Русский клан - Виктор Косенков

— Здравствуйте! — бодро сказал Алексей, заходя. — Я — Алексей Андреевич Вязников. Это мой друг, Юрий Павлович Морозов. Вы нас вызывали.

— Вас я действительно вызывал, — начал, было, человек в сером костюме, но потом осекся, встал. — Извините. Меня зовут Дмитрий Сталиевич Белов. Я из ФСК. Садитесь. Но вы, Юрий Павлович, должны были явиться к своему участковому…

— А какая разница? — спросил Юра. — Все равно там сидит представитель вашей конторы. А поскольку вы работаете в одной организации, то пусть ваш коллега отдохнет. А вы заодно двоих провернете. Увеличивая, так сказать, производительность труда.

— Ну, так уж сразу и «провернете». И потом, — контрразведчик улыбнулся, — откуда вы знаете, что вас туда мы вызывали?

— Слухами земля полнится. Ничего не утаишь, — развел руками Морозов. — Не мы же одни вам потребовались?

— Конечно.

— Ну вот.

— Да, действительно. — Белов покачал головой. — Трудно что-то утаить. Ну, может быть, это и хорошо? Как считаете?

— Нам точно хорошо, — ответил Вязников. Ему было не до того. Жена, та самая медсестра, которой он сделал предложение в военном госпитале, сегодня шла к женскому врачу со странными недомоганиями, и Алексей волновался. Юра Морозов как врач, услышав симптомы «недомогания», загадочно улыбнулся и посоветовал сходить к специалисту.

— Замечательно, — расплылся в улыбке Белов. Большие очки делали его похожим на черепаху из мультика про львенка. — Тогда, раз уж вы в курсе цели нашего визита, позвольте начать с самого главного.

— Конечно. — Морозов опередил своего друга, который хотел что-то сказать.

Контрразведчик удовлетворенно кивнул:

— Как вы знаете, ситуация в нашей стране на данный момент сложная.

— Когда она была простая? — пробормотал Юра, но Белов сделал вид, что ничего не заметил.

— Ситуация тяжелая, — повторил он. — И многие социальные группы сейчас оказались под ударом. Финансовое давление, к сожалению, не позволяет нам в полной мере расплатиться с бюджетниками и с группами, которым нужна помощь. Например, многие пенсионеры до сих пор не получили деньги за июнь! А ведь речь идет часто о недееспособных людях.

Вязников тяжко вздохнул и с тоской посмотрел на Белова. Тот, казалось, не замечал ничего.

— В таких сложных и непростых условиях мы, государство… — При этих словах Морозов прочистил горло, и Дмитрий Сталиевич сбился с ритма. — Да, государство вынуждено идти на экстренные шаги, которые, может быть, принесут плоды в будущем, но не сразу. Все страны мира когда-то шли по этому пути, и теперь, несмотря на сопротивление консервативно настроенных слоев населения, и Россия должна сделать этот шаг.

Алексей заерзал на неудобном милицейском стуле с высокой спинкой.

«Удобно, когда надо надавить на человека, — подумал Алексей, упираясь затылком в деревяшку. — Приближаешь свое лицо вплотную, резко. Инстинктивно человек откидывается. А некуда! Но сколько же можно этих предисловий?»

— Как вы знаете, — увлеченно продолжал Белов, — вы получаете финансовую помощь, пособие за ваш неоценимый вклад в дело демократии.

— В какое дело? — скромно поинтересовался Морозов.

— В дело демократии и борьбы с антинародным режимом, — пояснил контрразведчик.

— Ага… — кивнул Юра.

— И государство не отказывается от этого. Оно всегда будет чтить своих героев! Но сейчас, я прошу вас понять, сложное время. И многие, многие люди лишены того, что получаете вы. — Голос Белова дрогнул.

— Давайте сразу к делу! — не выдержал Вязников.

— Ладно тебе, Леша, — похлопал друга по локтю Морозов. — Это же необходимо.

— Что необходимо? — поинтересовался Дмитрий Сталиевич.

— Ну, сладкая облатка. Обязательная программа.

— Не понял, простите.

— Сладкая облатка, — повторил Юра. — К любой таблетке полагается сладкая облатка. Нельзя же сразу в больного порошок засыпать. Это раньше так делали. При антинародном режиме.

У Морозова настроение было вполне радужное. Отношения с Марией становились все серьезнее, хотя девочка по-прежнему частенько смущалась. С такой застенчивостью Юра сталкивался впервые, от этого роман становился все интереснее и интереснее.

— А сейчас положено по всем учебникам, вроде Карнеги, что сначала сахар, а уж потом… лечить.

— Хм… — Контрразведчик пожал плечами. — Ну, если хотите, я могу сразу выдать вам предложение…

— От которого мы не сможем отказаться… — мрачно добавил Вязников.

— Что?

— Извините. Я сейчас совершенно о другом думаю. У меня жена в больнице. — Алексей развел руками.

— Ах так… — Белов даже расстроился. — Тогда конечно. Лучше сразу.

Он на минуту замолчал, а потом выдал, сухо, по-деловому:

— Государство больше не сможет выплачивать вам пособие. Но, памятуя о ваших заслугах, вы имеете право на льготное приобретение земельных участков. Согласно новому Закону «О Земле», который вступит в силу через два года, но некоторые его положения работают уже сейчас.

— А в чем разница?

— В том, что государство отдает вам землю в собственность. Недра, воздух, все, что произрастает на этой земле. Все это ваше. Может передаваться в наследство, продаваться и закладываться. Собственность вместо долгосрочной аренды.

— И что? — удивленно спросил Морозов. — Землю над кимберлитовой трубкой тоже можно купить?

— Нет, — улыбнулся Белов. — Есть список территорий, которые разрешены к продаже частным лицам. В этот список не входят зоны государственных интересов России, то есть места скопления полезных ископаемых, острова, приграничные территории, места, где находятся различные памятники, и территории, где уже есть собственники, например города, деревни, военные городки и так далее. Но если вдруг на вашем участке будет обнаружена нефть, то вы — шейх, который сидит на собственной шахте. Собственник этого месторождения.

— Ну, я полагаю, все предлагаемые земли проверены на предмет наличия отсутствия нефти и полезных ископаемых? Чтобы родину не обделять… — Юра улыбнулся.

— Конечно, никто специальных проверок не проводил, но согласно геологии наличие месторождений маловероятно. — Белов развел руками.

— На какую площадь мы можем рассчитывать?

— Сравнительно небольшую. До пяти гектаров.

— Замечательно, — кивнул Вязников. — Прекрасно. Тогда давайте список территорий, расценки и прочую мишуру. Поговорим о деле.

Белов вытащил из стола две синие бумажные папки и разлинованный список.

— Это весь пакет документов, формы, которые необходимо заполнить, карты и адреса. Написано все, куда и как обращаться, куда перечислять деньги, условия и тому подобное. — Он вписал что-то в нижнюю графу линованного списка. — Здесь распишитесь в получении. И еще…