Планиверсум. Виртуальный контакт с двухмерным миром - Александр Дьюдни

— НЕ СЛУШАЕТ НИКОГДА ОН И ВЕЧНО СПЕШИТ. ДУМАЕТ ОН, ЧТО ЗНАЕТ ВСЕ.

Дом у дяди был очень большим — в целых пять этажей. На верхнем этаже размещалась печатная мастерская, куда и вошел Йендред по качающейся лестнице. Там горели по меньшей мере три лампы (каждая питалась от отдельной батареи) и было множество полок со сложенными на них полосками какого-то материала, вероятно, местной бумаги. В дальнем конце комнаты стояла машина, похожая на примитивный печатный станок.

По сути это был стол с грузом, печатными цилиндрами, наборной доской и лотком для краски. Йендред накануне видел своего дядю за работой и теперь смог объяснить нам принцип действия станка.

Печатный станок

Печатный станок представляет собой стол, состоящий из трех частей: справа лоток для краски, в центре наборная доска, и с левой стороны — печатные цилиндры с грузом. Груз перекатывается по наборной доске и обратно, а крышку лотка для краски можно укладывать на наборную доску. Станок позволяет напечатать одну-единственную строку текста.

Сама процедура состоит из шести этапов, которые повторяются снова и снова для каждой полоски «бумаги».

1) По чистой верхней поверхности крышки лотка для краски проводят специальным чистым бруском, прижимая нижнюю часть крышки к пропитанному печатной краской волокну.

2) Полоску бумаги кладут поверх покрытых краской литер на наборной доске.

3) Накрывают бумагу крышкой.

4) Груз катят по крышке, делая оттиск и одновременно покрывая краской печатные цилиндры. Затем груз перекатывают обратно.

5) Крышку кладут обратно на лоток для краски и убирают отпечатанный лист бумаги.

6) Груз еще раз прокатывают по наборной доске и обратно, покрывая краской литеры.

Его рассказ был любопытен и сам по себе, к тому же он в очередной раз продемонстрировал нам характерную особенность пуницлан и самого Йендреда: их страстную увлеченность машинами и механизмами. Но еще сильнее нас заинтересовали литеры. Для нас это была уникальная возможность записать пуницланский алфавит.

Йендред показал нам по очереди все литеры, и по их форме мы сразу поняли, что каждый символ состоит из точек и тире, как наша азбука Морзе. Поднимая каждую литеру, Йендред произносил соответствующий звук. Ардийцы говорят, заглатывая воздух в желудок, а затем выталкивая его сквозь челюстные мышцы. Мы так спешили записать начертания букв, что их звучание запомнили приблизительно.

Мы еще хотели расспросить Йендреда об ардийских книгах и литературе, но тут в мастерскую поднялся дядя.

— РЕЖИМ ПРОСЛУШКИ.

— ХОЧЕШЬ ЛИ ПЕЧАТНИКОМ СТАТЬ ТЫ?

— ЧУДЕСНАЯ ЭТА ПРОФЕССИЯ. ДЕЛАТЬ ДЛЯ ЧТЕНИЯ КНИГИ. СРОДНИ УЧИТЕЛЮ ТЫ.

— ПРАВДИВЫ СЛОВА ТВОИ. ЕСЛИ БЫ НЕ БЫЛО ПЕЧАТНИКОВ, ПОГИБЛА БЫ ЦИВИЛИЗАЦИЯ. И МНОГО ДЕНЕГ ЗАРАБАТЫВАЮ Я. НО ВНИЗ ИДИ. ЕДИМ МЫ.

Они спустились в кухню, где их дожидались остальные члены семьи.

Обедающие уселись в ряд и передали друг другу тарелки с едой, пронося их над головами. Мы в очередной раз обратили внимание на то, как медленно они едят и как тщательно пережевывают пищу. Наполнив желудки, они долго сидели с довольным видом, а потом наклоняли головы и сплевывали непереваренные кусочки в специальные емкости, стоящие на полу. Это зрелище неизменно внушало Алисе отвращение.

Во время одного из таких перерывов дядя спросил Йендреда о его путешествии.

— ТАК ЕСТЬ В ВАНИЦЛЕ ТО, ЧЕГО У НАС НЕТ, ГОВОРИШЬ ТЫ?

— ДА, И ПОЭТОМУ НАПРАВЛЯЮСЬ ТУДА Я.

— СПРАШИВАЮ НЕ ОБ ЭТОМ Я. ВАНИЦЛА — ОТСТАЛЫХ, НЕВЕЖЕСТВЕННЫХ НСАНА СТРАНА. НЕТ У НИХ МАШИН. НЕТ У НИХ ЭЛЕКТРИЧЕСТВА. НЕТ У НИХ РАКЕТ. НЕ ПЕЧАТАЮТ КНИГИ ОНИ, НО РУКАМИ ИХ ПИШУТ. СИДЕТЬ И НИЧЕГО НЕ ДЕЛАТЬ ЛЮБЯТ ВАНИЦЛАНЕ. НИЧЕГО У НИХ НЕТ.

— РАЗВЕ НЕ ГЛУБЖЕ НАШЕЙ ФИЛОСОФИЯ ИХ?

— ГЛУПЦОВ ФИЛОСОФИЯ У НИХ И НЕВЕЖЕСТВЕННЫХ РЕЛИГИЯ.

— А ЧТО ЖЕ О ВОВНЕ?

— ВОВНЕ НИЧЕГО НЕТ. ДЛЯ ЛЕГКОВЕРНЫХ СКАЗКА. ТАМ НЕТ НИЧЕГО, ЧЕГО НЕТ У НАС. С УМА СХОДЯТ ОНИ ОТ ЗАВИСТИ К НАШЕМУ ПРОГРЕССУ ЛГУТ ОНИ, ЧТО ТАЙНЫ ЕСТЬ У НИХ, И ДАЖЕ СЕБЕ ЛГУТ.

На дальнейшие расспросы и замечания дяди Йендред отвечал очень рассеянно и невнятно. К счастью, вскоре речь зашла о вечеринке, которую дядя устраивал вечером, — что-то вроде праздника в честь Йендреда. Вскоре тарелки убрали, стулья задвинули в пол, и все разошлись по нижним этажам, кроме дяди, который ушел в мастерскую работать. Мы стали наблюдать за тем, как ловко он управляется со страницами, обложкой и печатными цилиндрами, и заодно расспросили Йендреда о книгах и литературе.

Когда отдельные страницы книги напечатаны, их вкладывают в обложку и приклеивают к внутренней части корешка. В результате получается нечто похожее на торец земной книги.

Хотя пуницлане и ваницлане используют одинаковый алфавит и говорят на одном языке, пуницлане читают слева направо, а ваницлане — наоборот. На самом деле алфавит не совсем одинаков, потому что пуницланские буквы представляют собой зеркальное отражение ваницланских.

Мы часто видели, как пуницлане читают книги, держа их в нижней руке и переворачивая страницы верхней. Если пуницланин держит книгу справа от себя, его взгляд будет двигаться с востока к западу, а голова станет постепенно опускаться. Если же он держит книгу по другую сторону своего тела, то тоже будет читать с востока к западу, постепенно поднимая голову.

Ваницлане, естественно, читают в противоположном направлении. Из литературных жанров как у пуницлан, так и у ваницлан, пользуются популярностью краткие остроумные стихотворения. Наверняка объясняется это тем, что на одной странице ардийской книги может уместиться примерно одно предложение.

Самые толстые ардийские книги по количеству слов примерно соответствуют нашим брошюрам. Но содержательность их гораздо выше. Ардийцы очень ценят печатное слово и пытаются вложить в свои тексты как можно больше смысла. Из-за двухмерности на Арде издается гораздо меньше книг, чем на Земле. Более того, поскольку на Арде и численность населения гораздо ниже, то и тиражи весьма незначительны. Мало в каком ардийском доме найдется хотя бы дюжина книг, и даже в общественных библиотеках их не больше тысячи.