Седьмая раса - Наталья Нечаева

Особенно странное впечатление производили одинокие камни. Крупные, неправильных странных форм, они размещались на вершинах окрестных сопок или на их ребрах, нависая тяжелыми громадами над пустотой. Непонятно было, как они там держатся в своем зыбком, совершенно неустойчивом равновесии. Да и существовало ли оно вообще, это равновесие? Могло ли существовать? На верхушке каждого мегалита обязательно лежал еще один камень, совсем маленький, по сравнению с глыбой, которую он венчал.

Шапки! — вспомнила Ольга рассказ Влада. — Как же они там оказались? Ведь до некоторых вершин, пожалуй, только с вертолета можно дотянуться…

С непонятным мистическим ужасом, осторожно она обходила громоздкие туши, постоянно, буквально каждую секунду опасаясь, что глыбища вот-вот рухнет. И около каждого высматривала практикантов. Серега, прыгая с камерой рядом, лишь восхищенно прицокивал языком.

— Оль, слушай, как же они не падают? Под собственной тяжестью, со смещенным центром! Они не должны стоять!

— Знаешь, я, когда об этом читала, то и представить себе не могла, что наяву это так странно! Видишь, они все стоят на трех камнях.

— Вижу, но все равно понять не могу!

Мегалиты, действительно, все как один, были установлены совершенно однотипным образом: на трех небольших разновеликих камнях. Скорее, камешках. Потому что подставка по сравнению с самим гигантским телом сейда выглядела несерьезной, игрушечной, никак не способной удержать такой немыслимый вес. Переходя от камня к камню, телевизионщики заметили еще одну странную закономерность: все они располагались над скальными трещинами, будто прикрывая их…

— Ольга, ты видела? — сунулся в одну из них, особенно глубокую, Серега. — Тут просто дыра какая-то! И глубины не видно.

— Да, я об этом тоже читала, все сейды стоят на линиях тектонических разломов.

— Почему?

— Спросим у Влада.

— Слушай, может, их специально так размещали, чтобы внутрь земли вода не затекала? Пробки такие? Вдруг разлом идет до самой магмы? Представляешь, если туда бухнуть тонну воды, ядерный взрыв может случиться!

— Типун тебе на язык! — засмеялась Ольга. — А ты заметил, что ты только что сам согласился с тем, что эти сейды кто-то установил? То есть что они не природного происхождения?

— Да, с тобой поработаешь, еще не так заговоришь! Ой, смотри! — Оператор прилип к камере. — Вот это да!

Ольга подошла ближе. Под нависающей над землей в угрожающем наклоне каменной тушей зеленела трава. Не очень густая, ярко-зеленая, она росла как-то странно, будто неведомые ножницы одним мощным чирком задали растительности острый угол: ближе к основанию камня трава едва выбивалась из земли, а дальше, буквально с каждым миллиметром, становилась выше, достигая примерно сантиметров тридцати. Ровный, словно по линейке выстриженный скос точь-в-точь повторял скос самого камня. Даже небольшой волнообразный изгиб. Как маленький живой слепок с серой мертвой громадины.

Ольга, с удивлением уставившись на траву, оперлась о камень. И вдруг почувствовала… не может быть!

— Серега, потрогай валун!

— Зачем? — оператор не отрывался от камеры.

— Ну, пожалуйста! Или у меня глюки, или…

— Ну? — Сергей встал, приложил ладонь к шершавой поверхности. — Чего надо-то? — озадаченно взглянул на Ольгу. — Что, он так на солнце нагрелся?

— Какое солнце? — девушка лихорадочно гладила камень. — Оно с другой стороны, а потом, при такой толщине…

— Не может быть! — выдохнул оператор. — Он теплый! А другие?

Быстрыми торопливыми скачками телевизионщики передвигались от камня к камню, замирали на несколько секунд, прижимая ладони к морщинистым телам, чтобы через секунду так же точно приложиться к следующей громадине.

Большинство сейдов на прикосновения людей не отвечало. Мертвый каменный холод, шедший из глубины кристаллического тела, так и норовил вытянуть живое тепло из ладони, заставляя руку покрываться мелкими знобкими мурашками. Но некоторые мегалиты были теплыми! Не нагретыми, а именно теплыми, каким, единственно, может быть живое, живущее тело!

Ошарашенные этим странным открытием, Ольга с Сергеем присели передохнуть. Как раз рядом с одним из теплых камней. Рядом высились еще два. Тоже теплые. Троица создавала почти равнобедренный треугольник, по самому центру которого был выложен правильный круг из мелких розовых и белых камней. Словно цветочная клумба.

— Интересно! — подошел к «клумбе» оператор. — Смотри, кто-то эти благословенные места посещает. Круг — как по циркулю выписан! — Он попробовал приподнять один из камешков, розовый, в серых и серебристых точках вкраплений.

Несмотря на то, что камень с виду выглядел совсем невеличкой, так, типа, придорожный булыжник, у Сереги ничего с его подъемом не вышло. Озадаченный оператор приналег на бок розового упрямца, пристроил к нему другой камень, плоский. Надавил, как на рычаг. Когда розовая попка нехотя вылезла из земли, оказалось, что на поверхности присутствовала ровно половина камня. А вторая половина, вмурованная в землю, как раз и держала булыжник крепко и властно.

— Слушай, сколько же времени он тут пролежал? — удивился оператор. — А на вид — будто кто-то этот круг вчера выложил. Ну-ка, а другой? — И он двинулся с уже опробованным рычагом к следующему камню.

— Сергей, прекрати! — одернула его Ольга. — Ты что, не помнишь, о чем Влад просил? Ничего не трогать!

— Он про сейды говорил, а это же не сейд.

— Откуда ты знаешь? Знаток, тоже мне! Вот, лучше сюда посмотри!

— Что там у тебя?

— Видишь, здесь почему-то нет ягеля! — Ольга удивленно крутила головой, рассматривая землю вокруг серого мегалита. — Вот, под теми камнями — есть, а здесь — пусто!

— Да? Точно. Ну-ка! — Оператор встал и быстро обежал уже обследованное пространство. — Оль, у теплых камней нигде ягеля нет! Голая земля! А холодные — сплошь заросли.

— Снял?

— Да нет, тебе же пришел сказать! Сейчас, мигом! — Оператор припал к камере. — Что за черт? — Он потряс чудо японской техники. — Не понял!

— Что, Сереж?

— Камера гикнулась!

— В смысле? Батарейка, что ли, села? Так вставь другую.

— Не учи ученого! — Серега уже ковырялся в кофре. Выудил запасной блок питания. Вставил. — Оль, мы, кажется, приехали…

— Что? — Славина нехотя отвлеклась от созерцания первозданной красоты, распростершейся перед глазами.

— Приехали, говорю, — непонимающе крутил камеру Сергей. — Не работает!

— Ты что, шутишь? — Ольга вскочила на ноги. — Как это — не работает? Мы что, без видео останемся? А запасная? Взял?

— Обижаешь, начальник! — оператор снова влез в кофр. — Вот она, палочка-выручалочка! — Понажимал знакомые кнопки, побледнел. — Оль, мистика какая-то! И эта тоже не включается!