В тени трона - К. Б. Уэджерс

Я смотрела вслед матери, и мысли вертелись в голове, как дервиши-хассины. Для меня вовсе не было новостью, что я – позор семьи, однако ее слова ранили гораздо сильнее, чем я думала.

«Добро пожаловать домой, Хейл».

Меня поимели, окончательно и бесповоротно. Двое сыщиков в телохранителях… Все шансы сбежать, разобравшись с убийцами сестер, только что рухнули в Нижний мир.

«Но ты же дала слово. Или, по крайней мере, Эммори так думает». Голос в голове изумлялся моим паническим мыслям, не постеснявшись напомнить мне, что именно я обещала Эммори на корабле.

Я обещала вернуться домой и исполнить свой долг. И неважно, что представления о долге у меня и у Эммори разные. Но мой новый экам хорошо потрудился, прежде чем лететь за мной. Здесь, дома, обещания могли не значить ничего – уверена, на самом деле в высших эшелонах индранского общества гордятся как раз способностью лгать о чем и кому угодно и нарушать любые обещания.

Но мир, в котором я стала взрослой, устроен по-другому. У контрабандистов, которые приняли меня в свою семью, чувство чести было сильнее, чем у любого, в чьих жилах текла кровь повелителей Индраны, и они привили его и мне.

Так чью же сторону принять – контрабандистки или принцессы? Ведь я всерьез почувствовала себя виноватой, вспомнив о скрытом в обещании подтексте.

– Ваше императорское высочество, позвольте представиться.

Голос моей дви звучал весьма мелодично – то была характерная черта одной из островных наций, населявших дальние уголки планеты.

Я повернулась к ней и взглянула в ее теплые карие глаза. Налмари поклонилась. От ее потрясения не осталось и следа, и я столь же умело скрыла охвативший меня страх.

«Добро пожаловать домой – в мир, где никто не говорит того, что думает, и прячет любые проявления чувств».

Ну и прекрасно, обойдусь и так. Придворная жизнь жестока, но все же сохраняет видимость цивилизованности. В моем мире – там, где я провела последние двадцать лет, – учишься быстро разгадывать людей либо умираешь.

– Меня зовут Налмари Заафир Виндхаузен, – продолжала она, не разгибая спины и глядя мне под ноги.

Этот замечательный обычай позволил мне безнаказанно изучать ее целых несколько секунд.

Пока я разглядывала своего второго телохранителя, все мои инстинкты хором взвыли, разразившись сигналами тревоги.

Во-первых, ее плечи были слишком напряжены – может, в результате потрясения от столь внезапного понижения, а может, и из-за чего-то еще. С виду держалась она достаточно ревностно, но во взгляде на миг мелькнуло что-то неприятное, тут же скрывшееся за ширмой учтивости… Ладно. Пока что будем считать, что все сомнения – в пользу обвиняемого.

По традиции экам императрицы должен быть мужчиной. При моей далекой прапрабабке эту должность занимали братья-близнецы. Чудесным образом избежав деменции Шакти, они приняли на себя роль ее защитников после смерти мужа. Так оно и продолжалось все эти годы. Но экамами императорских детей всегда были женщины. Без сомнения, мать хотела оскорбить меня, обременив экамом-мужчиной.

Ей неоткуда было знать, что Эммори на месте экама – моя единственная надежда выжить. Неожиданно я почувствовала, что рада присутствию сыщиков. Возможно, я не могу доверять им полностью, но доверяю намного больше, чем кому-либо другому во дворце.

– Налмари. – Я ответила на ее приветствие, чуть склонив голову. В какие бы игры ни играли здесь, во дворце, я могла играть с ними на равных. И, если потребуется, могла легко избавиться от этой женщины. – Полагаю, ты знаешь, где мои покои.

Если ее и оттолкнул мой голос – ничуть не теплее жидкого азота, она не доставила мне удовольствия, позволив себе хоть как-то показать это.

– Конечно, ваше высочество. Пожалуйте сюда.

– Вы идете со мной.

Я поймала Эммори за руку, пока он не пристроился в ногу рядом с Налмари. Зин занял его место, слегка коснувшись руки Эммори, как будто заверяя, что они все еще вместе. Эммори едва уловимо кивнул ему в ответ.

Дождавшись, пока Зин с Налмари не обгонят нас, я спросила:

– Как глубоко мы влипли?

– Не знаю, ваше высочество. Сначала вам нужно отдохнуть, а с проблемами будем разбираться по мере возникновения.

– Сначала нужно пойти попрощаться с сестрами.

Эммори коротко кивнул. Мы пересекли тронный зал и вышли в ту же дверь, что и мать. Под крикливо-ярким, белым с золотом гобеленом скрывалась обычная сталь, а стоило нам выйти из громадного зала с высоким потолком в узкий коридор, ведущий в семейное крыло, во мне проснулась клаустрофобия.

В замкнутом пространстве знакомый запах сандалового дерева и олбивайского меда усилился. Перед статуей Натараджи^[2] лениво источала клубы дыма ароматическая палочка ручной работы в латунной подставке. Пьедестал статуи утопал в темно-красных цветах под названием «кислана», похожих на земной лотос.

Проходя мимо, все трое моих телохранителей коснулись статуи и пробормотали молитву. Возведя глаза к потолку, я преодолела искушение сообщить им, что Шива не сделал для защиты моих сестер ровным счетом ни хрена. Вместо этого я приостановилась, смерила танцующего бога неприязненным взглядом и последовала дальше.

Полы плаща мели ручную роспись на каменных плитах пола, поднимая в воздух пыль воспоминаний, которые лучше бы навек похоронить в глубоком космосе вместе с останками «Софии». Слуги склонялись в поклонах, делали книксены, бормоча «ваше императорское высочество», когда мы проходили мимо, но в целом обращали на меня не так уж много внимания.

Чтобы не сойти с ума, я считала шаги. Через семьсот восемьдесят шагов Налмари остановилась у деревянной двери, укрепленной, как я знала, полисталью. Прижав ладонь к панели в оштукатуренной стене, она взглянула на Эммори едва ли не вызывающе.

– Мне поручено…

– Все в порядке, Нал, – перебил ее Эммори, подняв руку. – Мы это уладим.

Налмари кивнула, взмахнув в воздухе дредами, и взглянула на меня.

– Прошу вас, принцесса. Компьютеру нужно записать ваши новые данные.

Я прижала ладонь к той же панели, она нагрелась, и дверь открылась. Нал и Зин вошли внутрь. Я двинулась за ними, но Эммори остановил меня, схватив за руку.

– Тебе явно не терпится проверить, что случится, когда ты схватишь меня в следующий раз, – с сарказмом предположила я.

– Когда вы научитесь ждать, мне не придется больше так делать. Я ваш экам и буду хватать вас каждый раз, когда это послужит вашей безопасности. Вы принцесса, а не контрабандистка, – отвечал Эммори. – Сначала позвольте вашим телохранителям проверить помещение.