Смертельный мир - Евгений Константинов

– И как же он просит?

– Хм, Его преосвященство кардинал Манай – единственный мужчина, которого Творец несколько раз преобразовывал обратно и затем вновь возвращал сюда. Было еще несколько таких женщин, но с ними Творец не разговаривал, а занимался сексом, после чего вновь преобразовывал. Сейчас все они живут в Женском монастыре под присмотром царицы Гущи, на особом положении…

Так вот. В каждое такое обратное преобразование, кардинал Манай имел беседы с Творцом, отвечал на его вопросы, выслушивал его приказы и указания, и обращался к нему с просьбами, которые затем Творец выполнял по мере того, хорошо ли мы исполняли те самые приказы и указания. Думаю, в связи с этим, ты можешь представить, каким положением и какой властью пользуется Манай.

– Мне очень трудно это представить. Но, наверное, – неограниченной?

– Почти неограниченной, – уточнил Бовдо. – На самом деле в мире за стеной существуют две основные противоборствующие силы: королевство Лесное, на чьей стороне ты сегодня так доблестно сражался, и королевство Горное, пленником которого ты в данный момент являешься. Лесным королевством, как я уже упоминал, правит Его величество король Гурлий, во власти которого несколько потомственных дворян – маркизов, виконтов и графьев, одним из которых являюсь и я. Горным королевством правит Его величество король Халимон, во власти которого также бароны, виконты, графья и герцоги. Плюс на территории Горного королевства расположен монастырь Его преосвященства Маная, во власти которого кардинальская жандармерия. Силы обоих королевств примерно равны и, можно сказать, в равной мере поддерживаются самим Творцом.

По времени столько же, сколько существуют королевства, существует княжество, которым правит князь Низлый и в подчинении у которого несколько его сыновей – князьков. Княжество расположено на самом большом острове, и оно как бы живет само по себе. Хотя периодически стычки бывают и с князьями. Но они почти не высовывают носа со своего острова, и лучше бы твой нос тоже никогда туда не попал…

– Почему? – не удержался от вопроса Фрол.

– У них там свои законы, – поморщившись, отмахнулся Бовдо, давая понять, что не намерен развивать эту тему. – Существуют еще разбойники Тусклого леса, а также в других лесках мелкие разбойничьи шайки. Впрочем, век их, как правило, недолог. Потомственные дворяне в разбойники не идут, а слабо организованным пришлым очень непросто выжить хотя бы из-за проблем с едой.

– Так сколько же людей здесь примерно… – Фрол постарался подобрать наиболее точное слово, – обитает?

– По подсчетам Его преосвященства в мире за стеной постоянно живет где-то три с половиной – четыре сотни мужчин, способных держать оружие, и с полсотни, может, шестьдесят женщин, ну а детей кардинал не считал, их, кстати, еще меньше, чем женщин. Это действительно очень примерный подсчет. Ведь каждый день здесь кто-то погибает, но кто-то, благодаря Творцу, и прибывает.

Фрол вспомнил недавний разговор с Волленвейдером, как напрягся тот, узнав о грозящей миру за стеной катастрофе, как изменился в лице барон, когда он рассказал о выборочном преобразователе. И подумал, было, сообщить то же самое генералу, но вместо этого спросил:

– Генерал, а какие такие претензии к вам со стороны этих горных?

– О! – взбодрился Бовдо. – Очень и очень серьезные претензии. Не покривлю душой, если скажу, что нет в Лесном королевстве второго человека, на которого со стороны королевства Горного имеется такой огромный зуб, как на меня. Дело в том, что однажды я вот этой самой рукой прикончил первого короля Горного королевства, а заодно и наследного принца. После этого на престол взошел король Халимон. С одной стороны он обязан мне престолом, но с другой – должен отомстить за смерть отца и старшего брата. Так что, если не произойдет ничего непредвиденного, меня, скорее всего, четвертуют. Ну, и тебя заодно.

– Но, генерал, если вы почти уверены, что нас ждет смерть, почему мы до сих пор разговоры разговариваем вместо того, чтобы попытаться сбежать?! – не скрывая возмущения, спросил Фрол.

Граф Бовдо серьезно посмотрел ему в глаза, потом бросил взгляд по сторонам, поднял с пола короткую, не больше в полпальца длины, травинку, разровнял под ногами слой песка и начертил на нем прямоугольник.

– Признаю, что я был не совсем прав, когда разговаривал с тобой разговоры, боец Фрол, – сказал он. – Надо было при этом еще и нарисовать тебе карту мира за стеной. Что я сейчас и сделаю, – и генерал принялся чертить травинкой по полу, одновременно давая разъяснения:

– Вот это примерная схема нашего озера; здесь – Княжий остров; здесь, в правом восточном углу – женское царство и монастырь Октаэдр царицы Гущи; здесь – еще один большой остров, который называется Королевский стан и резиденция короля Гурлия; в центре Лесного королевства – крепость Пентакль; здесь – тот самый Нейтральный остров, на который Творец доставляет пришлых; вот тут – Рубежная крепость, стены которой ты имел честь сегодня защищать и примерно вот тут проходит граница Лесного королевства, а слева, стало быть, королевства Горного; вот она – крепость Квадро, в которую привезли нас с тобой после боя; а затем жандармы Его преосвященства, минуя баронские селения, минуя крепость графа Гогуля и монастырь кардинала Маная, переправили нас аж во-о-о-т сюда, в кремль, в стенах которого и находится тюрьма Его величества, короля Халимона.

– Значит, мы вот здесь? – уточнил каскадер.

– Да, боец Фрол, да! Теперь ты представляешь, где сейчас находимся мы, и где находится Лесное королевство. И представляешь, сколько нам, одному раненому в руку, а другому – в ногу, потерявшим немалое количество крови, придется добираться до безопасного места, даже если мы каким-нибудь образом выберемся из этого застенка?!

– А здесь – что? – Фрол показал на правый западный угол схемы. – И вон там, дальше?

– Все-таки не оставляешь мысль о побеге? – в глазах генерала загорелся огонек азарта. – Что ж, хвалю, боец, хвалю! И если мы каким-то образом выберемся из этой передряги, готов взять тебя в личные телохранители с присвоением звания капрала.

* * *

Для Наташи Завьяловой этот вечер в мире за стеной была уже третий. И, судя по всему, так же как и первые два, третий вечер и ночь не сулили ничего хорошего главной героине хита сезона, фильма «Мушкетер на всю жизнь».

Что может быть хорошего, когда тебя держат впроголодь в клетушке с голыми стенами, без окон и без потолка, где из мебели имеется лишь одна жесткая лежанка, и где вместо умывальника – какая-то плошка с не очень свежей водой, а вместо туалета – прикрытая плетеной крышкой яма в земле! Что может быть хорошего, когда дверь открывается лишь для того, чтобы в нее вошел тот, кто, не считаясь с твоими протестами и мольбами, будет тебя насиловать до тех пор, пока ему не надоест!

В первую ночь, после того, как Наташа оказалась в этом ужасном месте и тут же была изнасилована тремя озабоченными гадами и в бесчувственном состоянии привезена сюда, она была слишком обессилена и подавлена, чтобы оказать маломальское сопротивление ее, так называемому, хозяину, капитану Евдоккиму, которому оказалось недостаточно дневной порции извращений.