"Эффект истребителя". "Сталинский сокол" во главе СССР - Сергей Артюхин

— Ага, — его сосед по столу, также носящий на плечах погоны капитана, но армеец, на секунду отвлекся от разливания коньяка по рюмкам. — Гитлер такой же был. И что? Ему задницу надрали, они тоже, что ли, хотят?

— Вот-вот, — отмечавшие новые звездочки друзья звякнули емкостями с алкоголем и с абсолютной синхронностью их опустошили.

Два товарища росли вместе и были не разлей вода с самого детства. Оба потеряли на войне родителей и были усыновлены вернувшимся с фронта немолодым старшиной, увидевшим в двух сорванцах своих погибших под немецкими бомбами сыновей. Отец из него получился строгим, возможно, даже чересчур, но оба пацана его искренне любили и сейчас жалели, что тот не дожил до сегодняшнего праздника.

— Новости спорта. Киевское "Динамо" сыграло вничью с московским "Спартаком", продолжив серию беспроигрышных матчей. Главный тренер спартаковцев заметил, что, несмотря на дождь, серьезных недочетов в игре его подопечных не было, но…

— Леш, выключи радио, — старший из друзей, капитан "со стажем", кивнул на приемник.

Алексей, уже протянувший руку к выключателю вдруг замер, а затем наоборот сделал погромче.

— Работают все радиостанции Советского Союза. Передаем сообщение ТАСС… — знаменитый голос Левитана завораживал. — В результате большой напряженной работы научно-исследовательских институтов и конструкторских бюро создан первый в мире искусственный спутник Земли. Сегодня, двенадцатого апреля тысяча девятьсот пятьдесят шестого года, в СССР произведен успешный запуск первого спутника. По предварительным данным, ракета-носитель сообщила спутнику необходимую орбитальную скорость около восьми тысяч метров в секунду. В настоящее время спутник описывает эллиптические траектории вокруг Земли, и его полет можно наблюдать в лучах восходящего и заходящего Солнца при помощи простейших оптических инструментов… Спутник имеет форму шара диаметром пятьдесят восемь сантиметров и вес восемьдесят три килограмма шестьсот граммов.

Это выдающийся успех советского народа, за которым может наблюдать вся наша планета. Успешным запуском первого созданного человеком спутника Земли вносится крупнейший вклад в сокровищницу мировой науки и культуры. Научный эксперимент, осуществляемый на такой большой высоте, имеет громадное значение для познания свойств космического пространства и изучения Земли, как планеты нашей солнечной системы. Яркой звездой несется сквозь космическое пространство детище советских конструкторов и ученых, передавая радиосигнал, позволяющий его услышать.

Простое "бип-бип-бип" оба товарища слушали, как какую-нибудь невероятно прекрасную оперу.

— Это что же, — пробормотал Василий, — мы теперь в космосе? Первые? Это… это мощно!

— Подожди! То есть если наша ракета может вывести на орбиту спутник, то это получается, что она может и того, бомбу на территорию Штатов закинуть? — молодой капитан неверяще потряс головой. — То есть мы их в любой момент можем достать?

— Мать моя женщина! Вот это мы дали! Мы! Первые! В космосе! Фантастика! Да я поверить не могу! — друзья друг друга не слышали, ошарашенные новостью.

— Это слышишь? Как будто музыка, а? — Алексей постучал по радио, продолжающем пищать сигналом первого спутника.

— У меня есть предложение. Сначала тост. За спутник! А потом – идем на всю ночь гулять! Или… как думаешь, может, на Красную площадь рванем, вдруг там митинг будет?

Возражений не последовало.

Мгновения прошлого. Москва, ноябрь 1940-го года.

Владимир Кириакович Триандафиллов был доволен. Ему удалось настоять на правильном решении, защитив точку зрения перед Сталиным. Удалось убедить вождя в том, что лучше иметь полностью боеготовые мехкорпуса и танковые бригады сегодня, пусть и в меньшем количестве, чем готовые "когда-нибудь".

К январю закончится комплектование девяти утвержденных в июле корпусов, и можно будет серьезно подходить к существующим пока в непонятном виде бригадным подразделениям. Маловато, конечно, но даже и Ленин говорил, что "лучше меньше, да лучше".

Хорошо хоть, что новый легкий танк пошел в войска более-менее массово, а скоро пойдет и "универсал", как любит называть Т-42 Иосиф Виссарионович. И многочисленное старье, тысячами ржавеющее в войсках – вроде тех же "двадцать шестых" – наконец послужит правильной задаче. Удалось выбить разрешение на массовое применение в боевой учебе. Ресурс маленький? Техника изношена? Ну так и ладно – прежде чем резать танки на металл, поучим на них водителей, командиров да наводчиков.

И пусть пришлось согласиться на поддержку идей Буденного и добавить в свои планы сохранение кавалерийских дивизий – но зато и старый маршал не подвел, рискнул, так сказать, авторитетом, помогая отстаивать задумку главы Генерального Штаба.

"Да, мощная у нас страна, — Триандафиллов устало улыбнулся своим мыслям. — Еще и сорока семи не стукнуло, а уже в генштабе главным стал. А кем бы был при царе? Страшно подумать…"

Невольно вспомнилось, как отстаивал точку зрения брата, предложившего еще в начале тридцатых создать гвардию. А что – отличная идея. Угроза военного переворота таким вот ходом сразу и нивелировалась. Хотя бы потому, что в создаваемые элитные части набирали людей точечно. Тех, кто был верен вождю, и выходцев из самых-самых низов, которые ему обязаны всем. И старых военспецов, которым вполне однозначно грозила чистка, если Сталина свергнут. Еще бы, "нелояльные" же…

И брат действительно оказался прав. Учитывая, что гвардейцы просто обязаны превосходить линейные части – собственно, для того и создавались – РККА получила несколько высокомобильных, механизированных и прекрасно обученных подразделений. Подразделений, способных серьезно повлиять на ход стремительно надвигающейся войны.

Да и сейчас – финская кампания показала, сколько проблем у линейных войск. Насколько плохо в быстро растущей армии обстоят дела с командным составом. И гвардия, за лето в три потока прогнавшая чуть ли не всех командиров РККА из обычных частей, устроив им серьезный курс переподготовки, оказалась весьма кстати. Как это скажется позднее – тот еще вопрос. Но вреда не будет, это точно.

Гениальный стратег, еще и не подозревающий о той выдающейся роли, что ему предстоит сыграть в самой страшной войне в истории человечества, только что выиграл одну из определяющих битв наступающей бойни – и даже этого не осознавал.

* * *

Богдан поправил фуражку и подтянул галстук. Толпа на площади росла небывалыми темпами – последний раз такое было осенью сорок четвертого, в день Победы. По крайней мере, именно так говорил ему верный секретарь, в те дни здесь присутствовавший.

Посмотрелся в зеркало последний раз. Темно-зеленая, почти черная форма. Галстук аналогичного цвета, очень неплохо выглядящий на бежевой рубашке. Звезды Героя Советского Союза – и только они, никаких других наград. Тяжелый взгляд темно-зеленых глаз из-под черных как смоль бровей. Шрам, тянущийся от правого виска к уху – подарок "мессера".