Короли пепла - Ричард Нелл

–Вот поэтому она моя любимица.

Ее правнучка грациозно поднялась и стряхнула с себя очевидное горе быстрее, чем ожидала Вальда. Учтиво и смело поклонившись, она гордо направилась к двери, расправив изящные плечи, выходя из спальни.

Вальда понадеялась, что этого достаточно. Хотелось бы ей, чтобы у матери этой девицы было столько же здравого смысла и характера – и мудрости, чтобы преподавать такие уроки самой. Но не важно; такова функция семьи. Одни всегда будут сильнее других, в различные моменты. После смерти Вальды Саша, возможно, сама станет великой матроной и первой матерью и будет справляться на должном уровне.

Взмахом руки Вальда подозвала свою праправнучку и служанку. Та была не столь сообразительной, как девчонка, взятая богом клятым Орденом, но она справится, а Вальда могла вынести эту потерю, как и все что угодно.

Она легла на спину и закрыла глаза, прежде чем явится следующая девица со слезами и «проблемами».

Чем ближе маячила смерть, тем меньше у Вальды оставалось терпения. Но вздремнуть никогда не мешало.

* * *

Вальда проснулась от холода и слизнула слюну с подбородка. Она плотно накинула на плечи свою шаль и воззрилась на открытое окно, гадая, кто мог быть таким идиотом в эти зябкие вечера. Это снова напомнило ей о Смутной Поре – о смертях и убийствах по ночам, когда все мужчины и женщины Орхуса боялись темноты. Пострадали даже ее влиятельные родственники. Она потеряла внуков на дуэлях, ее дальних родичей зарезали на улицах. А одно Вишанское семейство истребили почти полностью в собственном доме, перебив даже младенцев и женщин.

С тех пор Вальда держала охрану, тем более ночью. Те события обеспокоили ее куда сильнее, чем служителей Ордена. Видимо, жрицы списали все эти бесчинства на обыкновенную ссору вождей, зашедшую слишком далеко, или на жажду мести каких-то изгоев. Но Вальда думала иначе.

Некоторые из величайших вождей Орхуса шептались о войне. Они знали, что Орден слаб и неспособен решить растущие проблемы Севера. Вальда видела, как власть жриц ослабевает, поскольку их правила казались все более усложненными, туманными и бесполезными с каждым годом.

Урожаи Кольца ухудшались, это факт; рыбачьи уловы каждый сезон сокращались, Юг ворчал о мятеже, и даже старые племена конников скрывали свою численность – несомненно, просто ожидая, когда один человек или одно сильное племя объединит их.

Именно сыновья Вальды и подобные им люди справлялись с этими неурядицами – именно они давали сородичам еду и кров, защищали от мороза и дикарей, от наводнений, ветров и снега. Воистину, миром Вальды заведовали мужчины – они просто не могли договориться, как этим миром править. И тем самым у Ордена имелась цель.

Но если его самозваные главари забыли эту цель и считают себя ответственными за весь мир, значит, они верят в собственную дурацкую ложь. Они всего лишь играли свою роль точно так же, как вожди и матроны – свою. А жрицы с чего-то удумали считать себя вершителями… Идиотки! Пока у народа есть в желудках еда, он может быть благодарен, но в тот день, когда еды не станет, он точно будет знать, кого винить.

Вальда поежилась и потянулась за колокольчиком для вызова служанки, но его под рукой не оказалось. Она испытала растерянность, ибо даже несмотря на свои годы обладала превосходной памятью и знала, что оставила тот на столе.

–Я решил, нам будет лучше поговорить наедине.

Вальда застыла.

Из затененного угла выступил некто огромный и темный и заговорил низким, звучным голосом. Его рослое тело скрывал черный плащ с капюшоном, и гость наклонился, так что его лицо оказалось на одном уровне с лицом Вальды. Его яркие глаза сияли в сумраке: зоркие, подвижные и блекло-золотые, как солнце за дымкой тумана. Это были глаза мальчика, рожденного подававшим когда-то надежды потомком.

–Ты – сын Бэйлы,– сказала Вальда после долгой паузы, стараясь держать голос под контролем.– Итак, ты этот самый «Букаяг». Я так и думала, что ты можешь им быть.

Вальда увидела, как на потроганном Носсом лице гиганта пролегло удивление, и ощутила, что хоть в какой-то степени владеет ситуацией. Она устроилась в своем кресле.

–Пришел убить меня, не так ли?– Она фыркнула.– Я скоро уйду и без твоей подмоги.

Руки ее правнука переместились на колени, когда он опустился на корточки. Он улыбнулся, и его странные, золотистые глаза сверкнули в тусклом свете камина. Он промолчал, и мнение Вальды о нем возросло.

–Значит, мамаша научила тебя выдержке. Отлично.

–На твоем месте,– его улыбка исчезла,– я бы не заикался о моей маме.

Вальда открыла рот, чтобы отчитать его, но увидела резкий, оскорбленный взгляд мальчика. Она закрыла рот и кивнула. Возможно, он заслужил ее молчание на этот счет.

–Чего ты хочешь?– спросила она взамен.– Извинений? Все мы – пленники одних и тех же правил. Я сыграла свою роль. Ты сыграл свою. Слова бессмысленны.

Высказавшись, она почувствовала легкую покорность судьбе, ожидая, что теперь он сделает то, за чем пришел. Мысль о пытках вызвала укол страха, но она завопит во всю мочь своих старых легких, и прибегут мужчины, и он будет вынужден убить ее быстро. Если таков ее удел, так тому и быть.

Сын Бэйлы подался вперед и улыбнулся острыми зубами.

–В этом мы согласны. Но ради нашего же блага, давай надеяться, что мы ошибаемся.

Она взглянула ему в глаза, и ей почудился голодный взгляд хорошо дрессированного волка – как будто он только и жаждет прикончить ее голыми руками, но пока сдерживается. Стук в дубовую дверь заставил Вальду вздрогнуть, и ее служанка прошептала сквозь перегородку:

–Праматерь, тут одна женщина хочет вас видеть. Одета как матрона, но говорит, что она жрица с Юга. Мне впустить ее?

Рока кивком дал знак и отступил обратно в темноту.

–Да, но оставь нас.

–Да, праматерь.

Теперь Вальда ощутила искренний прилив интереса и удивления. В преклонном возрасте успех и трагедия имели свойство становиться рутиной. Но все же по ее скрюченной спине пробежали мурашки.

По половицам застучали сапожки, и в комнату Вальды вошла фигуристая женщина в простом коричневом платье небогатой матроны. Она низко поклонилась в знак почтения, затем откинула капюшон, открыв хорошенькое юное личико, обветренное и загорелое. Она закрыла за собой дверь и села в кресло для гостей.

–Меня зовут Дала, я Верховная Жрица Южной Префекты. Я пришла с предложением и за вашей помощью. Вы уже знакомы с моим союзником.

Вальда узнала девчонку. Это была та ученица, которая принесла мешок с головами на весеннее празднество и вывалила их под ноги матриарху. За одно только это она бы понравилась Вальде, но вдобавок она явилась бесстрашно, объявив о мятеже и бесчинствах, и призвала мужчин остановить Букаяга и его разбойников. За один день она сплотила больше людей, чем Орден за целое поколение.