Нежить. Доктор Смерть - Георгий Полевой

— Ты не справился!!! Он выжил!!! Эта сволочь выжила!!! И в этом — твоя вина! — Мощнейший удар отбросил вампира к стене.

Он мог бы запросто оторвать голову обычному человеку. Упустивший свою добычу киллер тоже выглядел весьма плачевно: лицо разбито в кровь, на коже — глубокие порезы от когтей. Шея и грудь — в кровавых ссадинах. Но незадачливый стрелок из револьвера молча сносил и физическую боль, и жгучее унижение. Очередной пинок подбросил его, словно футбольный мяч. Вампир свернулся в позу эмбриона, но так и не проронил ни слова.

Над ним, с искаженным от ярости лицом, возвышалась вампиресса. Так она тиранила бедного киллера вот уже полчаса. И не запыхалась, сучка. Обычно бесстрастная и неприступная, с идеальной прической и макияжем, сейчас она была ужасна. Растрепавшиеся волосы, горящие ледяным огнем глаза, оскаленная гипертрофированная пасть, холеные наманикюренные ногти превратились в страшные кривые когти гарпии. Безупречная пепельно-серая блузка из тончайшего шелка заляпана кровью и порвана на плече. Сквозь прореху виднелась черная бретелька лифчика.

Наконец ей надоело превращать своего лучшего стрелка в парную отбивную.

— Выследи его на этот раз и убей. Ответишь кровью.

— Да, Владетельница моей крови.

— Убирайся вон!

Проштрафившийся стрелок поспешил убраться с глаз разъяренной вампирши. Она одним движением сорвала заляпанную чужой кровью блузку и швырнула ее вслед киллеру.

— Ну-ну… А я вот думал, что самоконтроль у Высших вампиров возведен в абсолют.

Вампирша мотнула головой, развернув ее на триста шестьдесят градусов — со стороны смотрелось страшно.

— Попридержал бы ты язык, че-ло-век, пока я не вырвала его вместе с твоей трахеей, — в спокойном тоне этих слов клокотала едва сдерживаемая ярость.

Вошедшему явно доставляло удовольствие доводить кровососущую тварь до бешеного исступления, граничащего с безумием. Но он прекрасно осознавал, что пока нужен племени «полночных охотников» и этой сбрендившей кровососущей суке. Вампиров этот человек презирал и считал чем-то вроде наркоманов. И даже творившиеся на его глазах жуткие кровавые вакханалии не впечатлили его. Навидался и не такой мерзости за время службы в разведке и контрразведке.

К тому же на поясе всегда была кобура с мощным и надежным пистолетом «Хеклер-Кох» USP. Восемь тяжелых серебряных пуль 45-го калибра ждали своего часа. Хотя… Успел бы он выстрелить прицельно по вампирессе? Да и в случае попадания — убил бы он ее? Но так спокойнее.

— Че-ло-век, найди его по своим каналам, — спокойно и безжизненно, в своей обычной манере сказала вампирша.

— Сделаю.

— Уходи.

Человек не стал более испытывать терпение кровожадной бестии. Вампирша осталась одна, но ее спокойствие было только лишь кажущимся. Накопившаяся злость требовала выхода. Она решила поохотиться.

* * *

Серебристая «понтовая» «Ауди-А8» катила по улицам Северной Пальмиры. Бесшабашная компания юнцов — «прожигателей жизни» жаждала острых ощущений и самого разнузданного разврата. В салоне оглушительно «колбасил» трэш-мэтал, три великовозрастных оболтуса в кричаще-ярких, полупедерастических нарядах и три почти что голые девицы «убивались» кокаином и дорогим пойлом. Впереди подруга водителя уже вовсю занималась с ним оральным сексом.

Выглянув в тонированное против всяких правил окно, один из оболтусов приметил в лучах фар идущую по тротуару высокую стройную девушку. Казалось, скверная сырая погода и порывистый ветер не доставляли ей никаких хлопот. Стильная прическа, утонченные черты лица, легкий плащ тональности «лунная ночь». Высокие каблуки серебристых сапожек подчеркивали немыслимую стройность ног.

— О, клевая телка! То что нужно. Тормози, бля!

«Ауди-А8» взвизгнула покрышками, замирая у тротуара.

— Сука, ты мне чуть х…й не откусила! — Водитель отвесил затрещину подружке на правом сиденье.

— Иди в жопу, милый! — огрызнулась она, тыльной стороной ладони вытирая губы от семенной жидкости.

Тем временем другой обалдуй открыл заднюю дверцу роскошного автомобиля.

— Эй, киска! Хочешь горяченького?!! Оторвись по-взрослому!

— Да легко! — незнакомка сбросила свой плащ прямо на асфальт и скользнула на заднее сиденье. И тут же жадные похотливые руки зашарили у нее под короткой юбкой, пальцы пролезли прямо в промежность. А кто-то уже сорвал с нее блузку и впился жадными губами в сосок…

Серебристая «Ауди» уже взлетела на вантовый мост, направляясь к окраинам Санкт-Петербурга, в район Пулково. Обтекаемая иномарка разогналась до ста двадцати километров в час, чему способствовали судорожные движения ногой оргазмирующего прямо за рулем водителя. Девица на переднем сиденье продолжила свое занятие.

Проехали монумент, посвященный прорыву блокады Ленинграда, и свернули на Пулковское шоссе.

А на заднем сиденье случайно «подцепленную» незнакомку уже практически раздели догола. Да она, похоже, и не возражала. Излишне откровенные ласки перешли уже в откровенный грубый секс. Незнакомка самозабвенно отдавалась одному из парней, закатывала глаза и кричала в голос от накатывающей страсти. Ее партнер также стонал от сладкой боли. И вдруг на пике наслаждения боль стала просто нестерпимой! Парень посмотрел на свою партнершу и закричал от ужаса! Ее лицо совершенно исказилось, утратив человеческие черты: сладострастно поджатые губы превратились в оскал, из раскрытой пасти торчали снежно-белые клыки. Но в следующий момент страшная сладострастная незнакомка холеным наманикюренным ноготком чиркнула по «кубикам» пресса своего партнера и одним движением, словно скальпелем, вскрыла брюшную полость от лобка до солнечного сплетения! И впилась в селезенку еще живого человека, белые клыки стали алыми от хлынувшей крови. Партнер забился уже в предсмертных судорогах, мутнеющим взглядом охватывая последнюю в своей жизни страшную картину собственных внутренностей, которыми закусывала обнаженная красотка!

Все произошло настолько быстро, что остальные веселящиеся не сразу поняли, что сейчас произошло.

И впали в ступор. Всегда, когда читаешь о несчастьях в газете или смотришь по телевизору, осознаешь, что все происходит не с тобой. А вот самому оказаться в круговороте кровавой оргии за несколько мгновений до собственной смерти.

Пожрав селезенку жертвы, кровавая незнакомка стремительно сунула руку куда-то в глубь распотрошенного тела, вырвала сердце и пожрала его, еще трепещущее. В мертвящей тишине отчетливо раздавалось отвратительное чавканье упырихи. И тут салон «понтового» «Ауди» наполнился криками ужаса. А между тем машина уже мчалась по пустынному в этот полночный час Пулковскому шоссе.