Разбитые звезды - Меган Спунер

Я уже хочу зажечь фонарик, найти аптечку и дать ей успокоительное, как вдруг она наконец-то перестает плакать. И я наконец-то засыпаю.

Когда я просыпаюсь, уже совсем поздно, за полночь. Несколько мгновений я сижу, не двигаясь, работают только органы чувств. Ощущаю кожей холодный металл и жесткое сиденье; чувствую витающий в воздухе запах расплавленного пластена; слышу, как снаружи хрипит какое-то животное, а здесь, в капсуле, будто бы кто-то двигается.

Воспоминания, словно пузырьки, всплывают на поверхность, разлетаются по всему телу, мчатся к рукам, и вот пальцы крепко обхватывают подлокотники. Я еще не открыл глаз, и разум сам додумывает, что происходит; снова слышится тихая возня. Сомкнутых век касается неровный скачущий свет.

Мисс Лару взяла фонарь.

Черт подери, она вообще спит? Я украдкой открываю один глаз. Она снова около панели управления, возится с проводами. Со спины ее освещает свет фонаря; она закусила нижнюю губу. В таком свете она выглядит иначе. Она кажется какой-то настоящей, непорочной, юной. С таким человеком можно и поговорить.

Мне интересно, что о ней сказали бы мои родители. В памяти всплывают их лица, и у меня сдавливает горло. Если «Икар», выпав из гиперпространства, потерял связь с «Компанией Лару», то там, возможно, еще даже не знают о крушении. Возможно, считается, что корабль просто пропал.

«Я жив!» – мне хочется мысленно передать это сообщение. Но ведь я даже не знаю, в какую сторону его отправлять: планета может быть в любой точке Галактики.

А тем временем мисс Лару со знанием дела засовывает провода в панель управления. Я помню, как девушка разделила провода ногтями. Не сделай она этого, мы потерпели бы крушение, так и не отсоединившись от корабля. Перед мысленным взором мгновенно возникает картина, как другие капсулы, оторвавшись от «Икара» только лишь во время крушения, несутся к земле, оставляя в небе позади себя огненные полосы…

Вне всяких сомнений мисс Лару спасла нам жизнь. С трудом в это верится.

Прежде чем заговорить, я кашляю, предупреждая, что проснулся.

– Мисс Лару?

Она резко вскидывает голову.

– Да, майор?

Она говорит вежливым и спокойным тоном, будто разговаривает с назойливой тетушкой, которая никак не оставит ее в покое на вечеринке.

«Может, если я замолчу, ее ударит током?»

– Нужна помощь?

Она раздраженно, но насмешливо фыркает.

– Вы ничем не поможете, если не знаете, как активировать систему связи. Если у меня получится подключить к ней микросхему, то можно использовать саму капсулу как антенну. Она же металлическая.

Мы ненадолго замолкаем. Нам обоим ясно, что мне ни за что не разобраться в микросхеме.

Мое молчание мисс Лару воспринимает так, словно взяла надо мной верх, и улыбается с чувством превосходства. Эта ее улыбка выводит меня из себя.

– Если я сумею отправить сигнал, тогда вы согласитесь остаться здесь, а не тащиться через дебри неизвестно куда?

Я делаю глубокий вдох и опускаю голову. Снова склонившись над панелью, мисс Лару отворачивается. Я украдкой на нее поглядываю. Меня приводят в восторг не только необычные для такой девушки познания в электронике, но и сам вид мисс Лару, держащей в зубах фонарик.

На какое-то мгновение я вижу в ней ту девушку из салона первого класса, которая заступилась за попросившего у нее помощи мужчину и не дала с ним расправиться. Куда же эта девушка постоянно пропадает?

Вдруг у меня екает в животе, и я понимаю, что тот мужчина, из-за которого я заговорил тогда с мисс Лару, скорее всего, мертв. А выжил ли кто-нибудь кроме нас? Сумела ли хоть одна капсула – кроме нашей – оторваться от «Икара» до того, как он вошел в атмосферу?

Но я не успеваю завершить эту мысль, как снова погружаюсь в сон.

– А что мисс Лару думала о ситуации?

– Я не спрашивал.

– Как, на ваш взгляд, она справлялась?

– Лучше, чем можно было ожидать.