Ночной поезд на Ригель - Тимоти Зан

Растра долго смотрел на меня, затем поднялся с кресла.

– Идемте, – сказал он, указывая на дверь за своей спиной. Джури сделал шаг, затем остановился. – Кстати, ко мне теперь следует обращаться «фальк». Это звание было пожаловано мне губернатором шесть лун назад.

Я вдруг почувствовал, будто у меня из-под ног выдернули ковер. Казавшееся на первый взгляд малозначительным замечание неожиданно подняло Растру на две ступеньки выше по джурианской социальной лестнице, и у меня возникло тошнотворное ощущение, что все мои предшествующие слова и тон разговора явным образом нарушали надлежащий протокол.

– Поздравляю, – проговорил я, еле шевеля губами.

Как опытный посредник, Растра уже предвидел возможную проблему.

– Спасибо, – ответил он, дважды щелкнув клювом. – Для меня это действительно оказалось неожиданной честью. – Переведя взгляд на Бейту, он щелкнул клювом еще дважды.

Ковер вновь оказался на прежнем месте – у меня под ногами. Щелчки клювом официально объявляли Бейту и меня равными ему по общественному положению (что со всей очевидностью не соответствовало действительности), тем самым он великодушно избавил нас от обременительного соблюдения всех ритуалов, которые требовались бы от нас в данной ситуации.

– Возможно, это и было для вас неожиданностью, – решился я на невинную лесть, – но заслуженной.

– Спасибо, – повторил он. – Ну а теперь пойдемте.

Дверь открылась, едва он подошел к ней. Я хотел было последовать за ним, но Бейта преградила мне дорогу.

– Этот джури, – прошептала она мне на ухо. – Он ваш друг?

Тот же самый вопрос она задавала в поезде о полковнике Эпплгейте.

– Теперь уже нет, – так же шепотом ответил я. – Когда у джури меняется чин, ему приходится менять и всех своих друзей. Классовые границы у них весьма четкие.

– Но раньше он был вашим другом?

Я почувствовал, как к горлу подступил комок.

– У меня нет друзей, Бейта. У меня есть знакомые, бывшие коллеги и те, кто был бы рад никогда со мной не встречаться. А почему, собственно, это вас так интересует?

У нее слегка дернулась щека. Девушка молча повернулась и поспешила следом за Растрой.

Позади остались два коридора и узкая лестница; сейчас мы находились в маленьком, тускло освещенном кабинете. Через единственное окно было видно другое помещение, где под бдительным оком двух вооруженных солдат-джури находились двое халков, освещенные ярким светом.

– Майор тас Бускша. – Растра указал на хозяина кабинета – мрачного джури в форме со знаками различия офицера среднего звена. – Господин Фрэнк Комптон с Земли и его помощница Бейта.

– Господин Комптон, – прорычал Бускша, – это те самые халки, которых вы ищете?

Я подошел к окну и внимательно рассмотрел чужаков, обращая особое внимание на форму их ушей и узор морщин на подбородках.

– Думаю, да.

– Насколько хорошо вы их знаете? – Допрос продолжался.

– Как я уже говорил фальку Растре, мы впервые встретились в квадрорельсе, – ответил я. – Полагаю, вы задержали их отнюдь не ради меня.

Бускша издал горловой рык, а затем пояснил:

– Еще бы! Их схватили в закрытой багажной зоне.

Значит, мои подозрения оправдались.

– Кто они?

– Мы не знаем, – в диалог вступил Растра. – Когда их арестовали, никаких документов при них не оказалось. Сейчас мы это выясняем.

– Никаких мыслей насчет того, что они искали?

– Интересный вопрос. – Бускша уставился на меня. – Почему вы считаете, что они искали нечто определенное, а не просто шарили в багаже в поисках ценностей?

Я пожал плечами, одновременно напряженно размышляя. Для меня было очевидно, что их все так же интересовали мы с Бейтой и что они наверняка искали в закрытой зоне принадлежащие нам вещи. Однако, поделившись своими соображениями, я привлек бы к нашим персонам намного больше внимания, чем хотелось.

– Мне показалось, что они не похожи на обычных профессиональных воров, вот и все, – сказал я.

– Показалось? – с неприкрытым сарказмом переспросил Бускша. – Вам?

– Господин Комптон – бывший сотрудник разведки Западного альянса Земли, – спокойно пояснил Растра. – Его интуиции стоит доверять.

Майор щелкнул клювом.

– И что же говорит вам ваша интуиция?

Я снова посмотрел на халков.

– Они хорошо одеты, и их шерсть, судя по всему, недавно была подстрижена… отнюдь не бедняки. Известно, как они путешествовали?

– Первым классом, – сообщил Растра. – Однако они прибыли на пересадочную станцию на челноке третьего класса.

Из груди Бускши снова вырвалось рычание.

– Подобный обман – явный признак воров и прочих отбросов общества. Почему вы расспрашивали о них в зале прибытия?

– Как я уже говорил фальку Растре, у меня был с ними короткий разговор о курорте в империи Халкависти, – сказал я. – Я хотел выяснить, где он в точности находится.

– Его нынешняя работа заключается в поиске подобных мест, – добавил Растра.

– Понятно. – Бускша несколько мгновений изучал меня взглядом, затем дернул плечами. – В таком случае, пойдемте и спросим их.

Стандартная техника допроса – свести тех, кто якобы не знаком, и посмотреть на их реакцию. Предстать перед халками и тем самым дать им понять, что я напал на их след, в данном случае было для меня не лучшим вариантом. Однако я уже зашел чересчур далеко, и отступать было поздно.

– Спасибо, – кивнул я. – Бейта, останьтесь здесь, с фальком Растрой.

Я вышел следом за Бускшей и, пройдя пять шагов, оказался в комнате для допросов.

На лицах халков при моем появлении не отразилось ничего.

– Отвечайте на все его вопросы, – потребовал майор, пропуская меня вперед.

– Добрый день, – сказал я. – Возможно, вы меня не помните, но мы встречались в поезде квадрорельса.

– Ни с какими людьми мы не встречались, – ответил один из них, презрительно глядя на меня. – Мы не общаемся с людьми.

– Вы тогда были довольно пьяны, – напомнил я. – Поэтому, возможно, и не помните.

– Я никогда не напиваюсь, – возразил он.

– Я тоже, – добавил второй халк.

Однако я заметил, как вздыбилась шерсть у него на лбу, – похоже, он не был в этом столь уж уверен.

– Вы помните каждую минуту своего путешествия на квадрорельсе? – Бускша тоже заметил его замешательство. – Без каких-либо пробелов?

– Если не считать того времени, когда мы спали, – язвительно проговорил первый халк.