Ходячие мертвецы. Падение Губернатора - Джей Бонансинга

Остин попытался откатиться в сторону, но кусачий ухватил его за штанину своими гигантскими пальцами. Парень взревел от злости и пнул противника, осыпав его проклятьями. Мертвец открыл рот, и Остин угодил каблуком ботинка прямо в черные, острые, как у акулы, зубы.

Нижняя челюсть сломалась, но это не остановило атакующего.

Ходячий попытался ухватить кусок плоти с бедра Остина. Тварь весила, должно быть, целую тонну – парню казалось, что на него уронили как минимум дом, – но как раз в тот момент, когда она уже готова была прокусить бедренную артерию Остина, раздались щелчки двух «руг еров» руге калибра с глушителями.

Прошло всего несколько секунд с момента появления мертвеца, но Лилли их оказалось достаточно, чтобы услышать шум, остановиться, развернуться, взвести курки, поднять оружие, точно прицелиться и вступить в схватку. Она поразила кусачего наповал, попав ему между глаз, как раз над переносицей.

Огромный труп дернулся назад в облаке кровавого тумана, в темноте похожего на дым. Верхняя часть его черепа раскололась, оттуда хлестала кровь.

Мертвец грудой свалился к ногам Остина, и парень спешно пополз от него прочь по холодному цементу, ошалело глотая воздух.

– Черт! Вот черт! ЧЕРТ!

– Ты в порядке? – Лилли подошла ближе, опустилась на колени и осмотрела ноги Остина. – Ты в норме?

– Я… Да, все хорошо, все хорошо, – лихорадочно бормотал он, пытаясь восстановить дыхание и рассматривая огромного мертвеца, валявшегося совсем рядом.

– Так, давай-ка…

– ЙОТУ!

Голос Мартинеса, донесшийся из передней части ангара, оглушил Лилли, в ушах у которой и так все еще стоял звон.

– Лилли! Остин! Вы там в порядке?

– Все хорошо! – крикнула Лилли через плечо.

– Хватайте продукты и давайте к нам! – в голосе Мартинеса слышалось беспокойство. – На шум стекается все больше ходячих! Пора убираться!

– Вставай, красавчик, – бросила Лилли Остину, помогая ему подняться.

Встав на ноги, Остин поднял факел, пока не вспыхнул пожар, и вместе с Лилли продолжил толкать тележку погрузчика. Теперь она была очень тяжелой, и в одиночку Остин уже не справлялся. Пыхтя и отдуваясь, они покатили плету по проходу.

Все встретились возле погрузочной площадки. Штерны с Мартинесом заполнили брезентовые сумки и полдюжины больших картонных коробок кучей упакованных продуктов, включая лапшу быстрого приготовления, быстрорастворимый кофе, двухлитровые бутылки с соком, пачки муки, риса и макарон, несколько фунтов сахара, галлонные банки с маринованными овощами, упаковки кулинарного жира, сухих макарон с сыром и другими добавками и сигареты. Связавшись по рации с Гасом, Мартинес сказал ему подогнать грузовик как можно ближе к погрузочной площадке и приготовиться к отъезду, когда поднимется гаражная дверь. Дыхание Остина еще не восстановилось после атаки, а руки парня дрожали, пока он толкал тележку к выходу из ангара.

– Дай-ка мне тот молоток, что ты нашел, – сказал Мартинес Дэвиду.

Сделав шаг вперед, тот передал молоток. Остальные сгрудились около двери, беспокойно наблюдая за тем, как Мартинес стучал молотком по замку, прикрепленному в нижней части гаражной двери. Он никак не поддавался, удары эхом разносились по ангару. Услышав тихие шаркающие звуки в темноте позади себя, Лилли оглянулась.

Замок наконец-то упал, Мартинес дернул дверь, и она поднялась с ржавым скрипом. Внутрь склада хлынул поток света, ветер принес запах дегтя и горелой резины. Все зажмурились. По полу зашуршали брошенные обертки, подгоняемые весенним бризом.

В первую минуту, когда группа вышла наружу, никто не заметил на другой стороне погрузочной площадки, рядом с мусорным баком, стопку заплесневелых коробок, которая слегка подрагивала, как будто бы что-то двигалось под ней. Все были слишком заняты переноской продуктов, следуя за Мартинесом по мрачной погрузочной площадке.

Грузовик ревел, выхлопная труба подрагивала, в весенний воздух вылетали облачка газов. Гас предусмотрительно откинул задник, и группа тотчас принялась грузить продукты в кузов.

Внутрь засунули тяжелые брезентовые сумки и ящики, а затем – содержимое полеты: консервные банки, канистры с водой, садовые принадлежности, инструменты, баллоны с пропаном. Никто даже не заметил в противоположном конце погрузочной площадки ходячего мертвеца, который вылез из мусорной кучи и неуверенно поднялся на ноги, с трудом балансируя, подобно младенцу-переростку. Заметив движение краешком глаза, Лилли повернулась к кусачему.

Мертвец – жилистый негр лет тридцати, голову которого покрывали короткие косички, – неуклюже ковылял в их направлении, как пьяный мим, качающийся на воображаемом ветру в попытке ухватиться за воздух. На нем был грязный оранжевый комбинезон, который показался Лилли знакомым, хотя она и не могла понять откуда.

– Я разберусь, – сказала девушка, ни к кому конкретно не обращаясь, и достала один из «руг еров».

Остальные заметили переполох и замерли, вытащив оружие и наблюдая за тем, как Лилли стояла как вкопанная и целилась в приближавшегося мертвеца. Прошла пара секунд. Лилли замерла, подобно статуе. На глазах у всей группы она наконец спокойно, практически апатично, спустила курок и выстрелила шесть раз подряд, опустошив магазин.

Раздались щелчки, последовало несколько вспышек. Молодой темнокожий мертвец задергался, из сквозных ранений брызнула кровь. Пули прошли сквозь твердую черепную коробку, разметав косички и заставив лобную долю взорваться кусочками плоти и брызгами мозговой жидкости. Закончив, Лилли без эмоций взглянула на труп.

Согнувшись пополам, ходячий обрушился на площадку в кровавом тумане.

Стоя в синем пороховом дыму от собственных выстрелов, Лилли пробормотала что-то себе под нос. Никто не расслышал ее слов. Остальные долго смотрели на нее, пока Остин наконец не подошел к девушке и не сказал:

– Молодец, Эриннии Пукли[9].

Затем вступил Мартинес:

– Так, ребята… Давайте поторапливаться, пока к нам не пришло больше тварей!

Они забрались в кузов. Лилли залезла последней, с трудом найдя место в загруженном автомобиле. Устроившись на баллоне с пропаном, она взялась за поручень, чтобы не упасть, когда машина тронется с места, после чего двери кабины хлопнули, двигатель взревел, и грузовик стал стремительно удаляться от склада.

И в этот момент Лилли вспомнила – почему-то понимание пришло к ней в тот момент, когда машина уже тронулась, – где видела оранжевый комбинезон наподобие того, в который был одет ходячий. Это была тюремная роба.

Они пересекли парковку и выехали на дорогу. Ангар остался далеко позади, и лишь тогда Барбара Штерн наконец-то нарушила тишину:

– Неплохо сегодня поработала наша кучка эмоциональных калек.