Офицер империи зла - Михаил Кисличкин

В самом деле, что дальше? Смотрелись они странно. Трое в гражданском и семеро симпантов. Немногочисленные, ввиду скорого Нового года, прохожие опасливо косились в их сторону. Вообще-то это Диастар, тут многое видали, в том числе и симпантов. И тем не менее… Самое обидное, что в ресторан или кафешку такой толпой с бутылкой не зайдешь, персонал сразу позвонит куда следует, просто на всякий случай.

– Возвращаемся в казарму, дома посидим? – спросил Илья.

– На КПП спалить могут, – покачала головой Маша. – Думаешь, в новогоднюю ночь не догадаются сделать досмотр?

– Давай на старый полигон, – предложил Илья. – Там четыре палатки зимние лежат. Те, что на взвод каждая. Теплогенераторы и батареи рядом, заряд в них еще должен быть, код от двери подсобки я запомнил. Накупим еды и посидим душевно. Кто туда в новогоднюю ночь потащится?

– Пойдет, – согласился Дима. – Только раз уж мы с товаром. – Парень, решительно взяв пакет, достал бутылку полугара и, сорвав сургуч и вытащив деревянную пробку, сделал хороший глоток. – Держи, – передал он бутылку Маше. – Давай, глотни за почин нашего дела и вперед, навстречу приключениям.

Маша отказываться не стала, и бутылка пошла по кругу. Полугар был хорош. Гораздо лучше обыкновенной водки. Немного тягучая жидкость с приятным хлебным ароматом легко вливалась в горло, не оставляя мерзкого спиртового привкуса.

– Вещь! – сказал Илья, отдавая бутылку Диме. – Давай еще по глотку и в магазин.

Закупив колбасы, хлеба, печенья, соков и прочей снеди, курсанты вышли на остановку автобуса. Илья посмотрел время – половина девятого. В принципе, транспорт еще должен ходить. Ну ладно, между первой и второй… хотя это будет уже третья. Впрочем, неважно.

Прошло полчаса. Автобуса не было, но это уже никого сильно не волновало. Раскрасневшаяся Маша рассказывала какую-то дурацкую историю, как ее дядя Паша полез зачем-то ночью на сарай и, свалившись оттуда, сломал себе три ребра и ногу. Дима с интересом ее слушал и смеялся невпопад. Илье же было просто хорошо. Казалось, что у него в голове расцвела какая-то серебристая сфера, от которой веяло расходившимися по всему телу волнами радости и счастья. Он смотрел вверх на яркие ночные звезды и довольно щурился. Здорово-то как…

– Быстро мы, – сказал через некоторое время Дима, изучающе посмотрев на бутыль. Жидкости там осталось лишь на самом донышке. – А ведь еще до ИЛУ не доехали. Вот что, народ, – пивка еще надо взять, вина мало будет.

– Погоди, куда ты гонишь, – вяло попытался возражать Илья. – Хватит. – Но Диму было не остановить.

– Толла, слушай приказ, – развернулся он к одной из своих симпанток. – Вот тебе двадцать гарантов. Ставлю боевую задачу – немедленно добыть пива. Выполнять!

– Есть! – коротко отозвалась девочка и мгновенно скрылась за углом.

– Зря ты так, – обеспокоилась Маша.

– Плевать, – улыбался Дима. – Не бойтесь, у меня все под контролем, – сказал парень и глупо хихикнул. – Помните, на практическом манекене «Джон» нам неделю назад показывали, как часовых снимать… помните? Я весь в крови был, а Максимов такой: «Ты неправильно в горло бьешь, нож не тем хватом держишь…». То есть как живого человека ножом резать это норма, можно. А как нажраться, так это нельзя, типа мы маленькие еще, двадцати одного еще нет, контроль над симпантами потеряете. Пошли они на…

– Все-таки ты, Дим, полегче, – придержал его Илья. – Нам тут проблемы не нужны.

– Да нет никаких проблем. Подождите пару минут, – уже спокойным тоном сказал парень. – Вот, смотрите, уже и Толла с пакетом бежит. Ага, и автобус едет. Все в строку.

Народу в теплом салоне автобуса, едущего по маршруту номер триста девять, было немного. Спящий осунувшийся молодой парень на переднем сиденье, какие-то тетки через сиденье от него. Да, пожалуй, и все. Курсанты со своими симпантами вольготно расположились на местах у задней площадки, отметив отбытие автобуса с остановки последними каплями полугара.

Явно уже нетрезвый Дима открыл литровую бутыль пива и с удовольствием присосался к горлышку. Передал бутылку Илье, тот, сделав пару глотков, отдал ее Маше.

Прошло минут десять, и Илья вдруг ощутил, что с ним не все в порядке. И все уже не так хорошо, как еще несколько минут назад. Приятная серебристая сфера куда-то исчезла. Казалось, голова набита плотно слежавшейся ватой. Лицо и щеки сильно онемели. Эмоциональный контроль над симпантами почти не ощущался. Какой-то участок его мозга еще мог мыслить рационально, но с телом явно происходило что-то не то. Илья привстал с места, чтобы посмотреть на товарищей, и сам поразился, как сильно его шатнуло в сторону.

– Народ, я это… да, вот, – начал было фразу парень, но сам ужаснулся результату. Говорить получалось плохо, мысли разбегались, даже простейшие предложения не строились, а язык, казалось, утратил координацию с мозгом. «Блиииннн… попал», – криком кричал последний не отравленный участок мозга. Илья даже понял, что с ними произошло. Кто-то говорил ему, что выпивка на холоде переносится легче, но нужно быть осторожнее, когда заходишь в теплое помещение. Хороший совет, да жаль, поздно вспомнился.

Проблемы были не только у Ильи. Маша сидела зеленая, как кочан капусты, глядя перед собой остекленевшими глазами. А Дима… Да, не лучшее зрелище. Перегнувшись через поручень сиденья, парень опустошал желудок прямо на пол автобуса. Симпанты сгрудились возле своих хозяев, предельно растерянные. Илье было трудно представить себе, что они чувствовали в этот момент, но явно ничего хорошего.

«Так… держаться», – мысленно отвесил сам себе оплеуху Илья и попытался собраться с остатками сил. Не смог. Все, на что его хватило, так это сдвинуться в сторону прохода и последовать примеру Димы.

Странным образом, но это помогло, и к Илье на секунду вернулся дар речи. Следовало что-то срочно предпринимать, пока ситуация окончательно не вышла из-под контроля.

– Каааррии, – заплетающимся языком сказал Илья. – Команд… ик… ры-ы боевых групп ране-е… ны. Нужна медицинская… эда… эба… эвакуация. – Илья крепко встряхнул головой, разгоняя подступающий туман, и продолжил уже более твердо. – Точка эвакуации – палатка у старого полигона. Следы замести, последствия устранить, постороннюю помощь вызывать запрещаю! Выполняяять! – рявкнул напоследок Илья и уронил голову на колени. Силы окончательно оставили его, но он сделал все, что мог.

Утро добрым не бывает. Не первого января. Илья открыл глаза и полежал немного, глядя в серый потолок палатки. Двигаться не хотелось. Жить тоже. Голова не то чтобы сильно болела – скорее безнадежно ныла, но это только если ею не шевелить. Очень хотелось пить, спать и в туалет, причем все одновременно. Немного подташнивало. Но физическая немочь это еще ничего. Хуже пришлось тогда, когда пришли воспоминания. Такого сильного стыда за себя Илья в жизни еще не испытывал.

Илья кое-как повернул голову вбок. Рядом с надувным матрасом, служившим курсанту постелью, сидели Карри с Лодой и смотрели на него счастливыми глазами. Парень ощущал исходящие от них волны радости – командир пришел в себя, теперь все хорошо.