Проходимец по контракту - Илья Бердников

Я перевел глаза выше и задохнулся: плавной ниспадающей волной с обрыва плеснула лавина «футбольных мячей», в секунды одолела расстояние до дерева со Шмулем, захлестнула…

Санек уже бежал обратно, сопровождаемый тучей пыли и мелких камней; я с ужасом наблюдал, как он потерял равновесие, полетел, выбросив вперед руки, мелькнул оброненный дробовик…

Сам не знаю как, но я вдруг очутился рядом с Саньком, пытаясь поднять, оттащить к машине.

— Нога, ногу подвернул! — крикнул мне Санек, поворачиваясь ободранным лицом. — Допрыгаю, возьми под руку!

— Дробовик где?!! — ревел взявшийся ниоткуда Данилыч. — Куда отлетел?

Я, помогая Саньку прыгать к кабине, оглянулся назад и остановился при виде живого клубка, вьющегося вокруг дерева, под которым уже никого не было. Отдельные круглые твари уже направились в нашу сторону, словно выплюнутые клубком.

— Не стоять! — Данилыч выстрелами из подобранного дробовика сбил несколько живых шаров с хвостами, и те, хаотично кувыркаясь, покатились по склону.

— Данилыч, давай в машину! — крикнул я, пытаясь затолкнуть вопящего от боли Санька в высокую кабину. Подсадил. Впихнул. Развернулся, снимая автомат с предохранителя…

Очередь просекла стаю, разрывая на куски круглых тварей, но остановить живой поток, конечно, не смогла. Данилыч, бросив пустой дробовик, нырнул под «Сканию», а я попытался забраться вслед за Саньком, швырнув внутрь автомат, и буквально влетел в кабину, получив весомый удар сзади. Захлопнул дверцу. Тотчас раздались смачные шлепки врезающихся в кабину тварей.

Сердце стучало куда-то в кадык, рядом рыдающе хрипел Санек, которому, похоже, неплохо попало закинутым мной автоматом. Слева в кабину вскарабкался перекошенный Данилыч, правая рука в крови…

Двигатель взревел всеми киловаттами, в попытке разом набрать скорость. За стеклами кабины кружил вихрь хвостатых шаров, тычущихся в кабину в яростных попытках проникнуть внутрь. Настойчивые твари…

— Да когда же они отстанут?! — Данилыч с оскаленными зубами, перекошенным морщинистым лицом напоминал какого-то мультяшного персонажа. — Я ж не вижу почти ничего!

— Может, они кровь чуют? — подал голос Санек, аккомпанирующий своими стонами хаосу звуков, несущихся из динамика рации.

— Сколько тут той крови? — махнул рукой Данилыч. — Я обо что-то ободрался, когда под машиной пролезал… Ерунда!

— Да на Лехины джинсы глянь…

— Твою мать!!!

Я опустил глаза и увидел, что джинсовая штанина на левом бедре разорвана в клочья и пропитана кровью. Кровь запачкала и штаны Санька, сидящего рядом, и пол под сиденьем.

«Вот, блин, — мелькнула глупая мысль, — классные джинсы испортил… разорвано вон как глубоко…»

Боль пришла как-то сразу, толчком вытеснив состояние онемения, и запульсировала, пытаясь заполнить весь мир вокруг. И тогда меня затрясло.

— Аптечку, Санек, быстро! — донесся голос Данилыча, на удивление спокойный, только сиплый немного. Как он не сорвал тогда связки — для меня до сих пор загадка.

— Давай на полку, — командовал Данилыч, не переставая давить на газ. — Уложи его, чтобы раны было видно, и режь штанину, нет, некогда, — мотай так. Да перевернись же, Леха!

Санек что-то говорил, но его было плохо слышно, потому что еще кто-то в кабине орал каким-то неприятным голосом, подвывая, как побитая собака.

— Заливай антисептиком, заматывай глубже!

Белый словно мел Санек изо всех сил пытался выполнять указания Данилыча, но плохонько у него выходило… Я чувствовал, что плыву, проваливаюсь куда-то, и даже обрадовался этому, осознав, что подвываю дурным голосом именно я…

— Не отключайся, Леха, — к Проходу подходим! Санек, вкати ему что-нибудь!

— Я сам! — Я попытался выдернуть шприц-тюбик из Саниной руки. Промахнулся. Потом понял, что Санька уже рядом нет, и он палит в окно из автомата, наполняя кабину грохотом и пороховыми газами.

— Здоровые подоспели! — оглянулся на меня через плечо Данилыч. — Нам теперь только в Проезд! Держись, тебе нас провести нужно, а потом теряй сознание сколько влезет!

Перед глазами все качалось, то ли из-за того, что кабину бросало, то ли из-за слабости.

«А ведь до фига я крови потерял, — подумал я, блуждая взглядом по заляпанному окружению. — Вот задача теперь ее восполнить… а джинсы жалко…»

— Проезд, — донесся словно сверху голос Данилыча. — Леха, постарайся! Санек, держи его… Леха…

Я с упоением отдался навалившейся темноте.