Ландо Калриссиан и Звездная пещера ТонБока - Нейл Смит

«Тысячелетний сокол» медленно кувыркался в вечной темноте, но постепенно останавливался за счет автоматических корректировщиков положения. Поврежденные, они то работали, то отключались бессистемно. И в конце концов вращение прекратилось, корабль замер в пустоте. В иллюминаторах тут и там неуверенно подмигивали красные лампочки, их становилось все больше, пока не включилась целиком система аварийного освещения. Сопла сочились молочного цвета жидкостью, которая мгновенно замерзала в причудливых формах и уплывала вместе с клубами дыма. Расплавленный обрубок в кормовой части застыл Уродливым напоминанием о выстреле крейсера.

Прекратил идти дым. Восстановилось в нормальном режиме внутреннее освещение, затем сигнальные огни на корпусе.

Из клапана аварийного выравнивания давления в люке наверху наружу полез металлический прут, который, судя по дерганью, держала человеческая рука. Достигнув двух метров, он перестал двигаться, видимо, внутри посчитали длину достаточной. И тут Лехесу, неспособный бросить друзей, а потому паривший неподалеку, услышал знакомый голос:

— Привет тебе, рыбка! Потеряли антенну во всем этом веселье! Это ведь ты, Лехесу? Как хорошо, что мы здесь! Если б Вуффи Раа колебался хоть наносекунду, с тобой разговаривали бы наши призраки.

Лехесу, воспитанный в культуре, где не существовало концепции жизни после смерти, не понял последнюю фразу. Зато он понимал, что его друзья благополучно прибыли в ТонБоку, а это был повод для громадной радости.

— Ландо-капитан-масса! — воскликнул освафт, обращаясь к человеку так, как обратился бы к Старшему. — Да, это я!

Он подлетел ближе и осторожно заглянул в кабину. Внутри сидели Ландо Калриссиан, мошенник и иногда игрок (или игрок и иногда мошенник), и его механический почти-слуга Вуффи Раа. Этот всегда был только дроидом. Оба занимались делом: поворачивали рычаги, нажимали кнопки, стремясь вернуть «Соколу» некое подобие нормального функционирования. Ремни безопасности капитана при временном отсутствии гравитации висели в воздухе рядом с креслом. Значит, именно он выставлял наружу антенну. Молодой освафт был горд собой из-за того, что смог вывести это простое логическое заключение; он начинал понимать чужую цивилизацию и их среду обитания.

— Приветствия и салют, друг Лехесу, — вступил в разговор дроид. — Мы оба просим прощения за опоздание на встречу с тобой.

Ландо кивал, но присоединялся ли он этим к извинениям или комментировал слова робота, осталось неизвестным.

— Мы были на расстоянии, откуда можно было послать сообщение, еще несколько дней назад, — продолжил Вуффи Раа. — Но нам пришлось проходить блокаду обманом.

В его голосе прозвучало едва заметное отвращение, которое не преминул услышать Ландо. Оно его раздражало: обман был его тузом в рукаве, подчас необходимым, и Вуффи Раа понимал это не хуже других. Да и как еще они прошли бы мимо флота? Чтобы успокоиться, картежник зажег сигару и откинулся в кресле. Приятно было оказаться, хоть и на короткое время, вдали от того, что называлось цивилизацией, и особенно от неуютно часто встречавшихся в ней наемных убийц Зная флот, Ландо не питал иллюзий относительно того, насколько безопасно здесь и сколь коротка передышка. Но у него был план, и теперь после первой сравнительно легкой победы можно было немного расслабиться.

— Я не понимаю, — продолжал Лехесу их с Вуффи Раа разговор, который Калриссиан не слушал, занятый собственными мыслями. — Я был уверен, что видел уничтоженными вас вместе с «Соколом». Конечно, тогда я еще не был уверен, что это именно вы.

Судя по тону, робот был невероятно доволен, рассказывая об обманке, которую установил на корме перед уходом с последнего крейсера.