Студентка, комсомолка, спортсменка - Сергей Арсеньев

Я опять прославился на весь Союз. Снова попал в газету и опять-таки в «Правду». Правда, теперь не в обычную, а в пионерскую. Зато на этот раз меня там не упоминали вскользь, а вся статья была про меня. И напечатана она была на первой странице. Вернее, там она начиналась, а продолжалась на второй. А еще на первой странице газеты была напечатана фотография моей улыбающейся тушки в пионерском галстуке. Помню, меня минут тридцать мурыжил фотограф из «Пионерки», когда делал этот снимок. Он штук десять различных вариантов меня красивого снял. А после фотосессии было еще и интервью. Дотошная въедливая тетка два часа мучила меня вопросами о том, как я дошел до такой жизни.

Насколько я понял из обрывков фраз этой тетки, у одной из тех трех девиц, что приходили из райкома смотреть на меня, в редакции «Пионерки» работал ухажер. И он где-то там, не то в курилке, не то в столовой, ляпнул про меня. Типа есть вот такая удивительная девчонка, что стала пионеркой в семь лет. А потом эта информация дошла до редактора. Тот быстро раскрутил ухажера на подробности и через его подружку из райкома вышел на меня. Так и появилась эта статья.

Статья, конечно, вышла, мягко говоря, не вполне правдивая. Но я от журналистов ничего иного и не ждал. По-моему, это у них профессиональное. Вечно наврут с три короба для объема, а читатель потом разбирайся и выискивай зерна правды в куче лжи. Вот скажите: для чего нужно было врать, будто бы я очень хочу завести собаку, но папа не разрешает, а? Да она меня про собаку даже и не спрашивала ни разу! Сама все придумала. И не нужна мне никакая собака. Мне и братьев хватает выше крыши. Еще и собаку себе на шею вешать. И с чего она решила, что папа бы мне не разрешил завести собаку, если бы я этого захотел? Разрешил бы вполне. Наверняка сказал бы что-то вроде: «Покупай, но кормить ее и гулять с ней будешь сама». Так бы все и произошло, я его знаю.

Как бы то ни было, но статья обо мне в газете появилась. Пионервожатая Людочка, как прочитала ее, чуть ли не подпрыгивала от счастья. Я так понимаю, ей там по комсомольской линии после такой статьи какие-то плюшки светили. С подачи Людочки про меня и в школьной стенгазете написали, вклеив туда мою вырезанную из газеты фотографию и часть статьи.

Меня стали узнавать старшеклассники в коридорах школы и здороваться со мной. Младшие-то классы меня и раньше знали, благодаря моим сеансам чтения. Впрочем, я и без статьи выделялся из толпы. Как-никак, я был самым молодым из ныне живущих пионеров СССР…

А вот в школьной пионерской дружине возникли сложности с тем, куда меня пристроить. Все дело в том, что дружина, как водится, была разбита на отряды. Один отряд – один класс. Перевод пионера из одного отряда в другой происходил весьма редко, лишь в случаях, когда этот пионер менял класс, где он учился. Но я менять свой класс не собирался. Конечно, со временем, года через полтора, и в моем классе появится пионерский отряд. Но пока-то его ведь не было! Создавать новый отряд, состоящий всего из одного человека, казалось неправильным. Можно бы временно зачислить меня в отряд другого класса, например 4 «А». Только это было не слишком удобно. В итоге ни новый отряд не создали, ни в существующий меня не зачислили. И стал я вроде как членом совета пионерской дружины.

В результате такого моего непонятного положения я получил формальное право присутствовать на заседаниях совета дружины. Людочка, правда, не думала, что я этим правом воспользуюсь. Нечего мне на совете делать. Но когда однажды я приперся на очередное заседание, она согласилась с тем, что мне можно присутствовать. В конце концов, ведь Людочка сама в шутку сказала мне как-то, что раз я не вхожу ни в один из отрядов, то я, значит, почти член совета дружины. Действительно, как же еще я могу участвовать в жизни дружины, если не вхожу ни в один из ее отрядов? Откуда буду получать руководящие указания? Только напрямую от совета дружины, больше никак.