Немой - Иван Голубев

Затаились, черти! Ну и правильно, чем дольше вы играете в прятки, тем дальше смогут уйти мои друзья. Да, сэр!! Три тела, лежащие перед зданием типографии, наглядно свидетельствовали о том, что спешка при штурме здания ни к чему хорошему не приводит. Плюс – тех, что лежат на первом этаже, приласкало осколками гранаты. Сорвали растяжку при попытке войти в подъезд. Сколько их там легло – неизвестно, но я надеялся, что парочку бандитов мне таким образом завалить все же удалось.

Чем хорошо здание типографии в моем случае? Тем, что вход в него только один! Никаких пожарных лестниц, ведь всего два этажа, да и окна на втором этаже зарешеченные – не влезть! И первая попытка штурма была отбита мной достаточно успешно. Хотя иллюзий я не строил, одному долго не продержаться.

Зашевелились! Рановато, ребята! Автомат завибрировал в моих руках.

– Suka! – раздался истошный крик, в кустах напротив типографии.

Кому-то мои подарки явно понравились. Ну и мне для хороших людей не жалко!

Из-за угла небольшого магазинчика появилась фигура с трубой одноразового гранатомета на плече. Человек опустился на колено.

Без паники, дышим и спокойно целимся. Выстрел. Yes! Упал!

К убитому на четвереньках добрался его товарищ и, схватив гранатомет за ремень, шустро потащил за собой. Я снова выстрелил, но пули лишь подняли фонтанчики пыли.

Damn it!^[23] Ушел! Это уже совсем плохо. Против тяжелого вооружения мне противопоставить нечего.

Если начнут давить беспокоящим огнем, то гранатометчик сможет сделать выстрел. Даже странно, что штурмующие не сделали этого до сих пор. И вообще у меня сложилось впечатление, что нападающие на меня боевики не являются профессиональными солдатами.

Перебрался в соседний кабинет. Только собрался устроиться у оконного проема, как в помещении, из которого я выбрался, раздался взрыв.

Give me a break!^[24] Вышел в коридор и среди заранее набросанного габаритного хлама поставил растяжку. Еще три ловушки стоят ниже по лестнице. Там тоже разных, с трудом перешагиваемых, предметов валяется немало. В общем, с ходу забежать ко мне не получится. Ну, если нападающие предпочтут бежать по телам своих товарищей… тогда да, можно попробовать.

Одна растяжка уже сработала при первой попытке штурма типографии. Так что, думаю, впредь атакующие не будут ломиться ко мне, как мичиганские лоси.

Перебежал на другую сторону здания. Здесь к радиатору отопления у меня привязан прочный синтетический шнур, свободный конец которого теперь выброшен в окно. А решетка на окне предусмотрительно сломана. Правда, этого не видно с улицы. Кто же виноват, что вы там, внизу, такие невнимательные?

Времени мало, поэтому я перекинул автомат за спину, схватился за веревку и перевалился через подоконник. Ветки кустарника, густо росшего вплотную к стене, громко трещали, когда моя туша ломилась вниз. На земле меня никто не ждал и не встретил градом пуль, чего я всерьез опасался. Я укрепился в своих убеждениях, что меня атакуют обычные бандиты, ибо за тылами никто не следил. Что им тут делать, если единственный вход в типографию с другой стороны?

Осторожно раздвигая кустарник, я стал пробираться вперед. Сухие ветки предательски потрескивали под ногами. Все же я ошибся, бандиты оставили заслон и с этой стороны. Два мэна на углу болтали между собой.

До следующего дома, за которым можно было укрыться, порядка двадцати ярдов. Незаметно мне не пробежать. Да и какую цель я ставил перед собой, оставаясь в типографии? Правильно – отвлечь силы противника на себя. Поэтому вскинул автомат и выпустил две короткие очереди. Бандиты, как кегли, повалились друг на друга. Теперь бегом!

Позади слышны крики:

– Vot on! Uhodit padla!

Я забежал за угол и через шесть ярдов повалился на землю. Здесь в качестве клумбы лежала большая покрышка от тракторного колеса. Послужит неплохим укрытием. Такую не пробить даже и из пулемета, так что за всякие там ружья и прочее можно не переживать.

Долго ждать не пришлось. По моим следам, настороженно озираясь, вышли двое преследователей. Оба вооружены короткими «калашниковыми», которыми водили по сторонам. Не зря вы опасаетесь, парни! Злой дядюшка Николас ждет вас! Автомат вновь выплюнул две короткие очереди. Один из парней сразу повалился, как манекен, второй опустился на колени и захрипел. Выстрел. Вот так гораздо лучше – лежи, не мучайся.

Теперь надо сматываться. Вскочил на ноги и – прочь из своего укрытия. Мелькнула мысль, что я не знаю, где находится «Фосхим», и могу привести неприятеля к Василию с Галей. А карта осталась с остальным имуществом в типографии.

Возле уха противно прожужжала пуля. Неприятель близко. Я старался бежать зигзагами, какого-либо укрытия, чтобы остановиться и дать бой, видно не было. Не считать же в качестве такового яркую пластиковую детскую горку? Значит, надо еще наподдать! Пересек двор, заросший травой по колено, и вот передо мной пятиэтажный панельный дом.

Перекатился по капоту стоящей возле подъезда машины. Хоть какое-то укрытие. Опустился на колено. В кузов машины тут же звонко ударили пули. Высыпались мелкой крошкой боковые стекла.

Не глядя, поднял автомат над капотом и дал очередь. После чего осторожно поднял голову. Залегли. С тяжелым вздохом достал последнюю гранату. Жалко расставаться, но ничего не поделаешь… Круглый оливковый шар отправился в свой недолгий полет.

Дождавшись разрыва гранаты, вскочил и помчался в подъезд. На двери домофон, но электричества уже давно нет, поэтому внутрь попал без проблем. Передо мной дверь в квартиру, обитая темным кожзаменителем. Несколько выстрелов из «глока» по врезному замку, в разные стороны полетели щепки и какие-то железки. Сильно ударил ногой по двери.

Shit!^[25] Не верьте голливудским штампам – выстрелом из пистолета замки плохо открываются! Внутренности замка высыпались, но дверь по-прежнему была закрыта.

Время! Время! Дверь явно не металлическая и открывалась, на мое счастье, вовнутрь. Поэтому отошел назад, разбежался и со всей дури ударил плечом в дверное полотно. Веса моей тушки, затянутой в «плейт-карриер», хватило, чтобы преодолеть препятствие. Дверь не просто открылась, она рухнула внутрь квартиры вместе с косяком.