Аномалия - Вик Тори

Как назло, ни в одном из коридоров не было людей. Карты-схемы, встречающиеся то там, то здесь, изображали закрученную в спираль систему уровней. Но я никак не могла сообразить, где нахожусь.

В какой-то момент меня начал душить приступ клаустрофобии: коридоры как будто сжались, толкая меня вперед. Стало страшно, хотелось закричать, забарабанить в первую попавшуюся дверь. Шаги гулким эхом разносились по блоку. Казалось, скажи я хоть слово, и мой голос разнесет тишину в клочья.

Возле очередного входа в новый блок я опять уперлась глазами в карту-схему. Переходы закручивались, пересекались… какие-то пунктирные прямые, непонятные надписи. Чтобы не потерять на плане линию коридора, я подняла руку и краешком карты провела по направлению к выходу на первый уровень. Вдруг карточка загорелась, и на ее гладкой поверхности засиял точно такой же план, как на стене, только в уменьшенной копии. Крохотная желтая точка мигала возле обозначения выхода на следующий уровень. Я отступила назад – и точка сдвинулась с места. Эта точка — я. Стало более-менее понятно, куда идти дальше.

Но теперь, когда в руках появился план Центра, мечты о диване улетучились, и снова проснулось любопытство. Что еще необычного я здесь найду? Открыт ли мне доступ на следующие уровни? Что там находится?

Сверяясь с планом и следя за движением точки на карточке, я пошла туда, где светилась надпись «Уровень 6». И этот коридор был пуст. На минуту даже показалось, что я вообще одна во всем здании, что-то случилось и во время эвакуации про меня забыли.

У одной из дверей стояла тележка, накрытую чехлом. На карточке вспыхнула поясняющая надпись — «Хранилище №12». Оглянувшись, я осторожно приподняла краешек чехла. Там ровными рядами стояли те самые банки, с зародышами. Та вот, куда их свозят! Очень интересно… Я провела карточкой по сканирующему элементу, но на дисплее лихорадочно замигала надпись: «Доступ закрыт». Я попробовала еще раз – ответ тот же.

Внутри критической массой закипало нетерпение: почему нельзя в это хранилище? Секреты меня всегда лишь подстегивали. Но в этот раз я ничего не могла сделать. Не ломиться же внутрь!

Смирившись с неудачей, я решила идти дальше, но дверь неожиданно открылась. Из хранилища вышел мужчина в белом комбинезоне. Мельком глянув на меня, он достал из кармана пульт, направил на тележку и спокойно пошел дальше. Тележка зажужжала и, догоняя, покатилась за ним.

Мне стало не по себе. Наверное, он подумал, что я подглядывала или подслушивала, хотя вход в помещение абсолютно непроницаем ни для звуков, ни, тем более, для посторонних глаз.

Створки двери медленно сдвигались. Я стояла и смотрела в спину только что вышедшему из хранилища мужчине. Он ни разу не оглянулся, спокойно шел дальше и через секунду вместе с тележкой скрылся за поворотом. Не знаю почему, но в последний момент я вставила носок туфли между створками двери. Едва коснувшись ноги, они плавно разъехались.

Когда шаги в коридоре полностью затихли, я заглянула внутрь таинственного хранилища. Помещение было большим и холодным. Никаких звуков из хранилища не доносилось — похоже, там никого не было. На карточке с планом здания мигающая точка замерла у двери. Наверняка, движение этого огонька видно не только мне. Скорее всего, система отслеживает всех, находящихся в Центре. Так что шаг вперед, в зону закрытого доступа, будет тут же обнаружен.

Но мое любопытство всегда превышало осторожность. Что-то подсказывало: «Тебе нужно туда. Только один взгляд – и ты тут же вернешься». На всякий случай я положила карточку на пол в коридоре: возможно, так останусь тихим мерцающим огоньком на разрешенной территории. Чтобы не оказаться в западне, я сняла туфлю и положила на то место, где должны смыкаться створки двери.

Набравшись храбрости, я шагнула внутрь. Внутри помещение выглядело самым обычным: несколько столов, стеллажи у стен, гладкий кафельный пол, холодная стерильность. «Что они здесь хранят, — подумала я, — если тут так пусто?». Сердце колотилось в груди, как обезумевший барабан, тишина давила на уши.

На полках стеллажа стояли уже знакомые мне желтоватые банки. Решив, что здесь хранят именно их, я уже собиралась развернуться и освободить дверь от издевательства туфлей, но с правой стороны от входа заметила продолговатые возвышения цилиндрической формы. Сначала я подумала, что это просто колонны, но они не доходили до потолка. Да и не место архитектурным излишествам в лабораториях. Темные цилиндры под люминесцентным освещением хранилища немного просвечивали. Стараясь не создавать лишнего шума, я подошла и, приложив руку к прохладной поверхности, вгляделась внутрь.

Прямо перед лицом застыла человеческая рука. В ужасе я отшатнулась и, судорожно заглатывая воздух, замерла, как парализованная. Там человек? Там человек! Я оглянулась на дверь, неспешно ползущую назад после встречи с туфлей, и снова прильнула к стеклу. Сомнений не осталось. Это рука… женская, с тонкими пальцами и аккуратным маникюром.

Не знаю, что я рассчитывала увидеть в резервуаре, обойдя его с другой стороны, но до последнего надеялась, что все это просто плод разыгравшегося воображения. Неожиданно внутри вспыхнул свет. От неожиданности я чуть не повалилась на пол. В мутноватой жидкости прямо передо мной плавало тело женщины. Она была как бледная кукла, запертая в сосуде с водой: абсолютно обнаженная, с коротким ежиком на голове, с тонкими, приподнятыми руками, упирающимися в толстое стекло цилиндра. Я вгляделась в ее одутловатое лицо, и оно показалось мне знакомым.

Мария! Это та самая Мария, которая чуть больше месяца назад пришла ко мне на прием! Женщина с аномалиями беременности, с пятью мутантами в утробе!

Горло сжал спазм, закружилась голова, и я повернулась к соседнему резервуару. В нем тоже горел свет – внутри колыхалось еще одно женское тело.

Зажав рот руками, чтобы не закричать, я попятилась к двери. И тут загорелись остальные цилиндры, обличая уродливое содержимое. На мгновение мне показалось, что все это – дурной сон, остаточное видение после долгих лет работы с человеческими телами, живыми и мертвыми.

— Шокирует? – за спиной прозвучал спокойный голос.

Я обернулась и увидела Андриану. Рядом с ней стояли два мордоворота в синей униформе. «Это конец», — подумала я.

Андриана неспешно подошла ко мне, взглянула на резервуар с телом Марии и хладнокровно продолжила:

— Знаю, что шокирует. Я сама до сих пор не привыкну. Можете идти, — обратилась она к мордоворотам. Они тут же развернулись и вышли из хранилища.

Андриана подошла к следующему цилиндру. Держась боком и осторожно поглядывая в мою сторону, нажала кнопку на боковой панели. Свет в резервуаре погас.

— У этой женщины в матке развивалось пять зародышей. А у той, — она кивнула в сторону соседней емкости, — наоборот, только один, но на четвертом месяце беременности он мумифицировался, прямо в матке.

— Вы их убили.

— Нет. Они умерли почти сразу после операции. Некоторых мы смогли спасти, а этих – не успели.