Метро 2033. Слепящая пустота - Валентин Леженда

Жданов стоял рядом с «уазиком», внутри легендарного советского джипа сидели бойцы в бронежилетах и вязаных черных масках, поверх которых были надеты светозащитные очки и светло-песочные респираторы.

— Я ваш шофер, Глеб Валентинович! — радостно сообщил майор, поправляя фильтрующую воздух маску. — Давайте рюкзак! Надеюсь, доберемся до Пролетарской без эксцессов. Жаль, что бронетранспортер неисправен, а то бы прокатились с ветерком.

Апологет передал рюкзак и, кивнув в сторону вертолетной площадки, тихо спросил:

— А куда наша винтокрылая птичка упорхнула?

— Военная тайна! — Жданов значительно потряс над головой указательным пальцем. — Стратегически важный разведывательный рейд.

— А, ну тогда понятно… — кивнул Харон, забираясь на заднее сиденье универсального внедорожника. — Здравствуйте, ребята!

В ответ суровые бойцы сдержанно промычали. Серьезные мужики, сразу видно, за словом в карман не полезут.

— Раскрывайте ворота! — крикнул майор, усаживаясь за баранку. — Кузьменко, на пулемет!

Один из бойцов раздвинул в крыше машины узкий люк и до половины высунулся наружу.

Часовые направили стволы крупнокалиберных орудий на пространство перед воротами форта. Массивные железные двери с протяжным воем поползли в стороны.

— Понеслась, ятить твою за ногу! — весело проговорил Жданов, до упора выжимая педаль газа. — Доставим вас, Глеб Валентинович, прямо к метро за пару минут.

И рванувший с места «уазик» резво прыгнул в открывшиеся ворота, обдав двор форта градом серой щебенки.

* * *

Глухо затарахтели пулеметы на вышках, кося рванувшихся к закрывающимся стальным створкам мохнатых верещащих уродцев, неожиданно выскочивших из ближайших сугробов. Со стороны двора послышался изощренный мат — несколько тварей все-таки успели прорваться. Чахоточно закашлял АКМ, заглушаемый истошным визгом издыхающих лазутчиков.

— Партизаны хреновы! — Жданов резко выкрутил руль, давя не успевшую вовремя увернуться мохнатую гадину. — Кузьменко, как там обстановка?

— Нормально! — глухо пророкотало сверху.

— Летунов не видно?

— Так не сезон ведь, товарищ майор. В спячке летуны еще!

— Да мало ли… — обернувшись, начальник безопасности лукаво подмигнул слегка укачанному тряской апологету. — Еще совсем немного, Глеб Валентинович, и ваши мучения благополучно закончатся.

— Зато начнутся новые, — невесело усмехнулся Харон.

Объезжая огромный завал на дороге, «Уазик» вырулил к небольшому переулку, связывающему улицу Мира с Московским Проспектом. Дорога была просто ужасная. Прямо посредине изувеченного шоссе клубились паром заполненные черной водой ямы, асфальт в некоторых местах вздыбился, будто из-под земли что-то яростно рвалось наружу, но издохло на полпути. Сугробы немного скрадывали страшную картину разрухи и запустенья.

— Паркурщики! — неожиданно донеслось сверху, и тут же методично заработал пулемет.

На голову Харона посыпались горячие, резко пахнущие гильзы.

— Твою мать… — казалось еще немного, и рулевое колесо останется в руках Жданова.

— Кузьменко, сколько их? — хрипло проорал майор, пытаясь перекричать звуки стрельбы.

— Пять!

— Это еще ничего! — с облегчением вздохнул Жданов. — Хуже, когда на охоту выходит целая стая!

Харон никогда прежде не видел этих удивительных существ. С любопытством глядя в запотевшее окно «уазика», он пытался рассмотреть, что творится снаружи.

— Кузьменко, справа!

Серые вытянутые тела мелькали среди сугробов. Мутанты передвигались с невероятной скоростью и грацией, будто паря над нагромождением бесформенных камней. Вот одна из тварей, уходя от настигающей очереди, легко взбежала по отвесной стене полуобрушенного здания.

«Так вот почему их так странно назвали», — подумал апологет, ловя себя на мысли, что опасные существа по-своему даже красивы.

— Кузьменко, не подпускай их близко к машине, распорют покрышки!

Истошно завывая двигателем и скрипя старыми рессорами, «уазик» пулей вылетел на широкий проспект.

— Почти добрались! — Жданов стоически боролся с вырывающейся из рук строптивой баранкой. — Приготовиться к выходу! Заградительный огонь по целям. Быстро отступаем ко входу в метро! Кузьменко, скольких положил?

— Двух.

— Плохо. Все, пошли!

«Уазик» остановился рядом с черным зевом одного из входов Пролетарской. Апологета грубо вытолкнули из машины. За воротом куртки позвякивали пулеметные гильзы. Застрекотали штурмовые автоматы.

— Сюда!!! — из метро выскочило несколько бойцов в темно-зеленом камуфляже.

— Поддержите огнем! — Жданов щедро поливал окрестности горячим свинцом.

Одна из длинных серых теней взорвалась веером кровавых брызг, прожигающих белый наст снега. Апологет поскользнулся, неуклюже падая на колени, но в следующую секунду чьи-то крепкие руки подхватили его и стремительно поволокли ко входу в метро, откуда выбегали все новые и новые вооруженные люди.

— А… получили, суки! — торжествующе орал Жданов, быстро меняя рожок в автомате. — Кузьменко, покинуть турель. Все в метро, мать-перемать… Савченко, оставь его в покое, оно и так сдохнет… Спасибо вам, ребята, очень вовремя подоспели!

— Как стрельбу услышали и рев двигателя, так сразу послали разведчика, а он смотрит, машина из форта по проспекту несется.

— С меня выпивка, парни.

— Ловим на слове!

Обрывки разговоров разгоряченных бойцов летели в спину.

Харон погружался в полумрак подземного ада.

* * *

Пролетарская. Конечная станция Холодногорско-Заводской линии и по совместительству — укрепленная подземная база группировки «Лимб». Станция имела важное стратегическое значение для всей ветки, потому что здесь располагался стокубометровый резервуар с чистой питьевой водой, которой снабжалась вся красная линия. Обслуживанием сложной системы фильтров и доставкой воды на поверхность занимались исключительно обитатели Тринадцатого Форта.

Выглядела подземная база военных довольно симпатично: длинная, открытая, с красивым арочным потолком. Освещение электрическое, запитанное от дизель-генератора. Многочисленные шестиугольные колонны отделаны светло-коричневым мрамором, пол украшен змеящимся замысловатым орнаментом. Солдатские брезентовые палатки располагались прямо на путях. В дальнем конце перрона в служебных помещениях обитал комендант. В сторону станции Тракторный Завод смотрели крупнокалиберные пулеметы «Корд», вольготно расположившиеся на мощных баррикадах — мешки с песком, колючая проволока, минные заграждения. Далеко не лишняя предосторожность, поскольку из туннелей часто нападали всевозможные твари, водящиеся исключительно под землей. Харьковское метро и руины полумертвого города — две совершенно разные экосистемы. Виды мутантов, обитающих в метро и на поверхности, разительно отличались. Большая часть и тех, и других не была изучена людьми, поэтому зачастую при встрече с очередной необычно выглядевшей тварью ты никогда точно не знал, какой пакости от нее ожидать.