Мятеж - Эми Тинтера

– Небогато, – вздохнула Джулс, выдернув колышек палатки.

Я посмотрела на детей. Дождемся Перезагрузки? А что потом? Они присоединятся к нам после того, что мы сделали?

– И много здесь людей? – спросила я, откашлявшись.

– Было много, – ухмыльнулся Михей.

– Я думала, КРВЧ всех переправила в Техас. Бегут они, что ли?

– Редко. После войны КРВЧ не дотянулась до всех, это невозможно. Особенно до тех, что живут в той северной стране. – Он оглянулся на Кайла и Джулс. – Как она называется?

– Канада, – ответила Джулс.

– Точно, Канада. Люди, оставшиеся в Канаде, большей частью избежали КРВЧ и начали переселяться туда, где потеплее, на юг, когда сочли это безопасным. Но ошиблись. – Михей усмехнулся.

– И те, кто перезагружается, идут к тебе добровольно? – спросила я. – После того, как ты убил их вместе с родными?

– А куда им деваться? – отозвался Михей, прихватывая звериную шкурку. – Выбор небогат: остаться в одиночестве здесь, отправиться в город и угодить в рабство или присоединиться к нам. Не так уж трудно решить.

Я бы выбрала одиночество. Легко.

– Но да, без переходного периода не обойтись. – Он махнул в сторону мертвых детей. – Бери одного. Лучше доставить их на борт до Перезагрузки.

Очевидно, о добровольном выборе речь все же не шла.

Кайл одной рукой перевел мальчика в вертикальное положение. Футболка малыша пропиталась кровью, и я вздохнула.

– У них есть аптечка? – спросила я, потерев лоб.

– Да, – отозвалась Джулс и протянула мне мешок, в который складывала добычу. – А что?

– Дай ее мне. Надо их сразу зашить.

– Зачем? – нахмурился Михей. – Нет никакой гарантии, что они перезагрузятся.

– Но ведь могут, – возразила я, подходя к Джулс. – Если зашить сейчас, рана лучше затянется. Особенно если номер окажется больше ста двадцати.

– О, это верно, – согласился Кайл. – Если рана зияет слишком долго, кожа не всегда срастается правильно.

Михей скользнул взглядом по моей груди, на лице мелькнуло сострадание. Мои раны были хуже, чем у этих детишек; я была младше, а пулевые отверстия – намного больше, но все-таки я знала, о чем говорила.

– Только быстро, – сказал он, немного смягчившись. – Джулс, займись одним.

Джулс протянула мне иголку с ниткой:

– Отдашь, что останется. Тут мало.

Я кивнула и подошла к девушке. Густые темные волосы отчасти скрывали ее лицо, и я оставила их на месте, порадовавшись, что не видно глаз. Затем взялась за подол ее рубашки и быстро оглянулась, но никто не смотрел. Михей погрузился в беседу с Кайлом, а Джулс склонилась над вторым покойником.

Задрав рубашку, я, как сумела, зашила два пулевых отверстия. Потом подолом собственной подтерла кровь, но ее было слишком много. Я опустила рубашку и отдала нитку Джулс, а когда повернулась, Михей уже перебросил мертвую девушку через плечо.

– Забери это, – велел он, показав на груду шкурок и одежды у себя в ногах.

Я сгребла их в охапку и пошла за ним к челноку. Темные волосы девушки мотались на ходу, и я не знала, на что надеяться. Что лучше – умереть навсегда или очнуться рибутом и узнать, что все твои близкие погибли?

Я не знала, что решила бы сама, будь у меня выбор.

Михей замедлил шаг, пропустив вперед Кайла и Джулс, и мне пришлось идти рядом с ним.

– Я понимаю, что это не лучший вариант, – произнес он негромко. – Но нам нужно как можно больше рибутов.

– Зачем?

– Люди пока превосходят нас численностью. Если мы пойдем войной на КРВЧ, нам понадобится армия.

Я быстро глянула на него:

– Войной на КРВЧ?

– Конечно. Разве тебе не хочется поквитаться?

Я задумалась. Порой я рисовала себе картину, как сворачиваю офицеру Майеру шею. Вышел бы очень приятный звук. Но больше мне хотелось просто убраться от них подальше.

Возможно, я испытала бы нечто иное, убей они Каллума, но этого не случилось. Я победила, и мне нравилось торжествовать вдалеке.

– Нет, – ответила я.

– А как быть с рибутами, которые там остались? Ты хочешь их спасти?

Я напряглась, поняв, к чему он клонит. Хочу ли я вернуться в техасские города и дать КРВЧ четыре боя? Четыре филиала, четыре штурма, четыре схватки. Или пять, если КРВЧ снова заселит рибутами остинский филиал.

Однако настойчивость Михея, с которой он смотрел на меня, вынудила меня умолчать о полном безразличии к судьбе остальных рибутов. Время открытого спора еще не пришло. Сначала нужно вернуться в резервацию, найти Каллума и решить, как быть дальше.

– По-моему, это будет очень трудно сделать, – проговорила я медленно.

Он расплылся в улыбке:

– Ничего подобного. Я уже все распланировал.

Я закашлялась, стараясь перебороть растущее чувство ужаса.

– То есть?

– Мы готовились к сражению не один год. Мне удалось раздобыть схемы всех филиалов КРВЧ. Ох уж эти повстанцы! – рассмеялся Михей, легонько толкнув меня в плечо. – Правда доверчивый народ?

Все оказалось хуже, чем я могла даже предположить. Намного хуже.

– Теперь, после такого нежданного пополнения, мы ускорим переход к следующему этапу. Мы освободим остальных рибутов и начнем с Розы. А потом уничтожим все людское население.

Я почувствовала, что мне не хватает воздуха. Уничтожить людское население? Подчистую?

– Ты очень пригодишься нам в Розе, – продолжил Михей. – Из этого филиала у нас только Рили. – Он поудобнее уложил девушку на плечо. – Впрочем, мне кажется, ты будешь ценным кадром на любой передовой.

Я сглотнула слюну и взяла себя в руки.

– А зачем уничтожать людское население?

– Потому что люди убили нас и поработили, а дальше вмешалась эволюция. Теперь наш ход.

– Эволюция? – повторила я.

– Они обращаются с нами как с порождениями опасного вируса, тогда как на самом деле мы поднялись на ступень выше. Человеческая раса вымирала, и сильные нашли способ выжить. Нас надо чествовать, а не порабощать.

– А почему не ограничиться освобождением рибутов? Вы понесете новые потери в войне с людьми. Не говоря уже о тех, кого мы успели лишиться.

– Рибутов было меньше в прошлый раз, и у них не было того оружия, которым мы располагаем сейчас. Когда мы освободим всех рибутов из четырех оставшихся филиалов, нас станет втрое больше. А если мы на этом остановимся, люди продолжат перезагружаться, и нам придется освобождать их вечно. Проще будет избавиться сразу от всех.