Черное Пламя - Стенли Вейнбаум

— Тогда выйди за меня замуж и уезжай. Я не могу удержать тебя, но потом — если от этого мира останется хоть что-то — я смогу снова привезти тебя сюда. Пусть мы будем по разные стороны фронтов, но все же, хотя бы перед Богом, мы будем вместе. Разве ты не понимаешь?

— Понимаю, но… нет.

— Почему, Кэй? Ты же сказала, что любишь меня?

— Потому что люблю, — прошептала она сквозь слезы. — Я не могу быть твоей женой и ненавидеть твой народ. Если бы ты был на нашей стороне, Тед, клянусь, я вышла бы за тебя завтра же, или сегодня, хоть через пять минут, — но все не так. Это будет просто несправедливо по отношению к тебе.

— Ты бы не хотела, чтоб я стал предателем, — хмуро заключил он. — Я знаю, Кэй, — ты не могла бы любить предателя. — Он помолчал. — Значит — до свидания?

— Да. — Она опустила глаза. — Официально это пока не объявлено, но папу уже отозвали. Завтра он представит свой отзыв государственному секретарю, а послезавтра мы уезжаем в Англию. Это означает — прощай.

— Это означает войну, — согласился Тед. — Я-то надеялся, что, несмотря ни на что… Видит Бог, я сожалею, Кэй. Я понимаю тебя… кажется, понимаю, но… все это чертовски тяжело. Чертовски тяжело!

Она улыбнулась сквозь слезы.

— Правда, Тед, чертовски тяжело! Только представь, вернуться домой, на родину, которая вроде… ну, вроде Рокфеллеровых Гор в Антарктиде. Говорю тебе, я бы предпочла, чтоб Англия а не Панама, затонула в море! Так было бы легче, много легче… Если бы она затонула, если бы волны сомкнулись над самой вершиной Бен Макдуй!

— Волны бушуют над куда более высокими вершинами, чем Бен Макдуй, — хмуро ответил Тед. — Это… — Внезапно его лицо как будто окаменело. — Это Сьерра-Мадре! — крикнул он так громко, что девушка отпрянула. — Главный хребет! Сьерра-Мадре! Сьерра-Мадре!

— Ч-что? — выдохнула Кэй.

— Сьерра! Выслушай меня! Ты доверяешь мне? Сделаешь то, что я попрошу? Для нас! Я имею в виду — для мира! Сделаешь?

— Я… я…

— Кэй, удержи своего отца, пусть никто не знает что его отозвали. Мне нужно хотя бы десять дней — может даже неделя. Ты сможешь?

— Как? Как я смогу?

— Не знаю. Заболей. Скажи, что не переживешь путешествия. Умоляй его не предъявлять свои документы до тех пор, пока не поправишься. Или… или скажи ему, что Соединенные Штаты через несколько дней сами попросят его остаться. Это правда — клянусь, что это правда, Кэй!

— Но… но он мне не поверит!

— Он должен поверить! Не знаю, как ты это сделаешь, но задержи его здесь! И пусть он доложит Министерству иностранных дел о том, что предстоят новые изменения в политике США — очень значительные изменения. Это правда, Кэй.

— Правда? Какие же?

— Некогда объяснять. Ты сделаешь, как я прошу?

— Я… я попробую.

— Ты… ох, да ты просто чудо!

Он заглянул в ее большие карие глаза, покрыл поцелуями ее лицо и умчался прочь.

Эйс Гаунт, как всегда, хмурился, разглядывая карту вымершего Солтон-Си, когда Тед без доклада ворвался в его кабинет. Поджарый техасец поднял голову и сухо улыбнулся.

— Я все понял! — выкрикнул Тед.

— Тяжелый случай, — констатировал Эйс Гаунт. — И каков диагноз?

— Нет, я хочу сказать… Слушайте, Служба Наблюдения уже провела измерения глубины над Перешейком?

— «Дельфин» все еще там, — ответил старик. — Нельзя же нанести на карту сорок тысяч квадратных миль океанского дна за время обеденного перерыва.

— А где они измеряют? — быстро спросил Тед.

— Над Перл-Кей-Пойнт, Блуфилдс, Манки-Пойнт и Сан-Хуан-дель-Норте, разумеется. Естественно, в первую очередь они измеряют уровень воды над бывшими городами.

— А где «Марлин»?

— Отдыхает в Ньюпорт-Ньюз. Мы не можем оплатить работу обоих из этого годового бюджета.

— К чертям собачьим этот бюджет! Отправьте туда еще и «Марлин», и любое другое судно, которое может доставить электрический лот!

— Слушаюсь, сэр, сию минуту, сэр, — сухо произнес Эйс Гаунт. — Когда это вы начали замещать Голдсборо в министерстве внутренних дел, мистер Уиллинг?

— Прошу прощения, — ответил Тед. — Я не отдаю приказы, но я кое-что задумал. Кое-что такое, что поможет нам выбраться из этой заварухи.

— В самом деле? Звучит многообещающе. Еще один международный проект по выкачиванию денег?

— Да нет же, — вспыхнул Тед. — Сьерра-Мадре! Разве вы не понимаете?

— Грубо говоря — нет.

— Тогда послушайте! Я летал над каждой милей затонувшей территории. Я составлял карты и фотографировал ее, я делал геодезические съемки. Я знаю этот кусок суши так же хорошо, как бугры и ямы на моей собственной постели!

— Мои поздравления — ну, и что из этого?

— Смотрите!

Он развернул топографическую карту Центральной Америки и начал говорить. Через некоторое время Эйс Гаунт повернулся на стуле, и в его бледно-голубых глазах сверкнул огонек интереса.

То, что за этим последовало, стало достоянием историков и писателей. Рассказ о том, как «Дельфин» и «Марлин» исследовали хребты погруженных в воду Кордильер, — сам по себе первоклассный приключенческий роман. Тайная борьба дипломатов трех великих морских держав — роман почти готический. Но самая увлекательная история из всех — это строительство Межконтинентальной Кордильерской Стены.

Догадка Теда подтвердилась: слой воды над затонувшими горами Сьерра-Мадре был не так уж велик. Уже тридцать первого марта началось строительство Стены. К концу сентября над уровнем моря поднялась дамба в две сотни миль длиной. Ширина ее колебалась от ста восьмидесяти до двухсот сорока футов, а высота над уровнем моря достигала девяноста футов.

И могучий поток, за которым следили сотни океанографов, снова изменил направление. Двигаясь к северу, он сначала обогнул берега Франции, затем — Англии и, наконец, пришел в Скандинавию. И наступила зима — такая же мягкая, как прежде, и вздох облегчения вырвался у всех народов мира.

По большей части Кордильерская Межконтинентальная Стена была построена Соединенными Штатами. Шовинисты сокрушались, что опять Дядя Сэм выглядит простофилей, оплачивая проект стоимостью в пятьсот миллионов долларов ради спасения Европы. Никто и не заметил, что на британских морских базах в Тринидаде, на Ямайке и в Белизе встала на якорь большая часть Королевского Атлантического флота. И никто не спросил, кстати, почему давно забытые военные долги снова выплыли на свет Божий и были без долгих проволочек оплачены европейскими державами.

Истина заключается в том, что Кордильерская Межконтинентальная Стена дала Соединенным Штатам мировую гегемонию. С южной оконечности Техаса, из Флориды, из Пуэрто-Рико тысячи американских самолетов могли теперь в любой момент бомбардировать Стену. Ни один европейский народ не смог бы забыть об этом.