Спецназ Третьей Мировой. Русские козыри - Андрей Загорцев

Обговорили ещё несколько моментов. Подводную лодку-носитель надо держать в постоянной готовности к подрыву. Сегодня водолазы опять уйдут на неё и постараются установить линию подрыва и забрать всё пригодное к использованию имущество группы. На корме лодки были пришвартованы индивидуальные носители: необходимо было осмотреть их состояние и дальнейшую пригодность к использованию. Если носители будут в порядке, можно будет попытаться выйти на них в акваторию проведения разведывательных мероприятий. В противном случае придётся вдоль береговой линии выходить на южную оконечность острова и организовывать вспомогательную базу.

Обговорили место встречи при выходе на берег, сигналы взаимного опознавания. Водолазы через час снова влезли в свои гидрокостюмы и ушли под воду. Мы легли досыпать – за час до рассвета мне, Ковалёву и Бахраджи предстояло совершить восхождение наверх.

Наверху дул пронизывающий – даже сквозь непромокаемый комбинезон – ветер. Мы уже около двух часов, тщательно прячась в складках местности, пробирались к вершине с отметкой тысяча семьсот метров. Рюкзак с аппаратурой тащили по очереди. Дошли бы гораздо быстрее, но на одном из участков Ковалёв заметил несколько торчащих антенн. Датчики разведывательно-сигнализационной аппаратуры! И, вероятнее всего, сопряжены с минными ловушками. Пришлось делать большой крюк, огибая опасный участок.

На коротком привале Ара, осматривающий местность в бинокль, заметил идущую вверх линию электропередачи. При внимательном осмотрении обнаружилась и широкая тропинка, ведущая наверх. Значит, действительно наверху есть зенитные и локаторные посты. Дежурную смену подвозят на технике к самому подъёму, и потом личный состав поднимается пешком. Пришлось подбираться вплотную к тропе и осматривать её. На грунте есть отчётливые отпечатки протекторов американских военных ботинок.

Надо было бы всё-таки и Рыхлого взять. Тот бы сейчас сразу рассказал – сколько человек прошло, когда и что с собой тащили. Но с другой стороны, если есть такой хороший подъём наверх, и, причем в ту сторону, куда нам надо, то почему бы им не воспользоваться. Навряд ли на тропе стоят сигнализационные датчики. Скорее всего где-нибудь возле самого поста. Я запустил по тропе вперед метров на сто Бахраджи, посередине пошёл Ковалёв с контейнером, я следовал в тыловом дозоре. Ветер стал намного тише и дул теперь только редкими порывами. Надо не торопиться и попытаться вычислить график смены зенитных постов. Наверняка в будущем это пригодиться для наших советских штурмовиков и бомбардировщиков. Тут я испытал такое чувство, что сзади нас, метров на сто-двести, кто-то движется, неясные обрывки какого-то разговора.

– Чшшш! – раздалось в тумане. Кузнец подавал знак – Ара кого-то учуял впереди.

Мы отскочили с тропы и начали карабкаться за камни. Сверху на четвереньках опустился Ара.

– Командир! Наверху площадка каменная, там лавочка и пункт связи, телефон под навесом, а сверху люди идут. Слышно хорошо, но в тумане не видать. Человека четыре.

– Ага! И сзади показалось, что кто-то идёт, – ответил я, – скорее всего на ту самую площадку с телефоном – место встречи смен.

– Командир, пока туман, видимости нет, давай я к площадке подползу, послушаю, – предложил старшина.

– Давай, по-тихой! Внимание на паролевые слова, коды, доклады по телефону! Пересчитай, сколько сверху, сколько снизу пришло!

– Принял, – ответил Кузнец, осторожно уложил рюкзак с контейнером под камень, закинул АКМ-С за спину и словно горный козёл запрыгал с камня на камень. Ни один мелкий камешек ни скатился вниз, ничего не захрустело под его ботинками. Ара остался с рюкзаком, я пополз ближе к тропе, огибая валуны. Всё, хватит – дальше уже опасно. Чуть ниже, в потёках тумана, тропа. Уже слышен чей-то прерывистый разговор и шаркающие шаги. Поднимаются, но тяжеловато. Видно, тащат какой-то груз. Вот вышли из-за поворота. Один, два, три… шесть человек! Американские морские пехотинцы. Автоматические винтовки висят на шеях. Почти у всех в руках что-то вроде минного щупа, который используют как посох для опоры. Все тащат огромные рюкзаки за спинами. У одного вместо рюкзака большой переносной резервуар для воды. Идут тяжело. Лица еле видно. Не молодые. Похоже, как и мои, призванные из запаса. Ни одного афроамериканца – все «белые».

Впереди идёт самый рослый. С такого расстояния нашивки на рукаве не различить. Капрал какой-нибудь. Итого шесть. Скорее всего, внизу у подножья остался какой-нибудь автомобиль с охраной и водителем, ждут сменяемых. Морпехи постепенно скрылись из глаз, через несколько минут подъёма они будут у площадки, где затаился старшина. Ожидали мы где-то около сорока минут, пока мимо нас наверх не прошло ещё трое человек. После, минут через пятнадцать, начали спускаться сменившиеся. Общим количеством в девять. Почему так долго? Наверняка к площадке сверху спускается какая-нибудь подгруппа, которая проводит встречу, обмен паролями-отзывами, потом звонит по телефону наверх – доклад о том, что все прошло удачно. Такая схема была принята на зенитных постах объединённого натовского армейского корпуса в Афганистане. Данный порядок смены обеспечивал постоянное охранение как самого поста, так и воздушного пространства в зоне ответственности. На посту оставалась одна дежурная смена. Один человек дежурил на зенитной установке, один на радаре и связи с площадкой, готовый в случае чего подать условный сигнал и вызвать группу быстрого реагирования с центральной базы, один – в пулемётном гнезде на огневом прикрытии. Если я посчитал правильно, то мимо нас сейчас должно пройти тоже девять. Службу несут наверняка по несколько суток или же, судя по запасам, которые тащили с собой, целую неделю. Да и на посту должен иметься неприкосновенный запас продуктов, воды, аккумуляторов – на случай отключения электричества, – и боеприпасов. Запас должен обеспечить автономное существование поста в течение нескольких суток. Мимо нас вниз налегке спустилось ровно девять человек, радостно переговаривающихся между собой.

Вскоре и Ковалёв ловко спрыгнул с камня прямо передо мной.

– Докладываю результаты наблюдения и прослушивания, – начал, чуть отдышавшись, старшина. – Как только я занял позицию возле площадки, сверху спустилось шестеро американцев, шли легко, рюкзаки были, скорее всего, пустые. Отзвонились на пост по телефону. Позывной на посту – «Гнездо Кондора». Сели, закурили свои сигареты. Пачка такая белая с красным кругом. Я рядышком совсем сидел, всё видно и слышно было.

– Лаки Страйк, – задумчиво произнёс я, – их американцы в войска свои поставляют… дальше что?

– Дальше начали трепаться между собой о всякой ерунде, собирались по возвращении на базу завалиться в бар к шахтёрам – посмотреть на официанток. Упоминали какого злобного сержанта и «люфтэнант-кёнела», подполковник по-нашему, не дающих спокойно морякам надираться после дежурств. Ещё все ждали прилёта какого-то самолёта с Большой земли, который должен привезти почту и новые фильмы. Потом подошла смена снизу. Пароль простейший – Гавайи. Отзыв был – Иллинойс. Скорее всего, на этой неделе пароль и отзыв – названия штатов. Поздоровались, пообсуждали телевизионную трансляцию какого-то матча по бейсболу. Спустившаяся смена отзвонилась наверх. Сказали примерно так: «Ждите Микки, Плуто и Дональда». Трое из новых пошли наверх. Остальные болтали между собой, курили и делились новостями. В разговоре от одного услышал, что у какого-то Вилли в Западной Европе погиб брат вместе со всей своей ротой. Потом сверху спустилось ещё трое и снизу поднялось трое, капралы скомандовали – и все разошлись: одни вверх, другие – вниз.