Солнечная станция - Андреас Эшбах

— Мистер Джайкер, вы говорили, что искали Ивабути в его каюте?

— Да.

— И ничего не увидели?

— Ну... вероятно, здесь было слишком темно,— Джай развел руками.— Я только открыл дверь, увидел пустой спальный мешок и снова закрыл...

— Но мешок не был пуст. Если вы помните, что сказала Оба, Ивабути в этот момент уже был мертв.

— Я его не видел! Мне ужасно жаль, но я его не видел! — воскликнул Джайкер.— Мне... Мне просто не пришло в голову, что он может быть мертв.

— Sumimasen, командир,— вмешался я.— Я думаю, мистер Джайкер действительно не заметил тела. Я сам не увидел его в первый момент, когда открыл дверь.

— Но как это возможно? Такой крупный мужчина, как Ивабути...

— Посмотрите — его колени согнуты. Это сделал убийца, чтобы спрятать его голову в спальный мешок. Если бросить на каюту лишь мимолетный взгляд, то в полутьме можно было не заметить темный спальник.

— Но вы его заметили, мистер Карр.

— Мой взгляд не был мимолетным.

Казалось, Танака хочет что-то сказать, но он передумал и промолчал.

— Выстрел! — Джайкер всплеснул руками и повернулся к Морияме, Танаке, Сакаю и Обе, которые тоже жили в этом отсеке.— Кто-нибудь слышал выстрел?

Все четверо покачали головой.

— Действительно, никто из нас не слышал вы-стрела,— сказал удивленно Морияма.— Как такое могло случиться?

—Наверняка убийца воспользовался глушителем, — предположил я.— Он приставил дуло револьвера прямо к спальному мешку, и выстрел в закрытой кабине прозвучал не громче, чем хлопок дверцы шкафа.

Все замолчали, стараясь не смотреть друг на друга. Страх и смятение наэлектризовали атмосферу в каюте.

— Убийца...— осторожно повторил Джайкер.— Мне все это напоминает роман Агаты Кристи. Мы не знаем, кто убийца, но точно знаем, что он среди нас.

Я увидел, как Оба приложила ладонь к губам, как будто ее поразила эта мысль.

— Действительно,— Морияма пронзительно посмотрел на нас, как будто хотел прожечь убийцу взглядом.— Боюсь, о сегодняшнем происшествии еще напишут романы. Первое убийство в космосе. Один из нас только что убил человека, и единственное, в чем я уверен, так это в собственной невиновности.

Ивабути по-прежнему парил посреди каюты, глядя в потолок мертвыми, остановившимися глазами. Морияма осторожно закрыл дверь.

— Мы должны держаться вместе,— сказал он.— Сейчас мы все отправимся на мостик и запросим инструкции у Земли. А пока никто не должен появляться в этом отсеке.

Никто ему не возражал. В самом деле, это было единственное разумное решение в данных обстоятельствах. В Центре управления полетом несомненно существуют инструкции и разработки, предусматривающие во всех деталях наше поведение в случае несчастного случая или других непредвиденных происшествий. Это типично по-японски — предусматривать все возможные неприятности, в то время как мы, западные люди, предпочитаем надеяться на лучшее. Но в критических ситуациях японский подход срабатывает. Скорее всего, ближайший шаттл привезет полицейских и криминалистов, и у убийцы не останется ни единого шанса.

Мы полетели в центр управления — вереница бледных и молчаливых призраков. Едва переборка поднялась, мы снова почувствовали вчерашний удушливый запах.

— Опять этот запах,— проворчал Танака.

— Этим мы займемся позже,— прервал его Морияма.— Сакай, установите связь с Землей. И, пожалуйста, поторопитесь, нам нужно застать Акихиро.

Акихиро был руководителем Центра управления полетом. Одним из первых в Японии он начал пилотировать шаттлы. Его карьера летчика прервалась из-за автокатастрофы, после которой он был прикован к инвалидному креслу и всю свою энергию отдавал организации работы ЦУПа. Чем выше поднимался он по служебной лестнице, тем больше портился его характер. Мрачная ирония ситуации, в которой он оказался, заключалась в том, что здесь, на станции, в условиях невесомости он мог бы вести полноценную жизнь. Но Акихиро никогда не попадет на станцию: он просто не переживет перегрузки на старте.

Сакай крутил рукоятки у своей рации. Я снова бросил взгляд на огромный экран с картой мира. Мы находились как раз над Антарктидой — вне зоны приема. Придется налаживать связь через спутники.

— Что за дерьмо! — пробормотал Джайкер.

Он все еще не мог оправиться от шока, и напоминал мне человека, который только что проснулся и пытается осознать, где он и что с ним.

— У меня проблема,— неожиданно сказал Сакай.

— Что такое? — удивленно переспросил Морияма.

— Нет связи,— пальцы радиста бегали по клавишам и кнопкам.— Я пытаюсь выйти на связь со станцией в Аделаиде и с пятью спутниками, но никто не отвечает на мои сигналы.

— И что же? У нас будет связь?

Сакай со свистом втянул воздух через стиснутые зубы, еще раз ткнул пальцами в кнопки, затем покачал головой.

— Нет,— сказал он твердо.— Я не могу связаться с Землей. Передатчик неисправен.

— У нас есть запасной или...

— Hai,— кивнул Сакай и повернулся к висящему на стене щиту.

Тому самому щиту, где я вчера нашел маслянистую каплю. У меня засосало под ложечкой от дурных предчувствий.

Сакай достал резервный пульт и повернул рукоятку. Ни одна лампочка не загорелась. На лбу ра диета выступили капли пота. Он повернул еще одну рукоять, но снова без эффекта.

— Обе резервные цепи сгорели, командир,— трудом выговорил Сакай.

— Вы хотите сказать, что мы не можем связаться с Землей? — переспросил Морияма.

— Мы можем попытаться еще раз,— развел руками Сакай.— Но, кажется, это бесполезно.