Софья и Царство Тьмы - Надежда Чубарова

Вечером Соня и Наташа в очередной раз поссорились. За последние полгода они ругались намного больше, чем за всю предыдущую жизнь. Ссора началась с какого-то пустяка, как это часто бывает. Через несколько дней уже будет невозможно вспомнить причину ссоры, а сейчас эта мизерная причина обросла слоем взаимных оскорблений и стала настоящим поводом для войны. Уже целых полчаса они орали друг на друга, а мама пыталась их успокоить.

– Девочки, так нельзя, – стараясь говорить спокойным голосом, убеждала их мама.

– Она первая! – кричала Наташа.

– Ну, Наташа, ты же старше, могла бы и уступить, – сказала мама.

– С чего это я буду уступать разным малявкам, тем более когда они неправы?

– Это кто малявка? – с возмущением спросила Соня. – Сама ты корова!

– Мама, ты видишь? – дрожащим голосом спросила Наташа.

– Лучше бы тебя вообще никогда не было! – со злостью крикнула Соня.

– Соня!! – возмутилась мама. – Что ты такое говоришь? Не смей говорить такие вещи!

Соня прищурила глаза, посмотрела на маму, потом на сестру и бросилась в свою комнату, громко хлопнув дверью. Хорошо, когда есть своя комната, где можно спрятаться от всех. Подумать только, а ведь совсем недавно они жили в однокомнатной квартире и даже спали с Наташкой в одной кровати! Как только они не поубивали друг друга? Как она – Соня – так долго могла выносить присутствие старшей сестры?

Она ходила туда-сюда, пытаясь успокоиться, но только еще больше раздражалась, сжимала кулаки и стискивала зубы от злости. В последнее время ее часто охватывала ярость, иногда совершенно на пустом месте и, казалось, вовсе без причины. Но Соня во всем находила причину, и тогда уж держись тот, на кого падет ее гнев. И сейчас в ней словно боролись два человека: один хотел во что бы то ни стало причинить зло сестре: обидеть, наказать, уничтожить; а другой – такой крошечный, затерянный где-то в глубине души, – изо всех сил пытался воззвать к разуму, напомнить о том времени, когда они с сестрой были неразлучны.

– Меня никто не понимает! – ворчала она, проходя из одного угла комнаты в другой мимо зеркала. – Как будто все настроены против меня!

Они меня ненавидят! Всё делают мне назло, лишь бы навредить!..

Соня пыталась выговориться, чтоб как-то успокоить свою злость, но от этих слов не успокаивалась, а только еще больше распалялась. Она остановилась, закрыла глаза, стиснула зубы, – а у нее внутри бурлил вулкан, готовый вот-вот взорваться. Соня открыла глаза, одновременно сделала глубокий вдох и непроизвольно взмахнула руками, словно пытаясь прогнать от себя гнев. За окном послышался треск и громкий удар, от которого, казалось, вздрогнула земля и задрожали стекла, а Соне в ту же самую секунду стало невероятно легко. Она подошла к окну, посмотреть, что же там такое произошло, и удивленно вскинула брови, увидев, что большой тополь, самый большой в их дворе, вдруг рухнул, только чудом ничего не задев.

– Ничего себе! – воскликнула Соня. – А если бы там люди были?..

Смутно, где-то в глубине души, она подозревала, что это не простое совпадение: не может здоровое дерево в безветренную погоду просто так взять и упасть. Маргарита Тихоновна учила ее, что ничего не бывает просто так. Значит, это Соня своей яростью повалила такое огромное дерево?

– Нет, мне просто необходимо попасть в Царство Тьмы, иначе я тут все разрушу… – задумчиво прошептала она.

До самого вечера она не выходила из комнаты. Отказалась от ужина под предлогом, что болит голова. На самом же деле она боялась, что не сможет совладать с собой и навредит кому-нибудь. Сейчас, немного успокоившись, она стала осознавать, что представляет большую опасность для своей семьи. Ведь во время вспышек гнева она не может контролировать себя. А то темное внутри нее словно питается ее гневом, оно растет и все больше подчиняет ее себе, лишая возможности самой решать, как поступать. Нет, нужно обязательно попасть в Царство Тьмы! Там она снова станет сама собой, там зло не властно над ней.

Вечером Соня еле дождалась, когда все уснут. На цыпочках подкралась к двери и прислушалась. Дома было тихо. Соня закрыла глаза, пытаясь почувствовать свою сестру и родителей. Да, все спали. Можно было уходить. Она торопливо переоделась и поспешила в Царство Тьмы.

Пройдя сквозь зеркало, Соня в ту же секунду почувствовала облегчение. Словно она освобождалась от чего-то, или это что-то засыпало в ней. Она уже собралась бежать на встречу с другом, как, бросив мимолетный взгляд на стену за зеркалом, заметила выступ. Соня прищурила глаза и присмотрелась. Неужели дверь? О, она была любительницей всяких тайн и просто так пройти мимо потайной двери не могла. Подойдя к выступу, она осторожно потрогала его, потом толкнула, но предполагаемая дверь не открылась. Соня толкнула ее сильнее, потом еще сильнее, потом она даже попыталась использовать магию, но дверь так и не поддалась.

– Может, это и не дверь вовсе?.. – задумчиво пробормотала Соня. – Надо спросить у стража, уж он-то наверняка знает.

Соня еще раз окинула взглядом подозрительный выступ и вышла из зала в коридор. Еще издали она заметила огромного великана, сидящего, склонив голову, недалеко от входа в туннель. Он был весь погружен в свои мысли, что-то чертил толстой веткой на песке и даже не заметил, как Соня тихонечко подошла к нему сзади. Она с любопытством заглянула к нему через плечо, чтоб рассмотреть его художества, но на песке были лишь одиночные черточки-кружочки – ни надписи, ни картинки, а так – какие-то только ему понятные каракули.

– Бу! – крикнула Соня в самое ухо стража. Великан не вздрогнул, как ожидала Соня, а медленно повернулся, скривился в своей улыбке и, не глядя, стер ладонью рисунки на песке.

– Я тебя ждал, – пояснил он.

– Да, я так и поняла, – улыбнулась Соня.

– Почему ты не приходила так долго?

– У меня не получалось, – Соня сделала виноватый взгляд.

Страж опустил голову и снова задумчиво что-то начертил на песке.

– Ну что ты? Обиделся? Не сердись! Я правда очень хотела, но у меня не получалось, – Соня осторожно кончиками пальцев коснулась его рыжих волос, раскиданных по спине. И хотя ее прикосновение было легче бабочки, страж вздрогнул, словно от удара, и повернул к ней голову. Сейчас, когда он сидел, его лицо было почти на одном уровне с Сониным. Это удивительно! И как она могла когда-то его бояться, ведь у него такие добрые глаза!