Магия на крови - Николай Басов

Они въехали в долину, дорога тут была уже очень широкой, две повозки в некоторых местах могли разъехаться. На пересечении с тропой, по которой они до этого ехали, Ибраил соскочил с лошади. Присел, опустил ладонь на землю. Посмотрел на Трола, улыбнулся.

— Деревня слева, на востоке. И до неё уже близко.

До деревни оказалось не очень-то и близко, но до темноты они в самом деле успели. Солнце ещё не закатилось за край западной горы, возвышающейся тут уже довольно далеко, почти на горизонте, как внизу, в ещё более низком спаде долины, появились дома. Их было немало, почти полсотни. Из труб некоторых шёл дым, в окнах самого большого дома, стоящего посередине деревни, на площади, играл свет. Этот дом вообще был слишком велик для одного семейства и даже для имения со слугами был велик.

— Наверное, это гостиница, — решила Зара. — Трол, ты не помнишь, у вас в Лугани или как её там… была гостиница?

— Ты же знаешь, что он не может помнить, — отозвался Самвел.

Та же история, решил Трол. Они говорят лишние, ничего не значащие слова, только бы обратиться друг к другу. Ох, люди, нелегко вам, даже в проявлении вашей симпатии и приязни.

Весь отряд перед въездом в деревню немного подобрался, ближе подъехал даже Салфик, ведущий двух заводных лошадей и потому иногда отстающий. А Роват, Крохан и братья откровенно проверили, как выходит оружие из ножен.

А вот Трол ничуть не был обеспокоен. И не потому, что стал вдруг беспечным, а просто он решил, что они приехали. Что деревня, в которой есть подобие гостиницы, почти наверняка более цивилизованная, чем все те поселения, которые они проезжали в Новолунгмии до сих пор. Это, если откровенно, был здешний центр цивилизации. Почти город…

И тогда ему стало ясно, что он видит на одном из окрестных склонов не просто нагромождение скал, а замок. И был он так тих, тёмен и молчалив, что сразу стало неуютно. Вернее, открытость этой деревни уже не казалась признаком цивилизации, наоборот, её сделали беззащитной специально, демонстрируя чью-то чужую, может быть, и враждебную силу.

— Ничего, уже скоро во всём разберёмся, — сказал подъехавший Ибраил.

Он, как это вошло, похоже, у него в привычку, спокойно читал мысли Трола и даже не считал, что это бестактно.

Раньше других деревенских их почувствовали, конечно, собаки. Они подняли такой лай, что Крохан, по-прежнему держащийся рядом, поморщился. Он даже взглянул на Ибраила, раздумывая, не попросить ли мага, чтобы он что-нибудь сделал, но промолчал. Они приехали сюда как друзья, это была не военная вылазка, заставить собак замолчать было бы неправильно.

Но люди, которые тут жили, всё поняли по-своему. Где-то хлопнула дверь, ещё в одном доме быстро погасили свет лучины, кто-то задвинул скрипучую дверь сараюшки со скотиной. Деревня насторожилась. И конечно, никто им не встретился на улицах. Поэтому до гостиницы, если это была гостиница, они доехали беспрепятственно.

На центральной площади, показавшейся теперь не такой уж и маленькой, тоже было тихо. Даже собаки, кажется, отошли на безопасное расстояние, хотя брехать, теперь уже заунывно, без прежнего азарта, не переставали. Трол спешился, но Ибраил, Крохан и Роват успели сделать это ещё быстрее Крохан кивнул Самвелу, тот подхватил за узду его коня, Зара и братья приняли остальных лошадей и остались в сёдлах. Трол пошёл в гостиницу.

Мелькнуло в низеньком, каком-то на редкость мутном окне чьё-то лицо. Дверь тем не менее была открыта. Она была слегка перекошена и задевала землю… «Неужто тут все полы земляные», — спросил себя Трол и вошёл.

Пол гостиницы, по крайней мере её главного зала, был густо засыпан какой-то плотной травой, игравшей роль ковра. Вдоль стен были уставлены длинные столы с такими же длинными лавками. За ними сидел лишь один молоденький паренёк, рыжеватый, веснушчатый, словно в неудачной боевой раскраске. Рядом с ним сидела какая-то девушка в длинном сером платье, с простыми стеклянными бусами на груди. Глаза у обоих были тёмно-синие, глубокие, настороженные.

Трол учтиво, по-деревенски поклонился обоим и сел за стол у другой стены, чтобы не смущать. Около него, подумав, уселись Крохан и Роват. Чуть более импульсивный, чем воины, Ибраил пошёл в дальний конец зала, где определённо находилась кухня. Но звать хозяина ему не пришлось, тот сам вдруг выплыл, с явным напряжением на лице, вытирая руки о какую-то тряпицу не первой свежести.

— Чего изволят господа из далёких земель?

— Это Лугань? — спросил Ибраил вместо приветствия.

— Так называется наша деревня, господин, — отозвался содержатель гостиницы. — Но вы, наверное, ошиблись — все господа обычно отправляются прямо в замок, который называется Дотимер…

— Мы не ошиблись, — ответил Ибраил. — Мы ищем Лугань. Найдётся у тебя ночлег для… восьми человек и дюжины лошадей?

— Конечно, господ-да, — заикаясь от волнения, проговорил хозяин. Потом он набрался смелости. — Чем угодно будет заплатить?

Ибраил протянул две золотые монеты из сумок, которые остались на лошадях. Глаза хозяина гостиницы округлились. Он даже свою тряпку уронил. И тут же согнулся в поклоне, почти поясном.

— Конечно, господа… Как вам будет угодно. Сейчас я прикажу подать лучшего вина, пока будут готовить ужин. Места есть во флигеле, а две комнаты, самые лучшие, я сейчас освобожу… Я сам живу там, но теперь, когда вижу такое благородство…

— Хозяин, — отозвался Роват, — благородство мы оставим в покое, а вот места для сна, уход за лошадьми и кое-что ещё мы попросим у тебя незамедлительно.

Размещение лошадей, приказы по приготовлению ужина, ещё какая-то мелкая кутерьма заняли добрые полчаса, во время которых Трол сидел и поглядывал в окошко. Оно, кстати, оказалось затянуто выскобленным воловьим желудком или какой-то другой похожей по цвету и запаху кожей и почти не пропускало света. Поэтому Трол не мог отчётливо видеть, что творится снаружи, но это его и не волновало.

Он вообще был как-то неестественно спокоен. А вот Ибраил, убедившись, что ужин скоро будет, подошёл к юноше, который смотрел на путников во все глаза, и спросил, стараясь, чтобы его голос звучал очень спокойно:

— Юноша, не знаешь ли ты легенду о местной женщине, которая лет пятнадцать назад продала узкоглазому воину своего сына?

— Я знаю, добрый господин, — тут же отозвалась девушка и поправила бусы. — Это история про Невету, что жила тут у реки.

— Она жива?

— Живёт теперь чуть выше, в горах, господин, — отозвалась словоохотливая девица. — Очень переживает по поводу сыночка… Из него-то, сказывают, сделали какое-то чучело, а потом он и вовсе сгинул где-то на востоке.

— Какое чучело? — не понял Ибраил.

— Ну, он же был не очень-то в своём уме, господин, и ни на что больше не годился. Так что вот, сделали из него что-то полуживое, что двигалось только по приказу того мага, что был с востока…

— Стой, — не выдержал Ибраил. — Не так быстро и, главное, не так… неправильно. Просто отвечай мне, девушка, нельзя ли позвать сюда эту Невету, которая продала мальчика, которого тут прозвали, кажется, Трол?