Драконы во гневе - Майкл Стэкпол

Рифмы Нефри-леша звучали гнетуще, но Уилл едва ли слышал его слова. Он перевел взгляд со сломанной деревянной фигуры на лицо Керригана. От испытанного шока и ощущения, что его предали, лицо мага залилось краской. Глаза его заблестели, но тут Уилл схватил его обеими руками за тунику:

— Мне жаль, Керриган, мне жаль, но ты нам нужен. Все очень плохо, и нам нужно что-то придумать.

Бок дотянулся до него растянувшейся рукой и потащил Уилла прочь. Уилл завертелся и упал, приземлившись на пятую точку, неподалеку от Квика. Приподняв голову, он увидел на выступе Нефри-леша. Он стал полностью черным, за исключением глазных отверстий и огненного плаща. Он поднял сияющий камень высоко над собой, будто бы собираясь бросить его и разбить на миллионы осколков.

Огромный темно-синий с голубыми полосами дракон зашевелился, стоя на своем каменном пьедестале:

— Совет готов выслушать показания представителя Авролана. Не стоило так поступать с Римом Рамочем.

— Увы, быть равным жаждал я, с стоящими пред озером огня. — Сулланкири указал на Эрлстока. — Истинный камень в руках у него, теперь же и мы получили его.

Синий дракон наклонил голову:

— Мы одинаково внимательно выслушали бы вас, несмотря ни на что. Вы все здесь гости, поэтому на время Совета у вас перемирие. Насилие между вами не разрешено. Нарушив мир, вы испытаете наш гнев.

Ворон показал на сломанную куклу:

— Разве это не насилие?

Еще один дракон с пятнистой серой чешуей и сломанным рогом вытянул морду в сторону другого дракона, отдыхавшего в пещере. Тот был красного цвета, его чешуя словно бы была покрыта толстым слоем пыли и грязи.

— Рим Рамоч не гость, Рим Рамоч поставил себя под угрозу сам. За глупость глупостью платят в ответ.

Дравотрак заговорил:

— Замечание совершенно не к месту. Меня отправили в путешествие к людям, и я был среди них. Нам сказали, что люди ищут камни Истины и собираются воссоздать Корону, чтобы лишить нас нашей силы. Это не правда. Они держали камни на расстоянии друг от друга, чтобы Кайтрин не смогла соединить и собрать Корону, чтобы уничтожить все живое вокруг.

Серый фыркнул, изрыгнув пламя:

— Разве нам нужно истребить людей? Мы создали панки, чтобы люди держались подальше от наших домов, но они все равно тревожат нас. Кайтрин оказывает нам услугу и теперь рассчитывает на что-то большее.

Черный дракон с красными полосками говорил, и Уилл понял две вещи. Первое — он видел этого дракона раньше, в Вильване. Второе — невидимая стена между ним и озером служит не только для защиты от жары, но она еще и преображает шипение драконов в слова, чтобы все могли все понимать. Интересно, а Резолют, наверное, слышит их разговор на эльфийском?

Голос Вриисуреола раздался из-за невидимой стены:

— Как долго она уже служит нам? Теперь она предлагает нам быть ее союзниками. Она пользуется камнями Истины, чтобы призвать воинов к себе, оставляя тем право предложить ей свою помощь. Она никого не делала своими рабами, но будет ли так продолжаться все время?

В ответ заговорил синий:

— До тех пор пока Корона существует, она всегда будет угрозой. Кайтрин говорит, что, когда получит все фрагменты и соберет их вместе, она уничтожит Корону, освободив Истинные камни. И навсегда избавит нас от их контроля. Она собирает их вместе по этой причине.

— Верно сказал, верно все, да-да-да. Для этого камни сбирает она, сражаясь со смертью и людом одна, — Нефри-леш показал на Эрлстока. — Камень вон тот, отдайте же мне, его я доставлю моей госпоже.

Резолют обнажил Сивере:

— Тебе придется сразиться со мной, чтобы получить камень.

— Ты ведь участник нашего плана, и ничего отрицать тут не надо, тебя, Резолют, не оставит отвага, — пламя вспыхнуло в глазах сулланкири. — Отважней и старше он скоро не станет, но холод охватит его на века.

Из синих ноздрей вырвалось золотое пламя:

— Не смей, эльф, поднять на него этот меч, или тебя охватит совсем не холод.

Резолют взглянул на дракона и убрал Сивере в ножны. Уилл встал на край выступа и воззрился на синего дракона:

— Я хочу, чтобы меня услышали. Не знаю, поможет ли мне то, что во мне течет кровь дракона, или то, что моя кровь пролилась на Истинный камень, что сейчас в руках у принца. Мне кажется, я знаю способ, как вы можете легко во всем разобраться.

Голова синего дракона повернулась в сторону Уилла:

— Прошу, скажи нам.

— Что ж, все просто: я вор. И если мне нужно украсть вещь, то я узнаю, где она находится, и следую туда. Так вот, Кайтрин много лет назад захватила Воркллин. Может, там был камень, может, и нет. Но она осталась там, после того как заполучила его. И теперь двадцать пять лет назад, она пыталась забрать фрагменты из Крепости Дракона, но у нее не вышло. Ее армия далеко на юге, и мой отец знает об этом, потому что сочинил поэму о том, как с ней бороться еще задолго до того, как увидел камень Истины.

Сулланкири зашипел:

— Но ты же, шлюхи гадкое отродье, лишь можешь обмануть простонародье!

Уилл фыркнул:

— Я был там, после тебя.

Пламя вырвалось из глаз Нефри-леша, но он промолчал.

Вор продолжал:

— Затем она отправилась в Крепость Дракона и послала отряд в Лакаслин, чтобы он заполучил фрагменты. Итак, у нее в руках фрагмент из Крепости Дракона, у принца — второй, а третий спрятан. Спрятан еще и тот, что из Аакаслина. И Кайтрин все же продолжает двигаться на юг, притом что понятия не имеет, где искать фрагменты.

Серый дракон заворчал:

— И к чему ты нам все это говоришь?

— Что ж, дело вот в чем. Если ей нужны фрагменты — если она ищет именно их, — то она прекратила бы продвижение на юг, до тех пор пока не узнала бы, где нужно искать дальше. Однако же ее войска продолжают свое дело, — юноша показал на своего отца, — а как вы уже знаете, она делает из людей рабов, чтобы те исполняли ее приказы. Если вы внимательно взглянете на то, что она делает, и не станете слушать, что она говорит, осмелюсь высказать догадку, что вам не меньше чем нам не захочется, чтобы она получила Корону.

Синий дракон некоторое время размышлял:

— Я понял твою мысль. Просьба отдать камень Истины отклонена.

Сулланкири разозлился:

— Глупо так верить ему одному, пришел мой черед — и я вам скажу. Они перед вами в героев рядятся, но яд сладкой ложью прикрыть не удастся. И все эти факты прекрасно ясны, такие друзья вам совсем не нужны. Но моя госпожа, до чего ж хороша! Сердце ее будет с вами всегда, только корону доверьте тогда. Камень верните, нам одолжите. Когда же четыре их будут едины — по силе ни с чем не будут сравнимы. Кайтрин добьется успеха тогда. Драконы пусть правят землею всегда.