Злой демон Василий - Фалько

– Ты как? – спросил я у военного, возвращаясь к нему.

– Держусь, – он успел перезарядить пистолет, из которого безрезультатно стрелял по собаке. Если он её и ранил, то не сильно.

Из глубин тоннеля доносилось едва уловимое рычание и какая-то возня. Воображение рисовало, как стая собак подкрадывается к повороту. Я уже хотел их хорошенько напугать, но со стороны станции замелькали лучи фонариков и к нам выскочило четверо военных. Двое сразу заняли позицию, чтобы отстреливать собак, если они ринутся по тоннелю к нам, третий поспешил на помощь раненому.

– Вы как умудрились разделиться? – спросил я у четвёртого, скорее всего, старшего в команде.

– Ты кто? – спросил он, хорошо не додумался фонариком в лицо посветить.

– Кинолог, блин! – едва не выругался я. – Слежу за популяцией демонических собак в тоннелях. Слышите? Рычат, предупреждают, чтобы не совались дальше. Их там как минимум дюжина, поэтому советую уходить, и чем быстрее, тем лучше.

– Юра? – спросил старший у того, кто склонился над раненым.

– Носилки нужны, – отозвался тот.

Я всё же выругался, подумав, что придётся тащить военного на себе или при помощи силы, но у военных нашлись носилки в виде плотной ткани со множеством ручек. Они погрузили товарища, и без лишней суеты мы сбежали. Повезло, что собаки преследовать не стали, то ли побоявшись, то ли посчитав, что двух человек им на обед хватит. Знакомая парочка полицейских, охраняющих подъём, заметно помрачнела, увидев раненого военного. Один даже затвором автомата щёлкнул, направляя его вниз, словно со станции сейчас ломанутся толпы демонов. До ночи им ничего не угрожает, но с наступлением темноты двух человек будет недостаточно, чтобы сдержать проголодавшихся собак.

С возвращением военных наверху стало шумно. Я от всего этого хотел самоустраниться, но меня перехватил взволнованный и очень сердитый Дмитрий Игоревич. Просто выглядел я не очень опрятно, руки испачканы в крови едва ли не до локтей, на рубашке несколько красных пятен, а запах исходил такой, словно я с собаками обнимался.

– Василий, – Дмитрий посмотрел на меня строго, – зачем ты на станцию спускался? Ты в порядке?

– Случайно вышло, – я поправил пластиковую бутылку, выпирающую из кармана. – А когда переоденусь и приму душ с душистым мылом, сразу приду в норму.

– Ну и видок, – к нам подошёл Леонид и тот полковник из полиции, с которым разговаривал Дмитрий.

– Леонид, кстати, там внизу не меньше дюжины пятнистых собак, а не парочка, – укоризненно сказал я. – И тебе крупно повезло, что ты остался жив, увидев их. На будущее, если жизнь дорога, не стоит спускаться в подземелье, где у них логово. Это легко можно узнать по непередаваемому запаху, которым они территорию метят.

– Дюжина? – уточнил полковник, затем сурово посмотрел на Леонида и Дмитрия.

– Я видел только двух, – сказал Лёня. – И следов внизу почти нет. Ни помёта, ни прочего. Дюжина собак должна была сильно наследить. Может, Василий ошибается?

– Вы когда-нибудь сталкивались с пятнистыми собаками? – спросил я, обводя всех взглядом. – Понятно. Стойте тут, никуда не уходите.

Я заметил командира из отряда военных, спускавшихся в метро, рядом с одарённым.

– Вниз не пойду, – говорил маленький Зевс. – В узком пространстве не развернуться толком.

– На вашем месте я бы его вниз не брал, – сказал я, останавливаясь рядом и обращаясь к военному, проигнорировав одарённого. – Шарахнет молнией и спалит все лампочки и ваши фонари, оставив без света. Если только вы с факелами не собираетесь туда спускаться. Можно Вас на пару слов?

Не дожидаясь ответа, развернулся и зашагал обратно к начальству. Хотелось уже разделаться со всем и заняться важными делами. Нет, сначала принять душ и переодеться, а потом уже к делам.

– Вы же специалисты, – говорил полковник Дмитрию. – Должны обеспечить.

– Отвлеку буквально на минуту, – влез я. – Насчёт демонических пятнистых собак. Там, где видели их больше одной за раз, можете смело предполагать, что их не меньше десятка. И охотиться на них в пещерах и тоннелях лучше с военным огнемётом, от него толку будет больше, чем от автоматов. Вы их сейчас потревожили и можете не сомневаться, что к ночи они найдут другое место для логова. В полумраке пятнистые собаки могут сливаться с окружением, как те хамелеоны, и пока тебе ногу не откусят, не узнаешь, что они рядом. Ну или по запаху их найти можно. Если тоннели перекрываются, то очень советую запереть этот участок метро на пару недель, чтобы они от голода издохли. Или водой затопить под потолок. А если тоннели перекрыть не получится, то… не знаю, чем помочь. Минируйте проходы к станциям, волчьи ямы копайте. Когда еды много, они быстро плодятся. Шумные поезда их отпугнут на какое-то время, но скоро они к ним привыкнут.

– У меня всё, – я ещё раз обвёл взглядом озадаченных мужчин. – Дмитрий Игоревич, можно домой съезжу, переоденусь? Меня в таком виде в такси пустят?

– Уверен, что их там дюжина? – спросил полковник.

– Можете отправить кого-нибудь пересчитать, – я пожал плечами, за что заработал сердитый взгляд.

– Леонид, – Дмитрий обратился к нему, спеша разрядить обстановку, – отвези Василия и пулей обратно. Иван Денисович, надо связаться с руководством метрополитена. Они обещали перекрыть этот участок…

Пока я ходил за Дарьей и смывал с рук запёкшуюся кровь, Леонид подогнал машину к выходу со стройки. Это был неприметный с виду чёрный седан. Проблескового огонька, как у начальника, у него не было, поэтому ехали мы не спеша и правила дорожного движения не нарушали. За всю дорогу никто не проронил ни слова, чему я был только рад, размышляя о том, как может измениться привычный для человека мир. Десяток пятнистых собак в столичном метро сильно не расплодятся, маловато их для этого, но проблем они доставят немало. А вот если во время ЧП из разломов к нам в гости придут ещё несколько дюжин псов, вот тогда станет действительно весело. Лучший дом для них, чем подземелье под городом, не придумать. Пройдёт совсем немного времени и вытравить их оттуда будет почти невозможно. Дмитрий говорил, что в столице демоны убивают по десятку человек в день. Надо бы уточнить, сколько жителей просто пропадает бесследно. Уверен, что каждую ночь собаки кого-нибудь, да утаскивают. Тех же бомжей на теплотрассах уже наверняка всех сожрали. Учитывая, что разломы в мире появляются двадцать лет, не исключено, что в метро давно поселилось несколько стай пятнистых собак, выходящих ночью на охоту. И сидят они там тихо, как мыши в погребе, утаскивая зазевавшихся и глупых людей. Военные их наверняка отстреливают по одной, может, по парочке особей, но это как пытаться вычерпать реку ведром.

Дарья действительно жила в том же районе, где и мы с отцом, буквально в десяти минутах ходьбы. По меркам Москвы нас можно назвать соседями. Лёня прощаться с нами не стал, высадив во дворе типичной старой застройки и молча укатил обратно. Не пойму, обиделся он на меня или сам по себе угрюмый парень? Но ему действительно повезло увидеть собак и остаться живым. Может, их что-то или кто-то спугнул?