Лишь тот… - Сергей Вишневский

За ним, продолжая шептать те же слова, устремляются остальные монахи.

* * *

В добротном деревянном доме, у большой свечи, сидели двое. На столе у них стояла большая миска с парящим мясом, которое они неохотно выщипывали.

— Не случилось бы ничего, если бы наш старый хрыч язык за зубами держал, — недовольно произнёс мужчина лет тридцати. — Демоны меня дернули к нему пойти в ученики.

— Ритуалил на учителя? — хмыкнул сидевший за столом парень с бледной кожей.

— Ну, а как еще? — вздохнул собеседник. — Я же не идиот, как эти молодые кретины. Кто им вообще сказал, что Шашмаш будет их учить?

— Наивные идиоты, — хмыкнул в ответ собеседник. — Кстати, что демонам отдал?

— Младенца, что еще? Не на свою же душу с ними торговать, Конк. — искренне удивился мужчина.

— Они чужую кровь не берут, — нахмурился парень.

— Я еще во время рейда гвардии этих ублюдков три бабы прихватил. — кивнул в сторону мужчина.

— Трахать крестьян, — сморщился бледнокожий парень.

— Знаешь, если нужно было бы, я и овцу бы обрюхатил, — недовольно проворчал мужчина. — Тьма не любит назойливых идиотов и самонадеянных глупцов.

— Мда, — произнёс парень и опрокинул остатки содержимого кружки в рот. — На что только люди не идут ради силы.

— Тебе хорошо говорить, у тебя от рождения метка тьмы. Ты не ходил за учителями. Они сами к тебе выстраивались.

— Шашмаш не приходил. Я сам его выбрал.

— Кстати, а почему?

— Потому что тьма не любит самонадеянных глупцов, — пожал плечами Конк. — А Шашмаш хоть и упертый баран, но самонадеянным никогда не был. Вёл себя всегда достойно. Он силен, умен и практичен. Никогда ни с кем не спорил… почти никогда.

— Да-а-а-а-а… устроил он в цитадели представление, — вздохнул мужчина. — Я думал, нас прямо там на алтаре Морганы прирежут.

— Но никто не пикнул… Кстати, а сам что думаешь, Эки? Прав учитель?

— Знаешь… — поджав губы, произнёс мужчина. — С одной стороны, его «Тактика малых групп» выглядит как чушь собачья. Никакой армии, автономная нежить, гули, смесь некромантии и проклятой школы… Так никто не делает…

— А с другой?

— А с другой, до границы минимум три перехода. С нами нет армии, которую собирают по два десятка лет, тут не стоит зиккурат, да и вообще темных раз, два и обчелся. И мы контролируем эти земли. При этом даже заставу не штурмовали. Нежити — валом. Еда, крыша над головой и самое главное — в любой момент в седло химеры и день пути! И всё! Мы дома, а тут полно нежити, которая постоянно кормится.

— Да. Я тоже имел каплю скептицизма по поводу идей Шашмаша, но сейчас я в предвкушающем восторге. Мне просто интересно, что мы будем делать дальше.

— Я тоже, Конк… я тоже.

— Вра-а-а-а…

Фьють! ПУФ!

Со стороны улицы раздались громкие крики и звуки боя. Однако ни один из собеседников никак на это не прореагировал.

— Иногда их энергия просто раздражает, — процедил молодой парень.

— Ну, а как иначе? Это и борьба под солнцем и просто выпуск пара. Не волнуйся. Подохнет еще парочка учеников. Всё как обычно.

— Как бы они не испортили наши труды, — буркнул Конк. — Мы с тобой на защиту последних крестьян извели.

— Заставим восстанавливать, — пожал плечами Эки.

— А на жертвенник они кого положат?

— Будут искать. Поплетутся до заставы и будут караулить.

— Перебьют идиотов.

— Еще немного, и мне покажется, что ты их жалеешь, — хохотнул мужчина.

— Я хочу комфорта, — фыркнул парень. — И готовить у меня желания нет. Да и стирать тоже, а, да, и Сьюзи вполне себе неплоха в постели.

— Так и оставь эту Сьюзи. Зачем тебе остальные?

— Монк тоже неплох в постели, — задумчиво произнес Конк.

— Ха-ха-ха! Демоны и шлюхи! — расхохотался мужчина. — И это ты мне тыкаешь, что я обрюхатил крестьянок для дела?

— Они не крестьяне, — обиженно буркнул парень.

— Ладно, мне без разницы, чем и в какие отверстия ты предпочитаешь тыкать, — вздохнул мужчина и поднялся. — Пойдем, поглядим, что устроили эти идиоты.

Оба собеседника подошли к двери и вышли на крыльцо.

— Докатились, — произнес Конк, когда обнаружил на крыльце соседнего дома кровавое месиво, еще недавно бывшее одним из последователей. — Они уже за топоры взялись. Кр-р-ретины…

— Да. Этих идиотов надо на алтарь, — кивнул Эки. — Пойдем. Надо найти этого неумеху… Я и вправду думал, что оставшиеся более или менее способные…

Двое магов направились к дому, втягивая на ходу носом воздух и ловя ароматы мучений, страха и смерти. Когда до входа оставалось всего несколько шагов, из дверей выскочил паладин.

С блестящими от священных писаний на броне и с оружием наготове он метнулся к противникам, надеясь повторить прием с оружием.

Однако два ученика тёмного мага крови не были простыми последователями, чтобы их можно было застать врасплох.

Конк в один момент обратился в кровавое облако и метнулся в сторону, а Эки с хлопком исчез, оставив после себя кровавые брызги и черное облако, которое медленно и неторопливо начало подниматься к небу.

— ВО СЛАВУ! — воскликнул Гош, остановился и со всей мочи влепил ногой по земле.

Конк тут же вывалился из кровавого облака и выпустил сразу пять темных сгустков. Стоило ему коснуться земли, от ног тут же пошел сизый дым. Не оставаясь на месте, он устремился к дому, из которого уже выскочили монахи со светящимся оружием.

— ПО ВОЛЕ ЕГО! — поднял вверх клинок паладин.

Лезвие засияло, а из черного облака вырвался сгусток тьмы, который сначала метнулся в сторону, а затем устремился к Гошу.

На лету ученик превратился в подобие человека, отрастив из своей сущности когти и огромную пасть, он попытался достать воина света, но тот успел поднять щит.

Удар был настолько мощным, что паладина отбросило, и он покатился по земле. Не давая ему подняться, ученик тёмного мага устремился к нему, но в момент, когда он был готов вцепиться в шею, его отбросило в сторону золотистым куполом.

Тварь с визгом отскочила, но, несмотря на отваливающиеся от нее шматки тьмы, которые с хлюпаньем падали на землю, снова бросилась на противника.

Гош прекрасно понимая, что купол отлично работает против формы черного призрака и не стал его снимать. Вместо этого он отвел ногу назад, чтобы принять удар, и поднял щит.

Тварь с визгом влетела в защиту, но в этот раз она настолько уплотнилась, что защита не смогла ей настолько сильно навредить. Она прилипла к ней и принялась давить тьмой.