Дельта-гир. Том 3 - Марат Жанпейсов

Взор эльфа провожает горящий металл, который стремительно несется к земле, а после сталкивается с поверхностью в большом взрыве. А вот истребитель пролетает над местом крушения, отправив еще две ракеты, словно сделал контрольный выстрел в голову. После черный перехватчик людской империи устремился в космос.

— Мой император, срочная передача от Юнион Дарка, — за спиной показывается один из эльфийских дипломатов с передатчиком в руках. Даэлир берет прибор и прикрепляет к правому уху.

— Это Йети, — доносится из передатчика. — Скажите, вы же не думали, что сможете обмануть Параллакса? Этот ИИ видит абсолютно всё и может интерпретировать даже мельчайшие детали. Ни один человек не обладает такими возможностями. Если бы Юнион Дарк исповедовал какую-то религию, как Сакрамен, то мы поклонялись бы именно Параллаксу.

Эльфийский король молчит, не в силах поверить в происходящее. План был проведен в строжайшей тайне, даже Лерия не знала о нем. Только Даэлир, Калейх и группа эльфов в столице была посвящена в детали. Однако этого оказалось недостаточно для того, чтобы обмануть врага.

— Прошу не обижаться за это, мы просто довели казнь до конца, как и должно было случиться. В этот раз я закрою глаза на попытку спасения, но в дальнейшем рекомендую даже не помышлять о сопротивлении. Мы заинтересованы в том, чтобы вы оставались местным правителем и успокаивали свой народ, но знайте, что незаменимых не существует. До скорой встречи, — передача заканчивается, а эльф так и не произнес ни слова.

— Какие будут приказания, мой повелитель? — спрашивает советник. — Юнион Дарк ни с того, ни с сего напал на наш корабль! Это начало военных действий?

— Нет, так и должно было случиться. Все прежние договоренности в силе. Выполняйте указания Юнион Дарка. Ступай, — как робот произносит Даэлир.

— Как будет угодно, — советник быстро покидает балкон, а после и император направляется в свои покои.

Уже в коридоре не оборачиваясь бросает:

— Калейх, сейчас я хочу побыть один, не сопровождай меня.

Эльфийский король успевает пройти три шага перед тем, как вспомнить, что больше не услышит голос помощника за спиной. Даэлир останавливается и оборачивается, и видит за собой только пустой коридор. Он один уже с момента завершения казни. Мужчина с мертвенным выражением лица продолжает путь, чтобы запереться в своих покоях.

С момента казни прошло уже три дня, а Даэлир все не выходит и больше не обращает внимания на государственные дела. Советники и министры пытались обратить немного внимания на происходящие в империи события, но в ответ получили лишь приказ самостоятельно сформировать новый совет, который будет выполнять приказы из Юнион Дарка.

Жизнь полностью растеряла краски для эльфа, который теперь по ночам ходит по Эфир-Тору подобно беспокойному призраку. Никогда прежде в жизни он не доходил до такой черты, за которой нет никаких сил на то, чтобы оставаться сильным, спокойным и практичным, как его учил отец.

Сегодня ночью он впервые серьезно напился и забрал из арсенала крупнокалиберное оружие и разнес все статуи на Аллее Предков за то, что изваяние его отца и других предков не дали ему никаких советов относительно того, как можно было спасти всех и победить врага без потерь. Он кричал на статуи прежних королей, а после разнес каждую вдребезги.

Охрана сразу всполошилась, услышав выстрелы, но на месте они поняли, что это не нападение, а их собственный правитель, который будто бы сошел с ума. Командир охраны приказал оставить правителя одного и не мешать ему.

На следующее утро эльф проснулся с тупой головной болью, но физическая боль сразу покинула тело, которое очень быстро восстанавливается, но гнетущее состояние ума никуда не думает проходить и с каждым днем бездна под ногами становится всё больше и глубже. На рабочем планшете каждый день появляются новые донесения с последними новостями.

Но Даэлир оставил без внимания акции протеста и стычки в Лим-Каламе, которые жестко подавили войска Юнион Дарка. Также игнорирует факт о скором начале Ас Интеграта, во время которого Параллакс будет впущен в сети Восточного Горизонта и одноименной империи, а ныне просто колонии другого государства.

Эльфы пребывают в тревоге, ожидая каких-то решительных действий или хотя бы слов поддержки от правителя, которому резко стало плевать на собственный народ, что является беспрецедентным случаем в эльфийской истории.

Даэлир с раннего детства впитывал в себя бесконечные наставления отца о том, каким должен быть настоящий король. Он и стал таким, черт возьми, но теперь в душе случился надлом, который затмил даже собственное мировоззрение правителя о том, что в тяжелый час нужно быть с подданными.

И это наверняка приведет к тяжелым последствиям, но Даэлиру плевать. На утро пятого дня в покоях показалась Лимерета с Миэной на руках. Старая целительница попросила короля уделить время хотя бы дочери, которая пока что ничего не понимает, но в последние дни постоянно плачет, словно чувствует негативные эмоции окружающих людей.

— У нее ничего не болит, но она будто подсознательно воспринимает эмоции, которых понять не может. Её проверили несколько сильных псиоников и сошлись на том, что Миэна родилась невероятно одаренной, один случай на несколько миллиардов, однако, её чувствительность к дельта-гиру может сейчас сыграть с ней злую шутку, — сообщает эльфийка. — Я предлагаю отвезти её в места меньшего скопления эльфов, подальше от цивилизации, чтобы её развитие происходило без серьезных потрясений.

— Как скажешь, — еле слышно произносит Даэлир, так и не вставший с кресла и даже не смотрящий на посетительницу. — Поручаю тебе опеку над Миэной. Бери все необходимые ресурсы.

— Мой повелитель, не хотите ли вы на прощание подержать её на руках? Присутствие близкого человека может ей помочь.

— Если она действительно чутко реагирует на психическое состояние других, то ей не стоит приближаться ко мне, — отказывается правитель.

— Она сейчас спит. А к тому же это поможет и вам. Сейчас не только Миэна нуждается в поддержке.

Лимерета очень стара даже по меркам эльфов, но до сих пор остается статной женщиной с седыми волосами. Она принимала роды у матери Даэлира и помогала растить будущего императора. Возможно, она одна из тех, кто может указать на плачевное внутреннее состояние эльфа.

Даэлир вздыхает и встает с кресла, после чего подходит и берет запеленованного ребенка. Миэна очень легкая, а её круглое лицо выглядит невероятно умиротворенным. Слезы струятся из сапфировых глаз эльфа, который бережно смотрит на последний луч света, которому предстоит вырасти в очень тяжелый период истории эльфов.

— Забери её в место, которое сама выберешь. Действительно будет лучше, если она будет расти подальше от политических центров и мест, где возможны народные волнения.

— Я позабочусь о ней. Клянусь, — Лимерета забирает ребенка. — Но прошу вас периодически навещать нас. Когда она станет старше, ей в любом случае потребуется внимание родителя. Это то, что ни я, ни кто-либо еще не сможет заменить.