Узы крови - Алексей Осадчук

Народ все прибывал и прибывал. Я оглянулся. Наша коляска стояла сейчас в дальнем углу площади. Жак, видимо, сообразил, что такое скопление народа не к добру и отогнал наше транспортное средство подальше. И Бертран и Жак сидели в коляске. Я удовлетворенно кивнул. Вот за что мне нравятся эти двое, так это за исполнительность.

По сути, мне нужно всего лишь глянуть на женщин, которых жрецы обзывают ведьмами, и убедиться в отсутствии среди них Лады. В то, что все десять приговоренных являются ведьмами мне мало верилось. Вот подберусь поближе и просканирую их, а потом можно и пробираться назад.

Пока двигался вперед, послушал зевак. Люди жаждали кровавого зрелища. Ведьм в народе не любят. То и дело в толпе слышались призывы поскорее расправиться с нечистью.

– Сколько они нам кровушки попили! – охая и качая головой, причитала дородная бабенка.

– Все беды от них! – скрипел рядом с ней сухой мужичок с желтыми кривыми зубами.

– Вот и на них нашлась управа! – грозил в сторону пленниц широкоплечий рыжий детина. – Одна такая всю скотину у нас в деревне извела!

Я пробирался дальше и сокрушенно качал головой, дабы своим поведением не выделяться из толпы.

Наконец, я оказался прямо напротив помоста и принялся осматривать в истинном зрении сбившихся в кучу и закованных в цепи женщин. Неестественно вывернутые пальцы рук, кровоподтеки, синяки под глазами – их явно перед этим долго пытали. Сканируя одну женщину за другой, я чувствовал, как по моей спине пробегали мурашки.

Невероятно! Я ошибался! Это ведьмы! Все десять… Значит, действительно целый ковен накрыли. Их источники искалечены и обезображены. Удивлен, что они до сих пор живы. Очень похожие травмы были у Лады.

Кстати, моей знакомой среди них не было.

Я облегченно выдохнул. И хотел было уже развернуться, чтобы уйти, но мой взгляд зацепился за одну странность.

Я внимательно присмотрелся… Сбившиеся в кучу женщины, закрывали своими телами еще одну ведьму. Судя по энергосистеме, это девятилетняя или десятилетняя девчонка.

Мое внимание не осталось незамеченным. Одна из ведьм, самая старая, резко вскинулась и начала рыскать глазами по толпе. Через мгновение наши с ней взгляды встретились.

Даже в таком состоянии она умудрилась почуять метку моей приемной матери. Представляю, какой силы была эта ведьма до плена. А еще меня пугала мысль о том, кто смог такую ведьму пленить. Силы в нем должно быть не меньше, чем в покойном Диком Герцоге. Если ордену служат одаренные такой мощи, королю в будущем придется считаться с новой быстро растущей силой в своем королевстве.

Распухшие и разбитые в кровь губы ведьмы зашевелились.

– Кивни, если ты меня слышишь, лис, – до моих ушей донесся тихий шепот. Старуха обращалась ко мне на ведьмачьем. Она страшно коверкала слова, но я ее все равно хорошо слышал и понимал, хотя между нами было больше десятка метров. А еще до меня вдруг дошло, что старая колдунья, разговаривая со мной, использовала какую-то неведомую мне волшбу.

Ни я, ни моя приемная мать такой магией не владели.

Я коротко кивнул.

– Они уничтожили мой источник, – услышал я магический шепот. – Но у меня осталась еще капля силы, чтобы нанести последний удар… Молю… Спаси мою внучку… Ее примет любой ковен… Они хорошо заплатят тебе… Будь готов… Я верю тебе, лис… На тебе метка нашей сестры…

Старуха, разорвав со мной зрительный контакт, закатила глаза и медленно осела на каменную мостовую. Похоже, не рассчитала своих сил. Я хорошо видел, что в ее источнике осталось очень мало маны. Над ней тут же склонились ее сестры.

Помотав головой, я сбросил с себя незримую пелену чужой волшбы, а потом негромко выругался.

Вот именно поэтому я всегда старался держаться от ведьм подальше, а если и имел с ними дела, то лишь только при крайней необходимости. Кстати, этому правилу меня научила Вадома.

Это она предупреждала меня ни в коем случае не идти на поводу у ведьмы. Потому что не заметишь, как ты уже выполняешь каждое ее поручение, словно послушный и преданный пес.

Мне, конечно, жаль девчонку, но о ее безопасности надо было думать раньше. Если этот ковен пленен почти в полном составе – это значит, что ведьмы не особо и прятались. Почувствовали силу, расслабились и потеряли бдительность. Думали, что против ковена никто не решится выступить. За что и поплатились.

А теперь еще и меня хотят за собой утянуть… Видимо, старуха, увидев молоденького характерника, по привычке решила, что справится с его волей. Нет уж… Не на того напала.

Я уже был готов развернуться, чтобы покинуть площадь, как со стороны храма послышался громкий и звонкий девичий голосок.

– Смотрите, ваше святейшество! Среди этих несчастных есть ребенок!

Говорившей была принцесса Адель. Она обращалась к невысокому худому старику в белой расшитой золотом жреческой тунике.

Не знаю почему, но я решил остаться и дослушать их разговор. С моим слухом даже с учетом шума толпы мне было не сложно разбирать их слова.

– Ваше высочество, – покачал головой седобородый жрец. – Это не ребенок. Это ведьма! Внешность обманчива. Эта тварь ранила и чуть не убила одного из наших рыцарей.

Судя по тому, как задрала головку вверх принцесса, она не привыкла к тому, чтобы ей возражали. Адель топнула ножкой, отчего ее каштановые локоны на висках забавно дернулись.

– Это всего лишь девочка! – упрямо выкрикнула она. – Ей, наверное, лет десять, не больше. Капитан де Скалон! Немедленно приведите несчастную ко мне!

– Слушаюсь, ваше высочество, – откуда-то сбоку словно из воздуха вынырнул закованный в костяную броню высокий воин и ударил себя по широкой груди здоровенным кулаком.

– Остановитесь, капитан! – воскликнул жрец. В его голосе слышались панические нотки. – Ваше высочество! Вы не совсем понимаете то, что сейчас происходит!

Я позволил себе криво усмехнуться. Похоже, режиссеры этого спектакля поставить принцессу в известность не удосужились. А зря… Ее высочество сейчас наломает дров. Вон как недовольно зашумел народ после слов принцессы. Толпа, и без того разгорячённая, начала стремительно закипать словно масло, поставленное на сильный огонь. В девчонке, которую приговорили к казни, народ видел ненавистную ведьму. Люди пришли сюда, чтобы насладиться зрелищем разрубленных на куски «тварей», а не их освобождением.

– Мне плевать, что вы там себе думаете! – звонко выкрикнула принцесса. – Я не верю, что эта девочка – ведьма! Немедленно приведите ее ко мне!

– Да что же это такое деется, люди добрые! – выкрикнул кто-то из толпы. – Этих тварей хотят освободить!

– Ну уж нет! – взвизгнула какая-то женщина откуда-то справа. – На мою сестру порчу навели, а их отпускать?!

– Бей их, братцы! – рыкнул зычный голос почти над моим ухом, и толпа качнулась вперед.