Путь истребителя - Владимир Поселягин

— А вы как, товарищ подполковник? Говорили, что вы погибли, когда бомбили эшелон Гиммлера.

— Нет, меня истребители ссадили. Успел машину в молодой ельник посадить и деру.

— А почему вас так долго не было, товарищ подполковник, почему к своим не вышли?

— На меня охота шла, то же в болото загнали. Вот, — я расстегнул рубашку и оголил плечо, чтобы показать свежую рану, — подстрелили, почти месяц у одной польки–вдовушки отлёживался.

Это сразу успокоило летчиков, они полусидя жадно слушали меня.

— Ясно, товарищ подполковник. — вздохнул летеха.

— Ну, нет худа без добра, встретил своего родственника, Степана Раевского. Дальнего родственника, тоже, кстати, отличного пилотажника, только без боевого опыта. Пошли к нам в лагерь, только тихо, Степка до полуночи на часах стоял, пусть поспит.

— Хорошо, товарищ подполковник.

— Есть хотите? Сухпаек у вас на три дня, наверняка ведь экономили?

— Так точно, товарищ подполковник, — поддакнул лейтенант. Сержант Даль за все время не произнес ни слова. Удивительным молчуном оказался, но судя по поведению лейтенанта. был отличным товарищем.

— Сейчас костер разведем и что–нибудь приготовим… Вот, кстати, наш лагерь.

Казанцев невольно присвистнул, увидев наши богатства.

— Трофеи, мы вчера днём уничтожили пост на реке, и захватили патрульный катер, — слегка похвастался я.

— Лихо вы, товарищ подполковник.

— Не в первый раз по немецким тылам гуляю, они меня уже в лицо знают, — чуть с хохмил я, осмотрев бойцов, приказал: — С вас вода ручьем течет, снимайте. Постирайте, сейчас мыло дам, и сушить повесьте.

Пока бойцы тихо плескались в соседней заводи, там было удобное место для мытья, я достал из мешка две рыбины, котелок литров на десять, десяток картофелин, лук и специи.

Как только соседние деревья обрели гирлянды из сушившейся униформы, а у разведённого мной костерка стали сушиться сапоги, стал тихо командовать:

— Так, сержант, вы рыбу почистите. Нож есть? Хорошо, вон туда отойдите, там место удобное. А мы с вами лейтенант, пока займеся картошкой и луком. Вон колода удобная, как только сержант закончит, нарежем рыбы и картошки.

Воду для ухи брали прямо тут же в протоке. Казанцев голышом вошел в воду и, дойдя до протоки, где было довольно сильное течение, набрал свежей воды. К сожалению других источников поблизости не было, но я уже испорченный местным временем знал, что можно пить и эту. Чистая вода, никаких палочек.

Через десять минут, после того как в кипевшую воду полетели куски рыбы, картошки и остального, заворочался и проснулся Степка. Аппетитный запах уже расплывался над заливом, и видимо разбудил друга.

Сев и кутаясь в одеяло, он как то сонно осмотрелся вокруг, покрутив туда–сюда головой со всклоченными волосами. Посмотрев на бойцов, которые в одних кальсонах сидели на бревне и с интересом за ним наблюдали, что–то пробормотал и, широко зевнув, снова свалился на постель.

— Наверное, принял вас за сон, — хмыкнул я, помешивая срезанной веткой уху.

От моего негромкого бормотания одеяло отлетело в сторону и Степка дико уставился на нас.

— Проснулся? Иди, умывайся, сейчас знакомиться будем и завтракать.

Уха уже была готова, отодвинул ее вместе с треногой немного в сторону от костра, я ложкой попробовал на вкус.

— Божественно, особенно с голодухи… Степка, хлеба прихватит и чайник. Пока едим, как раз дойдет. Лейтенант воды набери, чайком побалуемся.

Знакомство произошло быстро, у Степки, как и у меня, язык был неплохо подвешен, и он быстро сдружился с обоими парнями. Нам всем было по девятнадцать лет, даже забавно.

— Товарищ подполковник, а какие у нас дальнейшие планы? — поинтересовался Казанцев, после плотного завтрака и чая с галетами. Мое командование они приняли безоговорочно, да и по–другому, они просто не могли.

— Пока задержимся в окрестностях, у нас тут встреча назначена. Через несколько дней уже все вместе будем пробиваться к своим.

— А немцы не будут мешать из–за поста?

— Найдем укрытие хорошее затаимся… Все, лейтенант, с этой минуты вы расчет пулемета. Мы вчера постреляли из него, но не вычистили, займитесь, а мы пока займемся маскировкой катера.

Если вы думаете, что Степка просто принял новеньких и все… ага, как же. Его интересовало все, жизнь, служба, авиация, работать он старался поближе то к одному то к другому. Если с сержантом он сразу просек, что от него немногого добьёшься, то с лейтенантом, с моего одобрения, долго чесали языками.

Из–за маскировки пришлось задержаться почти на час, закончив с изучением и чисткой МГ, летчики–штурмовики стали нам помогать.

Когда тихо урча мотором, мы вышли из заводи с лодками на прицепе, то со стороны казалось что плывут три куста. Один впереди, урчит мотором, за ним цепочкой два поменьше на расстоянии по три метра каждый.

— Вроде он, — пробормотал я, сверяясь с картой. Впереди виднелся покрытый невысоким лесом, преимущественно березой, небольшой островок, размером метров тридцать на шестьдесят.

Удобной бухты тут не было, пришлось пробивать его, чтобы подвести катер и лодки к берегу, благо там была открытая вода.

— Черт, траву на винт намотали, — пробормотал Степка, когда мотор внезапно стих. Сержант успевший снять сапоги прыгнул в воду, ухнув по пояс, держав верёвку и оружие над головой он побрел к острову, таща нас на прицепе, через минуту в воду прыгнули и мы с лейтенантом и тоже впряглись как бурлаки на волге.

Зашвартовав лодки и катер, мы принялись маскировать их.

— Так, вещи из самой большой лодки выгружаем на берег, лодку нужно освободить от груза, — скомандовал я.

До обеда было еще далеко, поэтому я решил отправляться сейчас.

— Как долго вас ожидать товарищ подполковник? — поинтересовался Казанцев.

— От нескольких часов, до нескольких суток, лейтенант. Если мы не вернёмся через пять дней, забирайте катер и уходите к нашим. Продовольствия вам хватит недели на три, не меньше, — ответил я.

Степка в это время уложил на дно лодки весла и стоял рядом с шестом в руках, уперев его в землю.

Лейтенант и сержант стояли на высоком берегу и смотрели, как мы уходим. Перед тем как мы ушли за поворот и нас скрыл высокий камыш, я увидел, как взлетела рука Казанцева в прощании.

— Видишь, как удобно все сложилось, теперь за вещами есть кому присмотреть.

— Повезло, — откликнулся Степка: — ты слышал, Жорка Казанцев говорил, что советские войска подошли к Смоленску, уже блокировали его.

— Не особо торопятся. Я Сталину рассказал, какие потери мы понесли. В последнее время стали давать отпуска для улучшения демографии и беречь солдат. В лоб уже не бросают.