"Качай маятник"! Особист из будущего - Юрий Корчевский

– В атаку! – поднял бойцов Сергей.

Штрафники молча поднялись и кинулись на немецкие позиции. Время сейчас – самый важный фактор. Немецкий пулеметчик убит, но второй номер расчета займет его место и снова откроет огонь.

Счет времени шел на секунды.

Немецкий фольксштурм открыл нестройный огонь из винтовок.

Штрафники добежали до немецких позиций на бросок гранаты и тут же стали забрасывать немцев наступательными гранатами. Конечно, хорошо бы туда, к немцам, забросить гранату помощнее – вроде «Ф-1», но она оборонительная, разлет осколков большой, и они могут поразить своих.

Немецкий пулеметчик открыл было огонь, но его пулемет тут же смолк после взрыва гранаты. А штрафники уже ворвались в окопы и траншеи немцев.

Стрельба почти стихла. Дрались прикладами, штыками, саперными лопатками – просто кулаками. Мат-перемат русских стоял такой, что Сергею за сто метров было слышно.

Боольшая часть немцев была убита, несколько человек – в основном молодых, успели сбежать из траншеи. Петляя между деревьями, они помчались к городу. Но как только за ними побежали штрафники, с чердака двух зданий по ним ударили пулеметы.

Срочно перетащили «максим» и установили его рядом с толстым стволом старого дерева. Одной очереди хватило, чтобы превратить доски фронтона в решето.

Один пулемет умолк. По второму штрафбатовцы успели

дать нестройный залп. Видимо, кто-то из штрафников прихватил из захваченной немецкой траншеи ручной пулемет и зарядил ленту с зажигательными пулями. Штрафник дал очередь по чердаку, и вскоре из оконцев под черепицей повалил дым, затем показались языки пламени.

С другой стороны города послышалась интенсивная стрельба, причем с орудийными выстрелами. Это на штурм города пошла штрафная рота капитана Свинцова. Взять город в лоб он не сможет, но хоть отвлечет на себя внимание, не даст немцам послать подмогу сюда, на окраину у холма.

Штрафбатовцы кинулись на узкие улицы старого города. Выстрелы и очереди слышались с разных сторон. Бой разбился на отдельные схватки.

Через посыльных Сергей передал ротным приказ: двигаться вправо, к вокзалу. Там железнодорожный узел, рядом – шоссе. Если штрафбат захватит эти важные точки, то немцы, находящиеся в городе, окажутся в кольце. Такое состояние деморализует, и добить защитников города будет легче.

Почти не прикрытый защитниками вокзал после короткой перестрелки взяли. Оставив здесь один взвод для его защиты, Сергей направил штрафников к позициям немцев, фактически – им в тыл. Он приказал каждой роте идти по параллельным улицам, по возможности скрытно подобраться к артиллерийской батарее и перебить прислугу. Так и получилось.

Первая рота вышла немного раньше и атаковала всем составом, внезапно выскочив из-за угла здания. Прислуга полегла почти сразу.

Штрафники из бывших артиллеристов развернули два орудия на вторую батарею и открыли огонь осколочными снарядами.

Разгром довершили штрафники второй роты. Немецкие пушкари, спасаясь от флангового огня, кинулись к домам, под укрытия, но навстречу им появились штрафники. Они перестреляли и закололи штыками всю прислугу.

Разворачивая пушки, штрафники стреляли по немецким дотам и дзотам.

Услышав перестрелку в своем тылу, немцы запаниковали. Они оказались зажаты на узкой полосе земли между штрафбатом, взявшим город, и остатками штрафной роты, залегшей на «нейтралке».

– Закидать их гранатами! – приказал Сергей.

По ходам сообщений штрафники подобрались к тран-

шеям поближе и разом метнули по немцам несколько гранат. Поняв, что пришел их последний час, немцы стали бросать оружие, поднимать руки и сдаваться.

Стрельба прекратилась, только кое-где в городе раздавались отдельные выстрелы. Однако неожиданно в районе железнодорожного вокзала вспыхнула автоматная перестрелка.

Оставив начальника штаба разобраться с пленными: изъять оружие, собрать немцев, выделить конвой до первой же пехотной части, Сергей взял первых попавшихся штрафников – всего набралось десятка два – и быстрым шагом, периодически переходя на бег, направился к вокзалу.

На улицах было пустынно. И что удивительно – из окон домов свисали белые флаги или куски простыней. Сергей мог поклясться, что когда штрафники двигались к позициям немцев, белых флагов, как символов капитуляции, не было. Откуда жители узнали, что верх взяли русские? Или общий ход войны склонил их к такому пониманию?

Вот и привокзальная площадь. Перестрелка идет с тыльной стороны вокзала, где находятся перрон и пути. Одним броском штрафники пересекли площадь и ворвались в старинное здание вокзала красного кирпича.

– Ложись! – тут же замахали им руками штрафники первого взвода.

По стенам глухо били пули, оставляя на штукатурке отметины. Сергей и приведенные им штрафники пригнулись, подобрались поближе к окнам.

– Доложите обстановку! – приказал Сергей командиру взвода.

– Полчаса назад на станцию прибыл поезд. Из вагонов вышли солдаты и открыли по вокзалу огонь.

– Не иначе кто-то из служащих вокзала позвонил на соседнюю станцию, прося подмоги. Сколько их?

– А как сосчитаешь? На первый взгляд не меньше двух взводов. Нашивки на рукавах у них странные. Форма немецкая, а говорят непонятно. Да вон, посмотрите сами, товарищ майор! Двое в здание вокзала забегали, так мы их застрелили.

Сергей подобрался поближе и увидел на рукаве убитого значок в виде щита, а на нем – три горизонтальные цветные полосы: синяя, черная и белая. Показывали им в СМЕРШе образцы нарукавных нашивок иностранных легионов вермахта.

Сергей задумался, копаясь в памяти. Вроде – да, точно: Эстония. С власовцами он уже встречался, причем в этом же

городе. Нашивка у них в виде белого щита, перечеркнутого синим крестом – вроде Андреевского флага с красной каймой. Цвета флага императорской России.

– Парни, это эстонцы. Бить, как фрицев, – они ничем не лучше.

С прибытием подкрепления силы сторон уравнялись.

– Не подпускайте их к окнам – могут гранатами закидать, – напомнил Сергей.

– Нет у них гранат – ни в сумках на поясе, ни за голенищами сапог, зато у всех автоматы.

В ближнем бою автомат предпочтительней винтовки. Но у штрафников в плюсе – кирпичное здание вокзала, пулей стену не пробьешь. Эстонцы же заняли позиции в вагонах.

– Бейте по вагонам из винтарей. Железо на них тонкое, винтовочную пулю не сдержит. Проредим эстонских добровольцев!

Штрафники открыли огонь. Едва приподнимая голову над подоконником, они, не целясь, били по вагонам.

Стрельба с вражеской стороны поутихла. Видно, поняли эстонцы, что вагоны – защита ненадежная.

– Собрать гранаты, четверым гранатометчикам встать у окон. Как только эстонцы покажутся, бросать гранаты, пока шевелиться не перестанут.