырь по-прежнему постанывал. Небо на востоке светлело с каждой минутой. Вот-вот из-за горизонта покажется солнце.

– Ты не видел Колючку? – спросила Эмма.

– После той встряски в монастыре – нет.

– Удрал куда-то продолжать свои дурацкие игры с этим гнусным монстром.

– Пожалуй, я не вполне уверен, что это игры, – сказал Тимоти.

– А что еще, по-твоему? Колючка всегда затевал какие-нибудь нелепые игры…

– Может быть, ты и права, – не стал спорить Тимоти.

Толпа роботов, мельтешившая возле монастыря, отхлынула и в четком порядке спустилась вниз, на ровное дно ближайшей долины. Прозвучала отрывистая команда, и роботы приступили к военным перестроениям.

Рассвет занимался все ярче, видимость становилась лучше и лучше. Череда округлых холмов утратила ночную окостенелость, их контуры смягчились и обрели цвет. В темноте Тимоти вообразил их зелеными, теперь осознал, что зелень ему померещилась. Холмы оказались цвета львиной шкуры, рыжевато-коричневыми под фиолетовым небом. Небо приводило в недоумение: ну как оно может быть фиолетовым, не какая-то его часть, а все небо целиком?

Подошел Хорас, тяжело ступая и неся винтовку на локте.

– Нас одурачили, – сообщил он сердито. – Похитили и зашвырнули куда-то к черту на рога.

– Хорошо, что мы не одни, – отозвалась Эмма, – что с нами роботы…

– Свора полудурков, – ругнулся Хорас. – Сборище неумех…

– Так или иначе, они будут нам в помощь, – высказался Тимоти. – Конрад кажется мне толковым начальником, он умеет настоять на своем.

– Мы утратили все наше имущество, – всхлипнула Эмма. – Все, что было в ковчеге. Одеяла! И все прочее! У нас ни одной кастрюльки!..

Хорас обнял ее за плечи.

– Роботы прихватили одеяла и кое-что еще, – сказал он. – Как-нибудь выживем…

Она плача приникла к Хорасу, он неуклюже обнял ее, поглаживая по спине. Тимоти почувствовал себя неловко: впервые на его памяти Хорас проявил открыто хоть какое-то расположение к его сестре.

Заря на востоке разгоралась все ярче. Обнаружилось, что по долине течет река, а по ее берегам и по низу окрестных холмов кое-где растут рощицами деревья. Странные, впрочем, деревья – то ли гигантские папоротники, то ли камыши-переростки. На холмах над долиной колыхалась под ветром рыжеватая поросль, похожая на траву. Наверное, хорошее пастбище, подумал Тимоти, но, насколько хватал глаз, нигде не было видно не только стада, а даже какой-нибудь одиночной твари на выпасе.

От погибающего монастыря оторвалась металлическая плита и, лязгая, соскользнула вниз по склону. Да и весь монастырь уже завалился окончательно, превратившись в малопривлекательную груду лома.

Внизу, в долине, строй роботов внезапно распался, от него осталась лишь малая часть, образующая полый квадрат. Фаланга! – воскликнул Тимоти про себя. Классическая фаланга, прошедшая путь от Александра Македонского до последней битвы Наполеона при Ватерлоо. И вот, пожалуйста… Роботы, не вошедшие в фалангу, бросились врассыпную, но не панически, а вполне деловито, как муравьи. Наверное, их послали на разведку местности.

Три робота отделились группой, целеустремленно поднялись по склону к людям и, приблизившись, взяли их в полукольцо. Один заговорил:

– Уважаемые сэры и мадам, мы прибыли по приказанию Конрада, дабы сопроводить вас в безопасные пределы лагеря.

– Ты называешь лагерем этот пустой квадрат? – ворчливо спросил Хорас.

– Мы проводим поиски топлива для костра, – продолжал робот, не отвечая прямо. – Другие доставят воду и все, что потребуется впоследствии.

– Ладно, – согласился Хорас все так же ворчливо. – Не знаю, как вы, а я голоден.

И зашагал под уклон. Эмма засеменила рядом с мужем, Тимоти замкнул шествие.

Солнце наконец-то выкатилось из-за горизонта. Тимоти не мог не отметить его сходство с земным солнцем – разве что здешнее было чуть больше и светило чуть ярче, хотя ручаться за это он все-таки не стал бы. Вообще планета во многих отношениях была двойником Земли. Под ногами стелилась мелкая нежная травка вперемежку с вьюнами вроде молодой виноградной лозы.

Из центра полого квадрата поднялась легкая струйка дыма.

– Они нашли топливо! – возликовал Хорас. – Что-то загорелось! У нас будет горячий завтрак!..

Когда их пропустили внутрь квадрата, Конрад счел за благо дать разъяснения:

– Древесина от папоротниковых деревьев. Не совсем такая, как хотелось бы, но горит, дает тепло и свет. Деревья трубчатые, однако дыра окружена мякотью, и довольно плотной. Мы также обнаружили уголь. – Тут Конрад, вытянув руки, продемонстрировал блестящие черные пластинки. – Залежь выходит прямо к реке. Уголь не самого высшего сорта, больше похож на бурый, но все равно уголь! В пути будем продолжать поиски, возможно, найдем топливо лучшего качества. Так или иначе, пусть древесина вялая, а уголь бурый, но огонь есть. На Земле, если вам неизвестно, почти весь уголь давно выкопали и сожгли…

– Ты сказал – в пути? – встрепенулась Эмма. – Куда это ты собираешься?

– Это диктуется необходимостью, – ответил Конрад. – Здесь оставаться нецелесообразно. Надо найти место, где для вас нашлось бы укрытие. И пища.

– Пища?

– Разумеется, пища, мадам. Тех малых запасов, какие у нас при себе, надолго не хватит.

– Но местная пища может оказаться отравой!

– Будем ее проверять, – заявил Хорас.

– Как же ее проверишь? У нас для этого ничего нет.

– Согласен, – сказал Хорас. – У нас нет лаборатории, нет реактивов. Да что толку, если б и были, ведь химиков среди нас тоже нет. Единственный выход – превратиться в подопытных кроликов и экспериментировать на себе.

– К сожалению, это всецело ваша забота, – объявил Конрад. – Роботы вам тут не помощники.

– Будем пробовать по капельке, – развивал Хорас свою программу. – Прежде всего на вкус. Если вкус скверный, если что-то жжется или сводит скулы, тогда сразу выплевываем. Если на вкус все в порядке, тогда глотаем самую малость и смотрим, какова реакция…

Вдруг один из роботов бросил взгляд вверх, на вершины холмов, и издал предупредительный крик. Сверкая металлическим блеском, к ним спускался какой-то экипаж, нет, летательный аппарат, плывущий над самой землей. Аппарат ястребом скользнул к лагерю, промчался над людьми и роботами, заложил крутой вираж, уклоняясь от холмов по ту сторону реки, пересек реку выше по течению, развернулся еще раз, понесся в обратном направлении на высоте не более десяти футов, чуть не задел фалангу, пройдя прямо над ней, удалился вниз по течению, затем лениво взлетел над склонами дальней гряды, набрал высоту и скрылся.