А боги здесь мертвые… - Макс Крынов

Снежитью будет проще.

Ядошел доопушки, достал изрюкзака дротики ипоочередно окунул ихлезвием вбутылочку сядом. Смазанные снаряды яаккуратно положил вкармашек напоясе, один дротик вставил вдуховую трубку. После этого пришел черед копья. Стилет ясмазывать нерискнул— по-прежнему ношу его запоясом, ислучайно поцарапаться нехочется.

Когда все нужное было смазано, янаправился глубже влес. Мне нужно найти троицу гоблинов иубить. Самый верный способ сразиться снежитью— создать еесамому.

Явошел влес идвигался все дальше, пока неоказался вглубокой чаще, окруженный густыми деревьями. Здесь должна начинаться зона, которую гоблины оберегают особенно тщательно— доихлогова отсюда полчаса ходьбы.

Огляделся вокруг, прежде чем залезть надерево, имои глаза поймали движение среди кряжистых елей. Три толстых зеленых гоблина аккуратно крались комне: один держал вруках лук, другие— духовые трубки.

Яперехватил копье правой рукой, алевой выдернул из-за пояса стилет. Вес артефактного оружия наполнил меня уверенностью ирешимостью. Осталось выбрать момент для перемещения.

Гоблины приближались. Ихгортанные выкрики звучали громко изло. Тот, что слуком, уже наложил стрелу натетиву, нострелять нерешился— если попадет нетуда… точнее, если попадет чересчур метко, яумру быстрее, чем они развлекутся.

Наконец ядождался удобного момента. Вся троица гоблинов, слишком трусоватых, чтобы приближаться комне ближе, чем надистанцию уверенного поражения, которая составляла десять метров— люди бросали копье инабольшие дистанции, принялась рычать друг надруга, несводя сменя взгляда. Лучнику, судя повсему, главному втройке, это препирательство быстро надоело, ионпошел кближайшему гоблину, чтобы ногой подтолкнуть его комне.

Навык стилета активировался, как всегда, неожиданно. Мир смазался, имгновение спустя яоказался заспиной гоблина лучника. Стилет уже летел наземлю, ая, перехватив копье двумя руками, ткнул гоблина вспину. Тот заверещал, будто укушенный захвост кот, подскочил идал деру. Останавливать яего нестал— ядсправится быстрее. Вместо этого япрыгнул вперед, вытягивая копье ковторому гоблину. Достал— чиркнул позапястью.

Третий ошалел оттого, что яоказался так близко, новсе жеподнес корту духовую трубку.

Янеуспевал. Духовая трубка плюмкнула, выплевывая снаряд, итот будто позакону подлости, воткнулся невкожаную пластину брони, авошел вузенькую, небольше пары миллиметров щель между ними.

Апотом яшвырнул копье, иторазодрало гоблину щеку. Впрочем, сейчас меня отсутствие оружия несмущало: ябыстро вытащил изпояса бутылек спротивоядием изалпом выпил. Вближайшие сутки мне будет хреново, ноядменя непарализует. Предосторожность оказалась нелишней. Ябы, наверное, иамулет для защиты отдротиков истрел купил, если быоннестоил пару серебряных.

Яобошел всех троих, перерезая имгорло иотрезая уши. Явесь трясся, дыхание было неровным. Понимаю, что победил, ноэмоции еще неотпускают.

Узомби ценятся клыки икогти, потому ясразу отрезал гоблинам уши иприступил кдальнейшей обработке. Перерубил быноги, нонатакое уменя сил нехватит. Авот перерезать сухожилия под коленями— милое дело. Специально для этого нож накухне дядюшки Бузатачивал.

Руки гоблинов янетрогал: для того, чтобы кисти изменились икривые гоблинские когти превратились воружие мертвецов, которым они живот вспороть могут, руки должны быть целыми.

Навсякий случай ясвязал мертвецов ихжепоясами. Хлипкая вещь: скорее всего, зомби порвут еезасекунду. Номогут инепорвать, все жегоблин— это нечеловек, итем более неорк инетролль. Силенок уних прибавится, как иулюбого зомби, нонеслишком много.

Метаморфозы прошли быстро: зубы мертвецов выросли, челюсти раздались вширину, когти превратились воружие.

Первым зашевелился храбрый гоблин, который непобежал отопасности, аплюнул вменя дротиком. Ядождался, пока судороги прекратятся, имертвец откроет глаза, после чего ударил копьем вглазницу, надавливая надревко всем весом.

Лучника ядобил ударом взатылок. Ион, игоблин спорезом назапястье успели разорвать пояса иперевернуться, нодля меня это несоставило проблем— несколько ударов копьем, как дубиной, помакушке, изомби застывают.

Когда череп последнего зомби оказался разбит, ядостал острый нож. Мой подход кнеприятной задаче— быстрый испокойный. Впрошлой жизни ядолго нерешался разделывать нежить иупускал монеты, ноздесь ятакой ошибки недопущу.

Подхожу кближайшему зомби. Белые глаза мертвеца сбезмолвным укором смотрят наменя. Осторожно иточно наношу небольшие разрезы вокруг рта, отбрасываю кусочки губ ищек всторону, апотом расшатываю ивыбиваю ножом гнилые клыки. Корни клыков крошатся иломаются, нобез специальных щипцов явсе равно несмогу достать ихаккуратнее. Согласен, мерзко. Ноприбыльно.

Когда все клыки собраны, яаккуратно заматываю ихвлоскут рубахи, которую гоблин снял скакого-то авантюриста. Сверток убираю всумку.

Затем приходит время собирать когти. Процесс столь женеприглядный, сколь инеобходимый. Опыт прошлой жизни учит меня делать это быстро иэффективно. Прекрасно заточенный нож режет кожу, как бумагу. Ярассекаю жилы, выворачиваю кисть иломаю то, что еще держит ее. Повторяю это сдругими зомби. Мои движения становятся все более координированными ибыстрыми— тело перенимает опыт разума.

Лес тих иглух. Неслышно нишорохов, никриков, нитреска ветвей. Априслушиваюсь яочень внимательно, все желогово рядом. Тосамое логово, куда недавно кто-то собирал группу для похода, ага. Сходили.

Когда все кисти собраны, язаматываю ихвостатки гоблинской рубахи иубираю всумку. Каждый клык отойдет монет запять, коготь— замонету. Легкие деньги. Знал бы, что справлюсь стакой скоростью илегкостью, начал быдобывать ихраньше.

Только вот нестоит продавать такие вещи одному итому жечеловеку. Если хотя бызаподозрят, что тыобращаешь кого-то внежить, пусть даже сразу жеееиубиваешь, тонепоздоровится. Народ вэтом мире основательно пуганый мертвецами, иразбивание черепов убитым монстрам вписано вовсевозможные уставы изаконы, как инаказание для тех, кто этого неделает.

Когда язакончил, влесу уже слегка потемнело. Оставаться здесь после захода солнца нет никакого желания, даипричин нет, поэтому ясобираю врюкзак оружие иснаряжение монстров илегким бегом двигаюсь копушке. Кручу головой, прислушиваюсь иведу себя осторожно, чтобы никто ненапал наменя соспины.

Вгород явошел уставший после охоты идолгого пути.

Участи горожан закончилась рабочая смена, потому они высыпали наулицы. Мамочки ипапочки шли потротуарам, ведя заруки детей, ходили парочками подростки. Все такие веселые, шумные ибеспечные, будто инет застенами нежити, инегниет под телегой труп работорговца, который посреди дня едва незаковал меня вкандалы.

Мысленно ворча нагорожан, янаправился впервое место измоего небольшого обходного списка— вратушу. Отрезанные уши нужно сдать прежде, чем они начнут вонять— иначе имне будет неудобно, иклерк может вотместку урезать выплату под надуманным предлогом.